Разные миры
Шрифт:
Как она поняла, что это именно Сальваторе? Она и сама не знала. Просто привыкла, что когда ей плохо друг всегда оказывается рядом. И сейчас, только она успела спрятать свое лицо у него в куртке, она тут же поняла, что не ошиблась: в нос ударил его любимый одеколон. И сразу стала лучше. Она поняла, что не одна, и боль как будто отступилась перед лицом своих старых врагов – дружбы, преданности, любви.
– Елена, - тихо проговорил Деймон, гладя девушку по голове.
– Все хорошо, - Гилберт шмыгнула носом и подняла взгляд на друга.
– Ложь, -
Не надо было уточнять, кто сделал. Оба они понимали, о ком идет речь.
– Мы… Мы расстались, - предательские слезы снова подступили, а голос дрогнул.
– Почему? – наверное, это было не очень тактично со стороны Сальваторе узнавать у девушки всё именно сейчас. Но разве можно иначе, когда хочется набить Доновану морду, но для этого надо знать причины?
– Я не знаю… Я убежала. Я просто… Он… - как маленький ребенок начала оправдываться Елена.
– Тссс… - успокаивающе проговорил Деймон и не смог сдержать ухмылки. Только Гилберт так может: убежать, не узнав причины, а теперь мучить себя незнанием, почему Мэтт так поступил.
– А что ты здесь делаешь? – спустя несколько минут, во время которых она всхлипывала, пытаясь не дать слезам снова вырваться наружу, спросила Елена, отстраняясь от друга.
– Мы с отцом ездили в суд, - выпуская девушку из своих объятий, объяснил он, - Представляешь: теперь я был там законно, - пытаясь развеселить Гилберт, проговорил Сальваторе.
– Охранник такой же наивный? – слегка улыбаясь, спросила Елена, но потом нахмурилась, - Зачем ты был в суде?
– Отец хочет, чтобы наследство дедушки было переписано на него, - на лбу парня появилась небольшая морщинка.
– Но, Деймон, это же…
– Я знаю, Лени, знаю, - устало проговорил Сальваторе, - Но мне не нужны ни этот титул, ни поместье, ни деньги. А если Джузеппе станет спокойнее от того, что у меня этого не будет, то я не буду мешать ему.
– У твоего дедушки, наверное, были причины на то, чтобы завещать все тебе, а не ему, - Гилберт, как будто знала, о чем думал парень всего несколько минут назад.
– Наверное, - подтвердил Деймон, - И если бы дед не хотел, чтобы все его наследство досталось его сыну, то он постарался бы еще до своей… смерти устроить все так, чтобы оно ему не досталось. Так что у меня нет причин переживать.
– Надеюсь, ты прав, - поежившись от холода, проговорила Гилберт.
– Пойдем, а то ты замерзла, - Сальваторе, набросив на подругу свою черную кожаную, но, к сожалению, мокрую от дождя куртку и приобняв за плечи, потянул Елену за собой в сторону вокзала, который, Слава Богу, находился в нескольких минутах ходьбы.
Добравшись до вокзала и устроившись в теплом вагоне электрички, ребята заказали себя горячий чай. И под его действием и под тихим голосом друга, который что-то рассказывал ей, Елена уснула на его плече.
Внутренние переживания приобрели форму во сне. И девушка вновь оказалась на знакомой полянке. Но там никого не было. Зверек куда-то пропал. И стало
Но он не мог так поступить!
Сердце защемило, а девушка побежала в чащу, зовя старого знакомого. Но его нигде не было, а она продолжала бежать. Елена бежала все дальше и дальше, и вдруг оказалась на той же поляне только с другой стороны.
Неужели она оббежала весь лес? Но это было уже неважно. Ведь он был здесь. Скунс снова сидел на траве. Его лица не было видно: он смотрел туда, куда несколько минут назад убегала девушка. Но потом повернулся, и в его глазах были холод и презрение.
Нет! Что она сделала не так? Почему он так смотрит? Почему как обычно не играет и не поддерживает ее? Почему… почему он ненавидит ее?
– Нет!!! – Елена резко открыла глаза, и схватилась за кофту Деймона, не желая отпускать его от себя. Нет, он не ненавидит ее. Это всего лишь сон. А тот скунс – вовсе не ее Скунс. Это лишь зверек, живущий у нее во снах, и он не имеет ничего общего с Деймоном Сальваторе. Ведь Деймон Сальваторе – ее друг, и она точно это знает.
– Лени? – парень успокаивающе гладил девушку по голове.
– Ложь. Все, что там было - ложь, - Гилберт подняла испуганные глаза на друга, и он внутренне содрогнулся. Что же случилось с его девочкой, если у нее такой взгляд?
– Этого всего лишь сон, Ленивец, - попытался успокоить подругу Сальваторе.
– Деймон, я… я боюсь…
– Не бойся, – парень прижался губами к виску трясущийся Елены, - Я рядом. Всегда.
***
Главной вопрос, который мучал Елену сейчас – почему черлидерши одеваются, как девушки легкого поведения? Обтягивающие топики, короткие юбки-пачки и гольфы традиционных цветов старшей школы Сент-Олбанса и с изображением их талисмана, плюс провокационные движения. Все это вызывало у старшей Гилберт жгучее раздражение. И она бы с удовольствием сбежала отсюда – что она в принципе и собиралась сделать сразу после выступления – и утащила бы с собой Керолайн, которой не стоит находиться в такой компании. Но этот матч Елене пережить придется, потому что спор есть спор, и нарушать его нельзя. Хотя можно, конечно, но девушка справедливо решила, что если она бросит команду, Сальваторе придумает ей наказание страшнее прежнего. Поэтому сейчас Елене приходилось натягивать на себя гольфы и слушать наставления капитанши Менди.
– Главное: не забывайте улыбаться, девочки, - вещала миловидная, но, к сожалению, лишенная ума, девушка, - Мы должны поддерживать и вдохновлять болельщиков и наших любимых мальчиков-футболистов.
– А вы слышали, что Деймон Сальваторе теперь в команде? – поинтересовалась другая девушка у своих подруг. Девушки тут же зашушукались и заулыбались, а Елена просто закатила глаза. Из-за того, что Деймон Сальваторе теперь в команде, ей приходится торчать здесь. Так что зря они этому радуются. Видит Бог, не будь ее в команде, всем этим девушкам жилось бы легче.