Чтение онлайн

Он расхохотался перехитрившим врага победителем.

Вождь был уже осведомлён, как снять с безвольной руки Ивана рукав дополнительных мышц, и ему удалось это сделать. Сидя на корточках рядом с беспомощным противником, он с благоговением перед источником непонятной силы медленно повертел рукав, осторожно разглядывая и ощупывая перчатку.

– Так в этом была причина твоей непобедимости? – Задал он негромкий вопрос, не глядя на Ивана. – Она рассказала мне... – И он внезапно исказился лицом от вспышки ярости, в лицо ему жёстко

прохрипел. – Эта женщина не твоя! Она моя!

– А-а-а! Горе! – донеслось пронзительное женское причитание от дальнего края поляны.

Оттуда послышался крик бегущего и приближающегося молодого воина:

– Убиты! Убиты оба сына вождя!

Всё ограждённое высоким частоколом поселение обезлюдело. Оно будто вымерло, оставленное и теми членами племени, которые не ушли на охоту. От возвышенности, где оно расположилось, и стар и млад поспешали широкой тропинкой среди высоких зарослей к лужайке с небольшим озером посредине.

Озеро иногда нехотя бурлило. Над его поверхностью вяло стлался ковёр белесого пара, золотисто пронизанного солнечными лучами ясного утра. Гордо отстраняясь от зелени непроходимой чащи, которая широко окружала лужайку, могучее дерево с переплетающимися ветвями одиноко росло поблизости от облизываемого паром берега озера. Безветрие как будто омертвило мелкую бессчётную листву, под своей шапкой укрывающую головы сыновей вождя. Старший вогнал в живот брату короткую пику, надёжно пригвоздив его к морщинистому стволу. Но и младший успел своей пикой насквозь проткнуть старшего. Мертвые, оба стояли вплотную к стволу, прижимались один к другому, точно до последней искры жизни каждый боялся, что другой вырвется и убежит.

Притихшие туземцы безмолвно толпились на лужайке, и никто не смел подойти к дереву. Они расступились, пропуская к нему своего мрачного вождя, чтобы сразу же сомкнуться за его спиной. Все напряжённо ждали, как он себя поведёт, что последует, когда он увидит гибель сыновей.

В ноги остановившемуся против них вождю кинулся бледный главный телохранитель.

– Дрались за эту женщину, – чтобы слышал только вождь, проговорил он. – Хотели сначала убить тебя. А потом не выдержали ненависти и взаимного недоверия...

Вождь знаком руки заставил его смолкнуть. Он сдержано отвернулся от мёртвых сыновей и уставился на Ивана, которого вели за ним и остановили в первом ряду толпы.

– Она мне родит других, – внятно сквозь зубы вымолвил он. Затем шагнул к пленнику и, вынимая из поясной деревянной трубки короткую пику, громко объявил. – Но ты этого не увидишь!

Рослый стражник подтолкнул Ивана в спину к вождю, однако неожиданно для всех между ними оказался жрец в личине, который укрыл пленника разукрашенной грудью.

– Убьёшь Посланника Богов, – громко предупредил он вождя, – накличешь на племя злых духов несчастья! За ним и этой женщиной придут другие посланники и сами Боги. – Жрец указал на дерево возле озера. –

Такая смерть твоих сыновей предупреждение о страшном наказании за противление их воле.

Во взвинченной тягостными настроениями толпе заволновались.

– Посланника Богов? – вынужденный считаться с недовольством соплеменников злобно развеселился вождь. – Ха-ха-ха! – Вдруг оборвал смех. Он стал мрачным и надменным и холодно объявил: – Я не буду его убивать. Это будет честный поединок. Немедленный поединок покажет, кого из нас любят Боги, а кого они требуют принести в жертву.

Впереди туземцев и охраняемого стражником Ивана он направлялся вверх крутого склона к поселению на возвышенности.

Приготовления к поединку были недолгими. Даже жрецу нечем было возразить против такого выяснения истинной воли Богов. Все туземцы собрались вокруг отведённого для поединка места рядом с загоном у священного дерева. Напряжённое ожидание зрелища, способного повлиять на жизнь племени, отражалось на их грубых лицах. Многих изумлял и пугал их вождь, который надевал на правую руку отнятый у пленника странный рукав с перчаткой.

Под невозмутимым взором Ивана, который застыл напротив, вождь неловко просунул руку во всю длину рукава дополнительных мышц. Острый, как звериный коготок, заусенец царапнул кожу его плеча, однако вождь отнёс это на счёт досадной случайности, не обратил внимания на такую мелочь. Закрепив рукав, он пошевелил всеми пальцами в стягивающей их перчатке и с удовлетворением изготовился нанести смертельный даже без оружия удар.

– Видишь, Боги любят меня, а не тебя, – с холодной ухмылкой шагнул он к беспомощному противнику.

Руки Ивана обвисали плетями, но он не отступал и не уклонялся.

– Боги наказывают тебя. Они отняли твой разум, вождь.

В его ответе сквозило презрение, и вождь в ярости закричал, бросился к нему, как к злейшему врагу. Размахнувшись правой рукой, он хотел снести ненавистную голову, и... рукав вывернул руку, перчатка резко изменила направление движения и нанесла удар ему в подбородок. Страшный удар буквально разворотил низ черепа вождя, кровь выплеснула от разорванных у горла вен. Пошатнувшись, его тело сделало короткий шаг и рухнуло в ноги противнику.

Женский вопль ужаса вырвался из толпы дикарей. Как один, туземцы повалились на животы, ткнулись лицами в землю. Через мгновение ничем не тревожимая, мёртвая тишь воцарилась вокруг. Только жрец отважился пошевелиться. Он медленно поднялся на колени и на четвереньках несмело приблизился к ногам Ивана. Возле них ещё корчилось в агонии тело вождя. Не смея оторвать взора от ступней пришельца, жрец выслушивал над собой его непонятные слова:

– Следует быть подозрительным к тому, что царапает кожу, вождь, – раздельно произносил недавний пленник. – Идентификатор сверил твой генетический код с моим и приговорил тебя. Вот так-то.