Ребут
Шрифт:
— Любой другой получил бы пулю в мозг, — пробормотал он, хватая низ моей рубашки и поднимая ее верх над моей головой.
Я прижала руки к своему тонкому белому бюстгальтеру и попыталась вдохнуть, но мои легкие не работали. Моя грудь поднималась и опускалась слишком быстро, мое горло болезненно сжималось.
— Ради всего святого, — сказал Желтые Зубы в крайнем раздражении, разводя мои руки в стороны. — Можно подумать, что ты новичок.
Желтые Зубы скривился при виде уродливых шрамов, растянувшихся поперек моей груди, и быстро отвел глаза.
Я отвернулась, стараясь не позволять своим рукам трястись. У меня не получалось.
Двадцать два не смотрел на меня. Его лицо было решительно повернуто в сторону так, что я не могла увидеть ничего, кроме его затылка. Он не смотрел.
— Хорошо, оденьтесь. И займите свои места, — приказал Пол.
Я схватила свою рубашку и одела ее через голову так быстро, как это было возможно, мой взгляд был прикован к Двадцать два — Каллуму — все это время. Он все еще не смотрел на меня.
Я застегнула штаны и села в кресло рядом с ним, быстро пристегиваясь. Мои руки дрожали, когда я сложила их на коленях, и я мельком взглянула на Каллума, чтобы увидеть, что он смотрел на них. Я плотно прижала их друг к другу, чтобы дрожь прекратилась, но это не сработало.
Эвер встретилась со мной глазами, когда я подняла голову, и послала мне сочувствующий взгляд, который ухудшил давление в груди, а не улучшил. Я сосредоточилась на своих коленях.
Когда шаттл приземлился, я вышла последней. Мои дрожащие ноги больше не работали правильно. Я плелась сзади, когда другие ребуты шли по крыше и спускались по лестнице.
Каллум стоял наверху лестницы и ждал, держа открытой дверь для меня. Я крепко держалась за поручни, когда спускалась вниз по лестнице на своих дурацких маленьких ногах.
Я почувствовала что-то теплое на своей свободной руке и посмотрела вниз, чтобы увидеть Каллума, переплетающего свои пальцы с моими. Его кожа ощущалась горячей на моей холодной, мертвой плоти, и я благодарно сжала его руку, пытаясь улыбнуться. В его больших глазах промелькнуло беспокойство и сочувствие, но он улыбнулся мне в ответ.
Мы медленно шли вниз по лестнице и через дверь, ведущую на восьмой этаж. Я не хотела отпускать его, но комнаты мальчиков были слева, а девочек справа. Он сжал мою руку, и я выскользнула из нее, засовывая ее в карман в попытке сохранить тепло.
Когда я добралась до своей комнаты, то старалась избегать взгляда Эвер, пока снимала свою одежду для полевых испытаний и переодевалась в спортивный костюм.
— Рэн, это действительно не… — начала она.
Я сердито посмотрела на нее, когда залезала в кровать, и она замолчала. Я натянула одеяло над головой и свернулась в тугой комок, пока тьма не поглотила меня.
Глава 12.
— Ты пропустила на нашу утреннюю пробежку. Это очень плохо, потому что я был довольно-таки хорош.
Каллум ухмыльнулся
— Мне очень жаль, — сказала я, обводя взглядом спортзал. Пара ребутов уставилась на меня. — Я проспала. — Я снова сосредоточилась на Каллуме, мои щеки потеплели при виде этой улыбки. — Спасибо, что все равно пришел. Это действительно хорошо.
Он пожал плечами.
— Да, конечно.
Я заметила Хьюго, наблюдающего за мной через весь спортзал, и скрестила руки на своей груди, уставившись в блестящий деревянный пол. Я хотела заползти в угол и спрятать свое лицо, и никогда снова не смотреть на любого из этих людей.
— Ты будешь бить меня или как? — спросил Каллум.
Неожиданный смех вырвался из моего рта, и я быстро закашляла, чтобы скрыть его. Но было уже слишком поздно. Он слышал его, и полный восторг плясал на его лице.
— Эм, да, — сказала я, покраснев, когда снова заглянула ему в глаза.
Каллум выставил кулаки перед своим лицом, и я нанесла слабый удар, который он легко блокировал. Я ударила сильнее, отходя назад перед тем, как мой кулак соприкоснулся бы с его челюстью.
— Быстрее, — сказала я. — Я почти ударила тебя.
— Тебе придется признать, что я никогда не буду хорош в этом, — сказал он, уклоняясь, когда мой кулак полетел к нему.
— Нет.
— Нет?
Он подскочил, когда я попыталась сбить его с ног подсечкой.
— Хорошо.
— Спасибо. Нет? Ты не признаешь этого?
— Нет. Все мои новички были хороши. Я никогда не теряла ни одного за время обучения. Только двоих после.
— Из скольких? — спросил он, нанося слабый удар, от которого я легко увернулась.
— Ты даже не пытаешься? — спросила я, не в силах удержать уголок моего рта от поднятия вверх.
— Немного.
Он вскочил на ноги.
— Пытайся больше.
Он ударил сильнее, но я по-прежнему легко увернулась. По крайней мере, этот удар был лучше.
— Сколько? — спросил он снова.
— Двадцать? Двадцать пять? Что-то вроде того.
Теперь мы замахивались друг на друга сильнее, мой кулак резко ударил его в подбородок. Я поймала его руку, когда она приблизилась ко мне, и дернула так сильно, что он упал на задницу. Он тут же попытался выбить мои ноги из-под меня, как я учила его, и улыбка расплылась на моем лице.
— Это смешно? — спросил Каллум, вставая после того, как я отпрыгнула в сторону.
— Нет, это было хорошо, — сказала я, опуская голову, чтобы он не смог увидеть широкую усмешку, расползшуюся по моему лицу.
Его пальцы внезапно схватили мои запястья, и я споткнулась, мои колени врезались в его живот, когда я приземлилась на него сверху. Он испустил стон, смешанный со смехом.
— Я победил, — просипел он.
— Ты называешь это победой?
Он схватил меня за руку, когда я начала слезать с него, поднявшись на локтях так, что его лицо приблизилось к моему.