Разрушительные истины
Шрифт:
— Да, я скоро уйду, но сначала хотел поговорить с тобой.
— Ну, тогда выкладывай. У меня нет времени на всю ночь.
Ярость обволакивает мой язык, но я сдерживаюсь, не желая доставлять ему удовольствие. Вместо этого я расправляю плечи и выпрямляю спину.
— С меня хватит, папа.
Его лицо искажается, черты искажаются гневом и замешательством.
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря «с тебя хватит»??
— Мне надоело быть твоей марионеткой. Какой бы идиотский план у тебя ни был, чтобы считать Киллибегс своим, оставь меня в покое.
Он делает шаг вперед, выпрямляясь передо мной, и из его ушей вырывается пресловутый
— Что за гребаная шутка. Ты пошел и сделал единственную вещь, которую я говорил тебе не делать, не так ли? Намочил свой член и позволил своему сердцу включиться.
— Это не имеет никакого отношения к Сирше. Это я стою за себя и за то, чего я, блядь, хочу. Всю мою жизнь ты пытался превратить меня в свою мини-версию, но это не то, кем я хочу быть.
В глубине души я слышу слова, которые Роуэн произнес на прошлой неделе в своем домике у бассейна. Наступает момент, когда ты должен решить, является ли человек, на которого ты пытаешься произвести впечатление, тем, кем ты хочешь стать. Что касается меня, то я был чертовски молод, когда понял, что никогда не хотел быть отражением дьявола. С этого момента я знал, что сделаю все, что потребуется, — и перенесу любой ад, который мне предстоял, — чтобы вырваться из-под его тени.
— Ты, эта гребаная жизнь, — моя рука обводит комнату, — Все, за что выступает синдикат, я покончил со всем этим.
Его щеки пылают от ярости.
— Синдикат — это не вариант, Лиам. Это укоренилось в тебе. От этого никуда не деться. Ты родился в этой жизни, и это бремя ты будешь нести с собой до самой смерти. У тебя нет права голоса.
Он может запугивать меня сколько угодно, но я не передумаю. После сегодняшней ночи я ухожу из синдиката, с его разрешения или без него.
— Пошел ты. Это моя жизнь и мой выбор. И на этот раз я выбираю себя.
Развернувшись на каблуках, я направляюсь к двери, не тратя больше ни секунды на объяснения того, что он отказывается понимать. Рука уже на дверной ручке, когда его голос останавливает мой следующий шаг.
— Что случится с Беван, если ты сейчас уйдешь? Ты действительно думаешь, что она создана для руководящей роли в этой семье?
Оглядываюсь через плечо, мои глаза пылают ненавистью к мужчине, которым я когда-то стремился быть.
— Беван станет вдвое лучшим лидером, чем ты когда-либо был, если это то, чего она решит, что хочет.
— Вот тут ты ошибаешься, Девин. Если ты уйдешь от роли следующего главы его семьи, у нее не будет выбора. Может, тебе стоит подумать об этом, прежде чем портить будущее своей сестры из-за того, что тебе разбила сердце такая маленькая шлюшка, как Сирша Райан.
Стоя рядом с Роуэном в большом вестибюле Райан мэнор, слова моего отца тяжелым грузом ложатся на мои плечи, но я делаю все возможное, чтобы отодвинуть их на задний план, чтобы насладиться этой последней ночью с Сиршей.
Мой взгляд прикован к красавице, спускающейся по императорской лестнице. Слои тюля струятся по ее бедрам, когда она проводит руками по лифу без бретелек, сжимая талию своего темно-синего бального платья с блестящей накладкой, которая выглядит как тысяча сверкающих фиолетовых капель дождя в зимнем ночном небе.
От нее, блядь, захватывает дух. Ее темные волосы собраны на затылке, и тонкие пряди обрамляют ее
Когда ее ноги ступают на последнюю ступеньку, я сокращаю расстояние между нами, игнорируя ворчание Роуэна позади меня. С этого момента все ее дни будут принадлежать ему. А пока я пользуюсь каждой секундой, которая у меня есть, запасаясь воспоминаниями.
— Ты выглядишь экстравагантно, дорогая.
— Что ж, спасибо, мистер Деверо. — Ее янтарные глаза сверкают, когда она изучает меня и мой смокинг взглядом. — Ты и сам выглядишь не так уж плохо.
Следующим ее приветствует Роуэн, склоняясь перед ней, как какой-нибудь Прекрасный принц. И, если отбросить торжественное настроение, все представление, которое он разыгрывает, смехотворно, но оно заставляет Сиршу улыбнуться.
— Твоя карета ждет, mo bhanrion.
Через несколько минут мы едем к месту назначения, и неприятное ощущение в глубине моего нутра усиливается, заставляя мою ногу подпрыгивать, когда Роуэн ведет свою машину по извилистым дорогам в сторону Килл-Касла. Со своего места на заднем сиденье я наблюдаю, как Сирша и Роуэн общаются, обмениваются смехом и ссорятся из-за радиостанции. Их разговор затухает до фонового шума, когда их пальцы сплетаются вместе, покоясь на ручке переключения передач. Выглядывая в окно, я позволяю своему разуму мчаться вскачь, теряясь в размытой линии деревьев, борясь самому с собой за свое решение. В глубине души я знаю, что она не моя, и не была такой с тех пор, как мы были теми беззаботными детьми, заблудившимися в бесконечных летних днях.
Как только мы прибываем к месту назначения, мы с Роуэном становимся по бокам Сирши, и когда мы проходим через двери в главный бальный зал, все взгляды устремляются на нас. Со всех сторон члены синдиката со всего Изумрудного острова пристально смотрят на будущую Королеву Киллибегса. И хотя ей предстоит пройти еще два испытания, я не сомневаюсь, что она добьется успеха. Вместе, взяв Сиршу под руки, мы с Роуэном ведем ее через зал на танцпол.
Как только мы оказываемся в центре, я молча прошу Роуэна уделить мне минутку, указывая подбородком в сторону бара. Его брови морщатся от раздражения, но он, должно быть, правильно прочитал выражение моего лица, потому что подчиняется.
— Я собираюсь сходить за напитками. — Он наклоняется, быстро целует Сиршу в лоб, прежде чем смерить меня убийственным взглядом. — Не выпускай ее из виду.
— Я не буду.
Как только он уходит, мое сердце бешено колотится в груди, страх и тревога смешиваются, когда они текут по моим венам. Нуждаясь унять поток нерешительности, бурлящий в моем животе, я наклоняюсь, приближая рот к ее уху. Как будто так и было задумано, из динамиков, установленных рядом с домашней группой, доносится следующая песня — медленная версия «Purple Rain» для фортепиано и струнных.