Чтение онлайн

Ах, эти правила работы. Эшу показалось, что ему будет приятно общаться с миссис Бенедикт.

— Вам не стоит переживать насчет моих братьев, — сказал Эш. К сожалению. — Что же касается меня, я не надеялся попасть туда, где будут потакать всем моим желаниям без разбора. Кроме того, у меня самого была сестра. Ради ее светлой памяти я не могу вести себя бесцеремонно с женщинами.

Его планы относительно мисс Лоуэлл нельзя назвать бесцеремонными.

Он скорее назвал бы их отношения регулярным общением.

Однако миссис Бенедикт не могла услышать это не высказанное вслух объяснение. Она решительно кивнула:

— Вы не такой, как я ожидала, сэр.

— Я и сам не ожидал.

Экономка усмехнулась и потянулась к карману передника за связкой ключей. С металлическим лязганьем зажим раскрылся, и миссис Бенедикт сняла один ключ:

— Я вам верю. Возьмите.

Эш протянул руку.

— Это универсальный ключ. — Она вложила его в руку нового хозяина. — Если вы захотите воспользоваться им не по назначению, знайте, у меня везде свои уши, будь то наследник герцога или кто-то другой.

Тяжелый ключ из железа с причудливыми завитками напоминал меч, изображенный на гербе Парфорда. Эш с интересом рассмотрел его и убрал в карман. Миссис Бенедикт уже отпирала дверь в длинный коридор, давая понять, что их разговор окончен, и вышла с победным видом боевого генерала. Мистер Тернер пожал плечами и направился следом.

— А теперь, — произнесла экономка, когда он поравнялся с ней, — поговорим об организации ужинов. Могу ли я сама составлять меню, или должна согласовывать его с вами?

— Доверю это вам. К слову сказать, когда приедут мои знакомые и родственники из Лондона, у нас будет исключительно мужская компания, исправить положение невозможно без приглашения женщин. Однако сегодня вечером… — Он замолчал в ожидании ее реакции.

Миссис Бенедикт чуть нахмурилась.

— Что ж, к северу от Йовиля живут сестры Дюпре, мисс Амелия и мисс Кэтрин. Они будут рады вашему приглашению. Не стоит забывать и о дочерях леди Харкорт — они очень молоды, четырнадцати и шестнадцати лет. Но леди Харкорт возражать не будет — она мечтает выдать их замуж.

Эш усмехнулся. Боже. Четырнадцатилетнее дитя. Он не знает, о чем с ней и говорить.

— Нет, — сказал он. — Только не леди Харкорт. И точно не ее дочери. — Какими бы они ни были. Он познакомится с ними, когда станет герцогом. Предстоит решить, как лучше всего это сделать — в конце концов, это не должно выглядеть так, словно он решил прочитать очередной выпуск «Дэбретт», ежегодного справочника дворянства.

— Ни Дюпре, ни кто-либо. Не хотелось бы в течение нескольких часов испытывать неловкость за отсутствие тем для разговора, интересных дамам. Кроме того, не думаю, что леди Харкорт простит меня, если я столь внезапно отправлю ей приглашение. Нет, миссис Бенедикт. Более всего мне было бы приятно… ваше общество.

Последние слова были произнесены, когда они уже вышли в вестибюль.

— Мое! — Глаза экономки едва не вылезли из орбит.

Она остановилась —

прямо в центре огромного холла — и принялась нервно разглаживать складки на юбке. Затем она повернулась и стала с интересом вглядываться в его лицо, вероятно пытаясь уловить черты скрытого безумия. Не увидев выпученных глаз или пены у рта, она покачала головой.

— Мое? — Сделав над собой усилие, миссис Бенедикт смогла изменить интонацию на вопросительную. — Но я не леди, чтобы сидеть за одним столом с хозяином. Я прислуга, сэр. И, смею заметить, хорошая. Я знаю и понимаю, что не смогу вести беседу, интересную наследнику герцога.

— Чушь, — сказал Эш. — Вы прекрасно с этим справлялись последние полчаса. И вы ведь наблюдали за Далримплами, верно?

Он улыбнулся уголком рта, увидев ее легкий кивок. Она уже призналась себе, что он ей симпатичен, хоть и не вполне осознала это. Настало время усилить впечатление.

Сверху послышался шум, хлопнула дверь, а через несколько минут раздался звук шагов, удаляющихся в сторону верхней галереи. У мистера Тернера дрожь пробежала по затылку.

— Могу я доверить вам тайну? Вы должны знать семейную историю — слышали о давнишней вражде между Тернерами и Далримплами, о том, что мы с братьями росли почти в нищете.

Экономка вздохнула и отвела взгляд.

— Прислуге негоже распускать сплетни о хозяевах. Я прослежу за этим. Если услышите нечто подобное, постарайтесь не обращать внимания. Обращайтесь сразу ко мне, и я приструню нарушителя порядка.

— Ах нет. Я не хотел сказать, что вы сплетничаете. Но, возможно, время от времени вы слышали что-то о менее благополучной родне? — Эш изобразил на лице самую очаровательную улыбку, на которую только был способен.

Миссис Бенедикт смягчилась.

— Возможно, — уклончиво ответила она.

— Правда в том, что я комфортнее чувствую себя в обществе слуг, чем среди себе равных. Этот переезд стал для нас неожиданностью. Такой человек, как вы, во многом мог бы мне помочь. С моей точки зрения, вы вовсе не прислуга. Я бы назвал вас правительницей этого дома.

— Что ж… — Было очевидно, что миссис Бенедикт приятна такая похвала. Эш одарил ее еще одной очаровательной улыбкой, и женщина немного приободрилась.

— У вас прекрасные манеры и хорошая речь. Вы ничем не отличаетесь от истинной леди — управляете домом, делаете все возможное для удобства хозяина. Единственное, что отличает вас от леди, — вы получаете за это жалованье.

Она смотрела на него во все глаза, губы растянулись в легкой улыбке. Эш почти физически ощущал, как воля миссис Бенедикт склоняется под напором его речей — экономка столь большого имения, управляющаяся с таким количеством слуг, обладала стойкостью характера, достойной уважения.

Его всегда удивляли сетования других торговцев на то, как сложно управлять домом — сколько усилий требуется, чтобы контролировать слуг или нанять хорошего клерка для работы со счетами. Сам Эш никогда не испытывал проблем с тем, чтобы заставить людей делать то, что он хочет.