Чтение онлайн

– Нет. Но у меня есть другое предложение, Олег Степанович, – поняв, что клиент созрел, и немного помолчав, задумчиво проговорил Кузнецов. – Ты мне даешь полный расклад по вашей войне с Мальцевым, а я сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуть Алену целой и невредимой. Главное – нам известно, у кого она может быть, остальное – дело техники. Подключим старших, из ФСБ.

– Не торопись, мент, – с вызовом выпалил приободрившийся Тихий. – Я еще не все сказал. Не хочешь денег – твое дело. Тимку я и без тебя достану, хороших людей даже в мусорне много. Не

откажут старику, помогут. Так что Алену я заберу у этого отморозка сам. Без гэбэшников.

– Я знаю, – без удивления кивнул Кузнецов. – А также вижу, продуктивного разговора у нас с вами не вышло, гражданин Белов, – подвел черту оперативник. – А посему… властью, данной мне законом… Виктор, Сергей! – капитан махнул рукой неизвестно когда появившимся в холле сержантам с автоматами. Тем самым, которые стояли у ворот.

Милиционеры, словно только и ожидали команды, быстро встали по обе стороны от Тихого, профессионально оттеснив телохранителя.

– Отведите Олега Степановича в наш «рафик». Он задержан по подозрению в организации вооруженного нападения на Веронику Кислицыну, гражданскую жену гражданина Мальцева Александра Петровича.

– Есть, товарищ капитан, – последовал четкий ответ. – А ну, пш-шел на выход! – один из сержантов легонько ткнул старика стволом автомата в спину и кивнул на дверь.

– Я не понял! – взвился Тихий. – Какое еще, к чертям, нападение? Я требую вызвать моего адвоката!

– Какое? – усмехнулся опер, презрительно фыркнув в лицо авторитету. – А то самое, Олег Степанович, на перекрестке Большого проспекта и Десятой линии.

– Я никого не посылал! – что есть мочи заорал Тихий. – Это подстава!

– Слава богу, «мерседес» Кислицыной оказался бронированным. Такой танк прямое попадание из гранатомета может выдержать, – деловито заметил капитан Кузнецов. – Видишь, даже в таком пустяке предусмотрительный Саша тебя вчистую переиграл.

– Суки! Падлы! – тряся бородой, истошно орал старик, отпихивая руками плавно наседавших на него и подталкивавших в сторону выхода хмурых сержантов-автоматчиков. – Стой!! Погоди, капитан, не пори горячку! Я в этом деле ни с какого боку!

– У вас есть какие-нибудь конкретные предложения, гражданин Белов? – Кузнецов затушил сигарету в кадке с декоративной пальмой.

– Есть. Чтоб тебя! – поймав взгляд мента, буркнул Тихий. Ему было уже не до понта – лишь бы сохранить свободу. В начавшейся заварухе трое суток изоляции за решеткой КПЗ были равнозначны смерти. К тому же нужно как можно скорее освобождать дочурку. От этих мальцевских тварей можно ожидать любой гадости. – Ладно, твоя взяла, капитан, – в бессильной ярости, отведя глаза в сторону, просипел авторитет. – Только давай пойдем в мой кабинет, поговорим один на один, без сявок. Но вначале я, как и собирался, к Настасье своей на пару минут загляну. Ей сейчас моя поддержка нужнее лекарств. Согласен?

– Ну-у… Ладно, дам вам еще один шанс, гражданин Белов, – на удивление быстро согласился капитан. – Надеюсь, вы меня действительно заинтересуете.

Опер подал знак сержантам,

чтобы те оставили хозяина дома в покое.

Спустя пятнадцать минут капитан Кузнецов уехал в райотдел, где велся интенсивный допрос телохранителя Алены Беловой. Во внутреннем кармане пиджака он увозил перетянутую банковской упаковочной лентой упругую пачку хрустов. Десять тысяч долларов – серьезные деньги. Особенно по сравнению с жизнью какого-то гребаного охранника, сдавшего беззащитную шестнадцатилетнюю девчонку в руки записных беспредельщиков. Опер, твердо уверенный в виновности задержанного бодигарда, нисколько не поступался своими принципами, передавая преступника вместо призрачного государственного «правосудия» правосудию человеческому. Отцовскому.

А еще, покидая виллу на ржавом «рафике» с ободранными сиденьями, капитан Кузнецов думал о том, что полученных за должностное преступление денег в аккурат хватит на то, чтобы уже в этом году перебраться с женой и детишками из тесного угла василеостровской коммуналки с регулярно протекающим потолком и постоянно ночующими на лестнице бомжами в пусть маленькую, но отдельную двухкомнатную квартиру где-нибудь в ближайшем пригороде Питера.

Однако радости по случаю легко срубленного солидного куша у капитана не было. Скорее наоборот…

Опер, как мог, оправдывал свой поступок, приводил самому себе десятки убедительных доводов, начиная от нищенской зарплаты и заканчивая вполне логичными выводами, что, мол, продавший Тихого телохранитель при любом раскладе уже труп. Но все это помогало слабо. На душе было так гадко, так унизительно противно и стыдно, что хотелось скрипеть зубами и тупо, до боли, бить кулаком в стену от бессильной злобы на самого себя. Отныне он, по всем бандитским понятиям – ссученный и продажный, навсегда перешел из малочисленной, не зря уважаемой урками старой формации касты правильных в унизительную категорию берущих.

И только застывшее перед глазами опера заплаканное лицо жены и счастливые мордашки детишек, которые скоро узнают о переезде в новый дом, немного отвлекали капитана Кузнецова от гнетущих мыслей.

Сознание вернулось к Артуру уже несколько минут назад, но глаз он на всякий случай не раскрывал, усиленно притворяясь валяющимся в отрубе куском мяса. Лежал в позе эмбриона, поджав колени к груди, и напряженно вслушивался в каждое произнесенное вломившимися чужаками слово.

Из того, что Артур успел услышать, прежде чем его симуляцию раскусили, он понял, что нежданные визитеры не имеют отношения ни к профессиональным убийцам, ни к милиции, ни тем паче к спецслужбам, а являются самыми обыкновенными питерскими бандитами, которым откуда-то стало известно про существующую в поселке подпольную порностудию чухонца Ярри. И дюжие ребятки, ничтоже сумняшеся, решили железной рукой взять прибыльный бизнес под свой контроль, или, как у них принято говорить, крышу.

Что ж, пожалуй, это был лучший из возможных хреновых раскладов.