Разрушь преисподнюю!
Шрифт:
Красный «Москвич» внаглую вклинился между «Мерседесом» Куроедова и сопровождающим джипом. Светлана похлопала по плечу майора Калитина, сидящего за рулем.
– Молоток, Леша. Это козлы, а не охрана.
Калитин буркнул:
– Я не начальник твой, а личный шофер.
– Леш, опять? Комплекс у тебя, что ли, на этой почве?
– Капитан Сычова, ты меня достала. Что мы творим?
– Совсем
– Прости, я тупой. Но знаешь, Сычова, что меня добивает? То, что ты еще тупее.
Светлана хмыкнула.
– Мы напарники что надо. В правый ряд, Леш! Притормози у тротуара!
Ругнувшись, майор Калитин остановил машину.
– Уйдут ведь!
– Хрен с ними. Похоже, пустышка.
Алексей повернулся лицом к Светлане.
– Слушай сюда, Сычиха. Вчера меня выдернул Жмыхов и полтора часа песочил, заперев кабинет. Либо, говорит, железобетонные улики, либо закрываем дело. Сечешь?
Светлана ударила правым кулаком в левую ладонь.
– Началось! Все та же хрень!
– А ты как думала? На него давят по-черному.
– И он давит на тебя, а ты – на меня. Как поется в песне «Наша служба и опасна, и трудна».
Калитин скорчил обиженную мину.
– Зубами я вырвал у него два-три дня. Свет, я сошка мелкая, а ты еще мельче. Мы с тобой можем только то, что можем.
В серых глазах Светланы блеснула сталь.
– Я не сошка, Леш. Хотя бы потому, что сошкой себя не считаю. А что я могу и чего не могу… Узнаю, когда попробую.
Алексей скривил губы.
– Ну да, помню: «Мир таков, каким мы его видим». Давненько ты Француза не цитировала.
Светлана посмотрела на него в упор.
– Иди в жопу, Калитин: не до цитат. Давай в двух словах, на пальцах, и погнали. Стихи Саши Колесникова ты читал… Не перебивай! «Людей в сумраке» ты видел. Или будешь ссылаться на дефект зрения?
– Не буду, – буркнул Алексей.
– Не такой уж тупой, значит. Про Ньюгартов, про клан Черная Саранча и про «субстанцию» я тебе рассказала, не спросясь Глеба.
– Сычиха, ты даешь…
– Заткнись, мелкая сошка! Куроедов – гнида и сам по себе, а тут еще и в «черном сумраке». Они распространяют какую-то хрень, Калитин. Хочешь ты это остановить?
Алексей опустил взгляд.
– Такого задания нам не давали. Но давай попробуем.
– Поэтому, Леш, мы вцепились в это длинноволосое пугало, проводили его до пустыря и… Если честно, Калитин, просто не врубаюсь: какая-то стрелка, с каким-то криминалом…
– Не с каким-то, – поправил Калитин, – а с Игнатом Докой. Весьма влиятельный в Москве авторитет.
Светлана задумчиво кивнула.
– Доку разглядела. Иногда он оказывает Глебу услуги… Ой, а может… Надо у Глеба спросить.
Майор Калитин в досаде проворчал:
– Опять Глебу, у Глеба… Только и слышишь: Глеб! На кого, Сычова, ты работаешь? На бывшего подозреваемого?
– Допер
Включив зажигание, майор Калитин пробормотал:
– Впервые такое вижу. Сдохнуть можно.
Светлана прокашлялась.
– Так, значит… Сперва к бабке заедем.
– К какой еще бабке?
– Не придуряйся, Калитин. К свидетельнице, которая из окна заметила типов, входящих в гараж Волобуева за полчаса до убийства.
Алексей скуксился.
– Сычова, я жрать хочу. Из этой бабки песок сыплется, вряд ли она сумеет опознать…
– Сперва к ней, – отрезала Светлана. – Потом заскочим к твоим соседям, проведаем их сыночка «в сумраке»: жив ли еще? А потом – жрать…
Прибавив газу, Алексей буркнул:
– Задолбала. Я не начальник, а… Повторять надоело.
– Сам же сказал: у нас два дня, – оправдалась Светлана.
После молчания майор Калитин произнес:
– Знаешь, Сычова, еще лет пять назад, быть может, я попросился бы к вам в компанию. Возьмите, мол, с испытательным сроком, и все такое. – Он вздохнул. – Но теперь я мент, склонный к полноте, ленивый и… хочу жрать.
Светлана строго на него посмотрела.
– Вообще-то, Калитин, у нас иногда кормят. Даже тех, кто с испытательным сроком.
Дождь то прекращался, то возобновлялся с удвоенной силой. На парковке у ресторана «Прага» майор ФСБ Луганский вышел из своего золотистого «Опеля» и пересел в черный «Мерседес» Куроедова. Толстяк успел отослать Гаврилыча в джипе с охраной и сам громоздился за рулем.
– В чем дело, Володь? – Луганский в досаде хлопнул дверцей. – Право слово, ты меня изматываешь.
В нескольких шагах тем временем остановилось такси, из окна которого Ямото Кае зафиксировал очередную встречу приятелей. Чокнутый толстяк, племянник Люси Ньюгарт, заключал в себе главный интерес предводителя клана Черная Саранча.
Куроедов в «Мерседесе» выпалил:
– На меня урки наехали. Чуть до стрельбы не дошло.
Луганский хмуро разгладил усики.
– В штаны наложил?
– Юрик, это не смешно. – Куроедов красочно описал «стрелку» на пустыре и заключил вопросом: – Игнат Дока, кликуха Папаня – слыхал про такого?
Луганский пожал плечами.
– Мало ли их. Но психанул ты зря.
Куроедов откинул со лба прядь.
– Не потерплю бандитского хамства.
Майор глянул на него с прищуром.
– Вас послушать, Владимир Сергеевич, так вы агнец божий. Не взрывали никого, не мочили…