Разлом
Шрифт:
– А как же они? – насупилась Ири, в душе которой скреблись кошки. – Мы же... Мы ведь вместе пробивались из города. Эйдор, вроде, неплохой парень, хотя болтает всякие глупости.
– Это их война, – жестко отрезала Инелия. – Это их город. Мы здесь чужие.
Далийцы сражались бесстрашно, но силы были слишком неравны. Железный клин крестоносцев довольно быстро продавил оборону и началась бойня. Измененные погибли почти сразу, и только несколько оставшихся в живых далийских рыцарей смогли выдержать вражеский напор и почти организованно отступить к развалинам.
– Эта девчонка еще жива! – вскинула брови Ири.
– Ее все прикрывают, – процедила Инелия. – Похоже, это довольная знатная особа.
– Инелия! Может мы можем...
– Нам тогда не уйти, понимаешь?
– Но где же мы могли видеть ее? – наморщила лоб Ири. – Тем более, если она знатная...
– О, черт! – выдохнула Инелия. – Кира! Там, во дворце, вспомнила, Ири? Это принцесса!
Ирия хлопнула себя по лбу.
– Точно! И еще раньше, помнишь, в корчме, вместе с тем чертовым карнелийцем!.. Но тогда что получается? Выходит – она наш враг?
Инелия не ответила. Кира враждовала с Ингельдом. А значит и в корчме, и во дворце она была врагом и для них. Но это было раньше. А сейчас...
– Она ведь... – голос Ири дрогнул. – Она как мы...
Инелия кивнула. Она понимала чувства Ири. Прошло уже много лет, но сестры хорошо помнили тот день, когда они впервые увидели Ингельда. И тот животный страх, охвативший их перед разъяренной толпой...
Дольше всех под натиском крестоносцев продержался Эйдор. Когда пали все его товарищи, он какое-то время в одиночку сдерживал напор врага. От его доспехов остались жалкие куски, из многочисленных ран сочилась кровь, но он стоял на ногах, а его меч все еще был смертельно опасен.
Когда счет убитых им рыцарей перевалил за второй десяток крестоносцы отступили. Вперед выбрался огромный воин, почти на целую голову возвышавшийся над строем.
– Как твое имя, рыцарь? – громыхнул он тяжелым басом. – Я – граф Гелен фон Валленберг, командующий особым корпусом ордена Святой Инквизиции.
– Мое имя как и мои титулы сейчас ни к чему. Мы не на рыцарском турнире.
– Так или иначе, – нахмурился граф Гелен, – но это честь для меня, сразить такого сильного воина как ты!
Он обнажил меч.
– Перед тем как мы скрестим мечи, назови мне хотя бы имя этой девушки. Я вижу, что она очень важна для тебя. Клянусь честью, если ты назовешь ее имя, я сохраню ей жизнь.
– Честь? – Эйдор покачал головой. – Ни ты и никто из твоих людей понятия не имеет о чести!
Крестоносцы возмущенно зароптали.
– Тихо! – повысил голос граф. – Напрасно ты пытаешься оскорбить меня.
– Оскорбить? – Эйдор расхохотался. – Я сообщаю свершившийся факт! О какой чести ты говоришь? Или может быть это не вы нарушили пакт о ненападении? Или может вы одержали ряд блестящих побед над нашей армией, нет?.. – его голос наполнился яростью. – Ах да, предатель Торнтад, он сдал вам границу, армию, надо же какая славная победа.
Эйдор
– Жаль, что ты не Торнтад, ему я вспорол бы брюхо куда охотней, впрочем, сгодишься и ты. В конце концов, вступить в сговор с герцогом могли лишь такие же бесчестные люди как и он сам!.. Так что забудь про честь, и ты, и весь ваш орден – банда негодяев, сброд!
За спиной графа лязгнуло железо, но Гелен махнул рукой своим.
– Отставить! Это мой бой! – граф принял боевую позицию. – Возможно, ты не знаешь, но победы одерживают не только силой оружия, впрочем, я не собираюсь перед тобой оправдываться. Но если эта девушка погибнет, это будет на твоей совести!
Эйдор с рычанием взмахнул мечом. Гелен принял удар на щит и тотчас, с необычайной скоростью перешел в контратаку. Впрочем, необычайной его скорость была в сравнении с Эйдором. Тот едва стоял на ногах.
– Черт! – Ири стиснула кулаки. – Эйдор... Но почему Кира не использует магию?
– Посмотри на нее, она тоже едва жива. Кроме того, она не хочет, чтобы ее узнали. Сбегутся попы, и тогда у нее не будет ни единого шанса...
Могучие удары графа сыпались один за другим, Эйдор каким-то чудом все еще отбивался, но было очевидно, что ему не продержаться и пары минут.
Инелия оглянулась в темноту расщелины.
– Инель! Мы должны помочь этой девушке! – Ири схватилась за меч.
– Оставайся здесь, я сама! – бросила Инелия. – А ты проползи-ка чуть дальше, сдается мне, расщелина ведет в подземелье.
Очередной мощный удар вдребезги разнес меч Эйдора и раскроил ему грудь. Фонтаном ударила кровь и Эйдор со стоном осел на землю.
– Дядя Эйдор! – всхлипывая, Кира упала рядом с ним на колени. – Дядя...
– Прости... Я не смог... – глаза Эйдора остекленели.
В следующий миг Кира с криком подхватила меч Эйдора. Но Гелен поспешно отступил, снял шлем, под которым обнаружилось суровое обветренное лицо сорокалетнего мужчины. Губы графа сложились в усмешку.
– Леди, может быть вам стоит отложить меч? – предложил он. – Мы не воюем с женщинами и детьми. Обещаю, никто вас не тронет.
– Улицы Аламара залиты кровью детей и женщин! – резко ответила она.
– Это невозможно, – уверенно возразил Гелен. – Войскам даны строжайшие указания не трогать гражданское население.
– Может быть она имеет в виду этих человекоподобных зверюшек? – предположил другой рыцарь.
– Вы и есть настоящие звери!
– Ах вот оно что в чем дело, – граф рассмеялся. – У меня в замке тоже есть и кошки, и собаки, однако мне не приходит в голову называть их самок женщинами, а щенков детьми. Не думал, что далийские нравы упали столь низко.!
Кира стояла совсем рядом, так что Инелии достаточно было протянуть руку. Неко мягко обхватила ее щиколотку и рванула на себя. Девушка с криком упала и Инелия изо всех сил потащила ее к себе.