Чтение онлайн

Папаня, как прежде, его проигнорировал. Между тем взгляд, устремленный на толстяка, отвердел.

– Что молчишь? Язык прикусил?

Зыркнув на своего начальника охраны, Куроедов уставился в пол.

– Говори ты, – буркнул он, источая сумрак.

– Фраер копченый! – дернулся Василий.

Но Папаня вскинул руку.

– Оно и правильно, – заявил он Куроедову. – Я скажу слово, а ты послушай. Только слушай внимательно…

– Погоди, Игнат, – простонал вдруг Гаврилыч и, скорчась, заковылял к двери. – Что-то брюхо прихватило.

– Медвежья болезнь, – поставил

диагноз Василий. И амбалы его, заржав, расступились перед ковыляющим начальником охраны.

Гаврилыч прохрипел, толкнув дверь:

– Погоди, Игнат. Щас приду. – И чуть ли не вывалился из тренажерной.

Под гогот амбалов Папаня обронил:

– Не торопись там. На хер ты нужен. – Он в упор посмотрел на Куроедова. – Короче, Володя. С тебя пол-лимона – и разошлись миром. Это начет тебе за Волобуя, за француза и за язык твой поганый. Согласись, по-божески.

Куроедов обратил на него набрякшие красные глаза.

– Сколько ты сказал?

Василий рявкнул:

– Пятьсот штук зеленью! Оглох, что ли?!

Пальцы на руках толстяка зашевелились, будто лишенные суставов.

– Посмотрим, – прошипел он.

– Смотри, – кивнул Папаня. – Сроку тебе три дня: соберешь наличку. Не то изымем твои квартиры, фазенду в Голицыне, а после… Володя, ты умный мужик. Тебе это надо? – Папаня направился к двери, но у порога обернулся: – Васька, ты заснул?

Василий таращился на дымящегося Куроедова.

– Щас, – отозвался он. – Побазарю с ним.

Папаня бросил на него осуждающий взгляд.

– Пять минут. Жду в машине. – И вышел в сопровождении четырех амбалов.

Василий, держа руки в карманах штанов, приблизился к Куроедову.

– Слышь, ты ширяешься, что ли?

Скованность толстяка будто ветром сдуло. Он в бешенстве откинул потные волосы со лба.

– Оближи мой анус, баран!

Белозубая улыбка Василия походила на волчий оскал.

– Не гони пургу, мужик: че ты себе впрыскиваешь? Колись, штуку дам – бабу на ночь снимешь. Без понтов, Володь, тебе шалавы хоть дают? Или ты вообще пидор?

У Куроедова задергалось веко. Его правая рука, удлиняясь, потянулась к обидчику.

– Иди сюда, шваль!

Однако Василий, проинструктированный братом-десятиклассником, проворно отскочил.

– Скажи, чем ширяешься. Может, я куплю эту дурь и сбыт налажу, без понтов.

Ринувшийся на него толстяк притормозил.

– Ты серьезно?

– Ну.

– Давай завтра у меня в офисе, о'кей?

Василий поскреб в затылке.

– Ништяк. Однако не всасываю: как мудаки и дешевки вроде тебя, ухитряются у нас бабки наваривать? А по ящику гонят волну на бандитов…

Куроедов, взревев, ухватил за гриф штангу и поднял 140 кг железа, точно батон колбасы. Обалдевший Василий попятился к двери. Толстяк двинулся на него, вращая штангу над головой.

– Пришибу, как муху! В стенку вобью!

Геройствовать Вася не стал. Выскочив за дверь, он рванул прочь и у выхода из спортклуба услыхал истошные вопли. Шагах в десяти от парковки, на асфальте лежал Папаня с двумя амбалами. Они были не просто мертвы, а растерзаны так,

словно по ним промчался табун обезумевших буйволов. И немного подальше, вдоль проезжей части, удирали в ужасе оставшиеся два амбала. За ним гналось визжащее темное облако, внутри которого смутно различались человеческие фигуры. Через мгновение обе жертвы и преследователи скрылись с глаз.

Василий в оцепенении присел перед Папаней на корточки. Папаня лежал, раскинув руки. Лицо его являло собой кровавое месиво, а галстук был залихватски закинут на плечо. Уставясь на этот кошмар, Василий пробормотал:

– Ладно, гнида… ладно.

Охрана Куроедова молча наблюдала за ним из окон джипов. А в дверях спорткомплекса обозначилась лопоухая физиономия Гаврилыча, гнусно ухмыльнулась и пропала.

Ямото Кае, сидя за рулем угнанной «Хонды», следил за происходящим. Глава клана Черная Саранча был в ярости. Ему хотелось выскочить и порвать на клочки тех и этих, чтоб неповадно было чужакам использовать «субстанцию». С огромным трудом Ямото обуздал гнев: сперва следовало добраться до Ньюгартов, а уж затем… Этих Ньюгартов он не убьет столь милосердно, как недоумка Судзи. Умирать они будут мучительно… На лице Ямото появилась мечтательная улыбка.

Глядя на растерзанного шефа, Василий встал с корточек. «Держись француза», – прозвучал в его мыслях голос Папани. И другой голос, похожий на Васин собственный, с горечью отозвался: «На кой ты ему нужен, рожа криминальная?» Шмыгнув носом, Василий осмотрелся вокруг. Что-то надо было делать. Но что именно?

В кабинете на Лубянке они расселись так же, как в понедельник: генерал Рюмин на хозяйском месте, майор Луганский с ним рядом, Глеб по другую сторону стола. Оба чекиста были в серых костюмах, белоснежных сорочках и в одежде различались лишь цветами галстуков. Глеб, разумеется, был в джинсах, в синей рубахе с коротким рукавом и сидел, закинув ногу на ногу.

Генерал кивнул подчиненному.

– К делу. У меня мало времени.

Кивнув в ответ, Луганский рефлекторно поправил идеальную прическу.

– В день прошлой нашей встречи, господин Грин, погиб наш сотрудник, которому было поручено следить за вами.

– Вот как? – изобразил удивление Глеб.

– Именно так, – отрезал майор. – Лейтенант Вегин убит был тем же способом, что Мак-Грегор, причем в том месте, где стояла ваша машина. Время его смерти с точностью до получаса совпадает со временем вашего отъезда.

Развалясь на стуле, Глеб покачивался на его задних ножках.

– Надо же. Значит, ваш лейтенант и присобачил мне «жучок»?

Брови майора Луганского приподнялись.

– То есть вы знали о…

– Не ломайте мебель! – гаркнул на Глеба генерал. – Сядьте, как положено!

Глеб прекратил качаться на стуле.

– Пардон, детская привычка.

Майор с нажимом повторил:

– То есть вы знали…

– Избавляйтесь от идиотских привычек! – не унимался генерал. – Какой пример вы подаете ученикам?!