Разрыв
Шрифт:
— Спитъ — и славу Богу!.. стало быть, конецъ безобразію! — радостно воскликнулъ Туркинъ.
Былъ второй часъ ночи; Туркинъ уже часа три, какъ былъ въ постели и видлъ прекрасные сны. Грезился ему чудный садъ съ яркимъ солнечнымъ свтомъ, пестрыми клумбами, желтыми дорожками… все
— Тишенко! что съ тобой?.. — завизжалъ Туркинъ: — „допился!“ — какъ молнія, мелькнула у него мысль…
— Иди къ ней! иди! — ревлъ Иванъ Карповичъ, чуть не ломая ему плечо желзными пальцами, — гони ее… о-о-о!.. изве… изве… ла… не… ни… зм… змя…
Слова вылегали у него изъ гортани не слитно, а слово за слогомъ, какъ лай…
— Куда я пойду? — защищался Туркинъ, — сумасшедшій! опомнись! Теперь ночь…
— Не пойдешь? Ночь, говоришь, ночь! Ладно же! Я… я самъ… я пойду… — кричалъ Иванъ Карповичъ, колотя себя въ грудь кулаками и вдругъ, согнувшись въ половину своего большого роста, какъ зврь, шмыгнулъ за дверь номера, сбивъ съ ногъ спшившаго
— Караулъ! — завопилъ вслдъ ему освобожденный Туркинъ, — но Тишенко уже сбгалъ по лстниц, качаясь, спотыкаясь о ступеньки, колотясь о перила. Онъ ничего не видлъ передъ собой — красная мгла застилала ему глаза, — но бжалъ впередъ по слпому неистовому инстинкту.
— Вошелъ? ты говоришь, вошелъ? — торопливо спрашивали дворника дома, гд квартировалъ Тишенко, подоспвшіе вслдъ за бшенымъ, Туркинъ и околоточный…
— Какъ же: во дворъ прошли и прямо по черной лстниц…
— Что жъ ты его не держалъ? Разв не видалъ, что человкъ не въ себ?! — озлился околоточный.
— Да мн и то чудно показалось, какъ это они безъ шапки…
— То-то „чудно“! А еще дворникъ… животное!.. Городовые! Карповъ! Филатовъ! ступай впередъ но лстниц, мы завами…
Въ квартир Ивана Карповича была тишь и темь. Околоточный чиркнулъ спичкою и освтилъ пустую кухню… въ сосдней комнат — столовой валялся на долу подсвчникъ съ потухшей, разбитою на куски свчой… Туркинъ подобралъ огарокъ, зажегъ…
— Господи помилуй! — охнулъ дворникъ, и вс попятились: изъ дверей спальной катилась въ столовую черная широкая струя…
Аннушка — еще теплая и трепещущая — лежала за дверью съ проломленною головою. Орудіе убійства — утюгъ — Тишенко бросилъ тутъ же… Самого его нашли въ передней: сидя на томъ самомъ мст, гд недавно его напугала Аннушка, онъ спалъ крпкимъ сномъ съ самымъ спокойнымъ и довольнымъ выраженіемъ на утомленномъ лиц…
1911