Разрывая душу
Шрифт:
– Вы позволите? – бархатистым голосом обратился он, по всей видимости, к родителям, а затем я увидела его протянутую ко мне ладонь.
– Да, конечно, – очень чинно разрешила мама, но я смогла различить в её голосе нотку торжества.
– Танец, Злата, – дрогнули его губы в улыбке, когда я подняла на него недоумённый и, наверняка, запуганный взгляд. – Всего один танец.
– Да, простите, – выдохнула я и вложила свою слегка дрожащую ладонь в его тёплую.
Пока мы направлялись к танцполу, я молила небеса, прекратить дурацкую дрожь, сотрясавшую всё моё тело. Но небеса
Он остановился в гуще танцующих пар и, не глядя на меня, притянул ближе к себе, уложив свою руку с моей себе на плечо, а второй коснувшись обжигающими пальцами моей обнажённой поясницы. И я уже не могла сосредоточится ни на чём, кроме тепла, расходящегося мурашками по коже от его ладони. А ещё пришлось стиснуть челюсть, чтобы стук моих зубов не заглушил музыку. Ужасные ощущения! Сбивающие с толку.
– Совсем меня не помнишь? – произнёс он через полминуты нашего танца.
Я трусила, что голос меня подведёт и потому коротко кивнула, не поднимая головы, пялясь на его бордовый галстук. Как вышло, что я не запомнила его насыщенно-карих глаз я и сама удивлялась.
Он хмыкнул и по ощущениям качнул головой:
– Прихожу к выводу, что это даже хорошо.
– По-чему? – дурацкие зубы всё-таки клацнули в неподходящий момент.
– У нас есть шанс, – пожал он плечами, – узнать друг друга заново.
Я снова кивнула. Логично. Но хочу ли я его узнать? Наверное, всё же, да. Ну а вдруг, у меня хватит смелости воспользоваться советом Васи…
– Злата, – услышала я возле уха и вздрогнула, – я бы был безмерно польщён, если бы твоё волнение вызывал мой шарм, – его дыхание щекотало, вызывая дрожь по позвоночнику, – но я больше склоняюсь к тому, что ты меня боишься… – он отстранился, а я подняла глаза на его ровные губы, увидев улыбку. – Я не опасен. Не для тебя. Постарайся расслабиться.
И его пальцы на пояснице медленно поползли вверх, перебирая каждый позвонок. Меня ошеломили ощущения, что они вызвали… Такие нежные, горячие. Кажется, я даже перестала дышать. Так ко мне не прикасался ни один мужчина и было в этом что-то таинственное, веявшее обещанием исполнить не одну мою фантазию… Бли-и-ин, не ожидала от себя такого…
– Дыши, котёнок, – я не заметила, как его губы вновь оказались у моего уха, потому что закрыла глаза. Распахнула и снова увидела улыбку, но на меня он не смотрел, думая о чём-то своём. – Теперь ты дрожишь чуточку меньше.
И правда. А ещё я поймала себя на мысли, что было интересно узнать какие ощущения вызовут его губы на моей коже…
Гормоны? Любовные сцены в книгах и фильмах? Воображение на их фоне? Интерес, как будет у меня? Всё вместе. А ещё произнесённое тягучим бархатом “котёнок”…
Я, не отрываясь, смотрела на его лицо, пока он вёл меня в танце и приятно поглаживал поясницу. Не такой он уж и старый, скорее мужественный. И опытный. Наверняка, знающий, как правильно обращаться с женщинами. И ласковый…
Он опустил глаза на меня, окутывая, словно в одеяло, теплотой своего взгляда и улыбнулся. Да так, что у меня приятно кольнуло в сердце и я робко улыбнулась в ответ. Отвести взгляда
– Спасибо за танец, – произнёс он, выпуская меня из своих объятий и обжёг глубоким поцелуем изгиб моей кисти, не отрывая от меня глаз.
Это что-то нереальное…
– Не за что, – вновь с дрожью в голосе проговорила я. – Мне было приятно танцевать с вами.
Он отпустил мою руку и снова медленно приблизился к моему уху:
– Очень на это надеюсь… Злата.
И отстранился, улыбнувшись одними губами, подставляя локоть для того, чтобы проводить меня к родителям. Справившись с ощущениями, что вызвала его близость, горящее дыхание и моё имя, произнесённое с невероятной интонацией, я приняла помощь, с трепетом предвкушая завтрашний вечер, когда нам предстоит пообщаться в неформальной обстановке… И сама не верила в то, что я этого хочу.
Глава 3. Смелость
– Ва-а-ась… Не знаю… У него та-а-акой взгляд… До мурашек, – я стояла у кровати с ноутбуком на ней, демонстрируя подруге бледно-красное лёгкое платье с открытыми плечами, которое выбрала мама для приближающегося с каждой минутой ужина. – А пальцы… У меня, как будто, до сих пор жжёт кожу в тех местах, к которым он прикасался, но… – я простонала в голос и упала спиной на кровать. – Я никак не могу забыть сколько ему лет и меня сводит это с ума…
– А девочка созрела, – хихикнула Вася и продолжила восхищённым голосом: – Злат, это же замечательно, что он тебе понравился!
– Понравился? Я не уверена. Меня жутко смущает то, что он знал меня ещё девочкой…
– Забей! Я настаиваю! Он правильно сказал: вы узнаете друг друга по новой! Ну-ка, посмотри в мои прекрасные глаза.
Я тяжело вдохнула и приподнялась на локте, выразительно закатив глаза в камеру.
– Золотая моя, – по смешному строго сдвинув брови, начала подруга. – Тебе уже девятнадцать лет. Взрослая, красивая девушка, которая понравилась опытному, уверенному в себе мужчине. Не какому-то сопливому парнишке, а мужчине! Который совершенно определённо женится на тебе! А самое главное он вызывает у тебя ответные чувства! Это нереально круто! Ведь, танцуя с ним, ты не испытывала отвращение… Тебя бил озноб и обжигали его пальцы… Это же оно! Желание! Тебе давно пора испытать на себе все прелести сексуальной жизни, – на последнем предложении она загадочно повела бровью.
– Ты маньячка, – усмехнулась я, отводя взгляд.
И тут же вспомнила чуть влажные губы в изгибе моей кисти… Сердце запнулось и погнало кровь к щекам, пожаром обжигая кожу.
– Во-о-о-от! – лукаво протянула Вася. – Секс, секс, секс.
– Заткнись, – улыбнулась я и снова упала на спину, обхватив прохладными руками щёки, в попытке остудить пыл.
– Блин, я так рада за тебя, – сладко вздохнула Вася. – У тебя есть реальный шанс построить жизнь по своему усмотрению. Мне кажется, он способен выполнить любую твою просьбу, и я уже предвкушаю нереальные выходные в твоей компании!