Чтение онлайн

Да, подумал он, откуда?

– Все или ничего, Мэлдун, - закричал он себе, - ничего или ничего, все или все!

Не здесь - значит, здесь, и это бесконечность. Он то ли вспомнил сам, то ли ему сказали.

(Бесконечность + Мэлдун) = (Бесконечность.)

С радостью и облегчением

он понял, что вернулся. Все стало на свои места. Он сидел на обломке бетонной плиты, из которого торчали обрубленные швартовы. Потом плита обернулась пригорком, на котором росли камыши. Внизу он увидел город - крыши, трубы, шпили церквей, парки, кинотеатры, дым. Знакомый город, но не тот, который он искал.

Поднявшись с пригорка, он по тропинке направился к городу, смутно отдавая себе отчет в том, кем он был, почему он им был, чем он был и как он им был.

– Чего ради я извожу себя?
– думал он вслух.
– Однажды у меня недостанет сил выпутаться, и меня найдут либо помешавшимся, либо уже окоченевшим.

Он до сих пор не мог решить, что существует на самом деле - город или развалины.

Шагая по дороге, он прошел под мощными пролетами железнодорожного моста, зеленая краска которого во многих местах облупилась, и свернул в боковую улочку, где стоял сильный горьковатый запах осени. Перед домами красного кирпича притулились крохотные садики; их почти не было видно из-за разросшихся живых изгородей.

Он услышал детские голоса. Остановившись, он заглянул за изгородь и увидел ребятишек, которые строили из разноцветных кубиков здания и тут же их разрушали.

Кто-то из детей заметил его. Он быстро отвернулся и пошел прочь.

Но удрать безнаказанно ему не удалось.

–

Это он!
– крикнул ребенок.

Дети высыпали на улицу, распевая во все горло:

– Псих Мэлдун! Псих Мэлдун! Псих Мэлдун - Болтун и врун!

Они захохотали.

Он сделал вид, что не слышит.

Они преследовали его лишь до конца улицы. Спасибо, что хоть так, подумал он. Вечерело. Подступали сумерки, скрадывая очертания домов. Его шаги эхом отдавались между крышами, гулко грохотали в дымовых трубах.

Псих Мэлдун, псих мэлдун, психмэлдунмэлдунмэлдун.

Стучало сердце - мэлдун, мэлдун, стучала в виски кровь мэлдун, мэлдун, дома никуда не делись, просто стало вдруг заметно, что они стоят на развалинах; эхо гуляло между их призрачными трубами.

Сумерки перешли в ночь, ночь перешла в свет; мало-помалу дома исчезли.

Уходили вдаль ярко освещенные развалины, не пытаясь заслонить от него горизонт. Над головой знойно синело небо; солнце застыло в одной точке.

Он избегал пылевых луж. Развалины, застывшие во Времени и Пространстве, никак не падали.

Как возникли развалины?

Он совершенно этого не помнил.

Солнце и небо пропали, остались только развалины и свет. Ему показалось, что невидимая волна смывает остатки его личности.

Мэл-дун, мэл-дун, мэл-дун.

Развалины в прошлом, в настоящем, в будущем.

Он поглощал развалины, а они - его. Они вместе с ним уходили навсегда, ибо горизонт исчез.

Рассудок мог бы покрыть развалины, но рассудка больше не существовало.

Вскоре не осталось и развалин.