Раздевайся, босс!
Шрифт:
– Даже ты.
Мужчина резко поднялся с кресла и через пару шагов стоял вплотную ко мне. Нас разделяли пара сантиметров, но даже через них я чувствовала резкое дыхание моего босса с легким запахом мяты. Парфюм, от которого так балдела Альбина, проник прямо в ноздри. В легкие. И тот самый взгляд. Практически черный. Он поглощал меня, съедал заживо. Эмм… съедал? Как ту стриптизершу, когда она стояла перед ним на коленях и…
Черт, снова те картинки со вчерашнего дня мешали мне здраво мыслить.
– Неужели испугалась?
Он шагнул еще ближе ко мне, и я почувствовала его грудь своей грудью. Ой, кажется, мне не хватало кислорода, я дышала слишком быстро, и моя грудь под блузкой очень часто соприкасалась с его, твердой и широкой. Я так зациклилась на дыхании в попытке его выровнять, что не заметила, как пальцы босса коснулись моих волос и заправили рыжую прядь за ухо. Он… он что творит?
– Чего молчишь? Давай, говори все, что думаешь обо мне.
Когда он успел коснуться ладонью моего плеча? А когда оттянуть ворот блузки? Хмм. Почему он так смотрел на мою грудь? Снова пуговица расстегнулась? Боже, боже, боже… Что он творит? Наши дыхания сплелись воедино, его взгляд снова впечатался в мой и не отрывался. Долго не отрывался. Ой, кажется, меня и правда засасывало в черные омуты, как в черные дыры в космосе. Или же…
Стоп! Остановись, коварный босс-дракон! Я не позволю воспользоваться собой, как той стриптизершей. Вы не на ту напали, Эрнест Сергеевич.
– Отойдите от меня! – я отступила на шаг, разорвав зрительный контакт и странную связь между нами.
– Ты сама вернулась в кабинет, – усмехнулся мужчина.
– Только затем, чтобы высказать все, что думаю.
– Высказала? – он внезапно превратился из манипулятора-соблазнителя в коварного и строгого босса, которого застала несколькими минутами ранее. – А теперь пошла вон!
И я выбежала из офиса как пуля из пневматического пистолета, подхватив рюкзак и куртку. Я даже не успела ответить на вопрос Оли, куда я побежала и что произошло в кабинете. В офисе прекрасная слышимость, наверняка она все поняла.
На куртке образовалась дырка, через которую дул ветер и попадал снег, а лямка рюкзака готова была вот-вот порваться. Но это ерунда по сравнению с остальными проблемами, а теперь их слишком много. И только сейчас я полностью осознала, что натворила.
Я лишилась последнего заработка, а деньги за пожар нужно заплатить нашей бешеной хозяйке. Паника накрывала меня, а необдуманные и глупые на первый взгляд поступки казались не такими уж ужасными.
Пальцы сами набрали номер, который я, казалось, закинула в черный список. Монотонный мужской голос произнёс привычное а-лё, на которое я ответила:
– Я согласна.
Глава 12
– Пошли на Красную площадь! – радостно выкрикнула Гера, не обращая внимания на косо смотрящих людей.
– Да, идем. Скоро салют будут
Мы чуть не разлили открытую бутылку шампанского, однако всем было плевать. Ну, точнее, всем, кроме меня – я была трезва как стеклышко этой самой бутылки. Может, поэтому на нас смотрели как на сбежавших заключенных с Матросской тишины*?
Вот так проходила встреча нового года. В компании друзей, с морем алкоголя, к которому я не притронулась, и в ожидании пизд… чуда, которое обсыплет мою голову крупными купюрами. Желательно евровыми. Знаю, что этого не произойдёт, но вдруг новогодняя чудо все же существует?
Я позвонила маме перед тем, как уйти в небытие вместе с ребятами. Знаете, чисто узнать, как дела и как она поживала. Она переночевала у совковского Яшеньки, от вида которого меня чуть не вывернуло в первую встречу.
– Надеюсь, ты не злишься из-за пожара? Это не я виновата, клянусь! – вторила мама каждую секунду, не дав мне вставить и слова.
Да, я помнила, что она не виновата в пожаре, даже хотела верить ей. И верила. Слепо верила, что в глубине души, за литрами водки и пива осталась моя любящая и заботливая мамочка, которая в любой момент готова была поддержать в случае неудач, подбодрить. Наивность никогда не покинет меня.
Я так и не поняла причину возгорания, но сама связалась с пожарной службой, которая вела наше дело. Причину до сих пор выясняют. Только когда она станет известна? Сложный вопрос. Жильё не было застраховано, а мы не в Америке, чтобы нам выплатили большую страховку. Но не время об этом думать.
Я уже согласилась на съемки. Деньги не покроют полностью долг за квартиру и аренду, однако большая часть проблемы будет решена. К тому же по договору нам обещали выплату роялти за просмотр этого фильма.
– Эй, подруга, ты о чем задумалась? – отвлекла меня от насущных мыслей Гера. – Не время горевать. Улыбнись! Вон, на тебя какой красавчик смотрит!
Гера указала на рыжего парня в веснушках, который стоял у памятника Жукову. Милый, высокий, с розовыми от мороза щеками. Выглядел практически, как и я – с рыжими кудряшками, без макияжа, в пуховике. Правда, у него он новый, беленький, в отличие от моего, который я попыталась зашить у ребят в гостях.
Пустяки. Это пустяки.
Я пыталась себя утешить и собраться с силами, но они куда-то пропали. Наверное, потеряли меня, как я недавно работу. Что я буду делать без нее?
– Привет, красотка, – произнес бархатный голос надо мной. – Я хочу…
– Прости, не до тебя, – ответила я тому рыжеволосому парню и отвела друзей в сторону Красной площади. Лучше успеть сейчас, пока не закрыли.
– Эй, ты чего? Он же красавчик, – шикнула на меня Гера, пока ее парни ушли в сторону катка и смотрели цены на билеты в новогоднюю ночь.