Разбитые зеркала
Шрифт:
Уже потянувшегося было к подаркам Рина отвлёк стук в массивную дверь. Мальчик немного с сожалением посмотрел на столешницу и вернулся в кровать, как ему и было положено: незадолго до этого полудемонёнок приболел.
— Войдите, — воскликнул он, укрываясь одеялом.
В комнату вошёл высокий мужчина с длинными тёмно-синими волосами и ледяными глазами с узким зрачком. На его голове короной извивались резные рога, горящие синим пламенем.
Он спокойно посмотрел на Рина, потом на сдвинутый
— Ты вставал.
— Простите, отец, — мальчик действительно выглядел виноватым, но Сатану этим не обманешь. Видел подобное, и не раз.
Большой жизненный опыт, так сказать.
— Только для сегодняшнего дня я сделаю исключение и не прикажу твоим служанкам приковать тебя к кровати цепью, — мужчина усмехнулся, наблюдая за побледневшим сыном.
Мальчик обиженно посмотрел в сторону и немного поморщился: кожа головы опять безумно зачесалась.
— Что-то случилось? — спросил Сатана, замечая, как мальчик потянулся к волосам.
— Чешется.
Правитель Геенны хмыкнул и ненавязчиво провёл по волосам сына, заставляя того замереть на месте. Отец Рина очень редко проявлял какие-либо знаки внимания, поэтому тот их так и ценил.
— Ничего необычного. У тебя начали расти рога.
Полудемон с изумлением и восторгом посмотрел на отца.
— Правда-правда?
— Именно, — Сатана снова усмехнулся. — Раз уж у тебя сегодня праздник, я разрешу тебе отвлечься от постельного режима на один день, — его тон резко посерьезнел, — только на один.
— Хорошо, отец! — быстро протараторил Рин и соскочил на пол, убегая к шкафу с одеждой, не забыв прихватить с собой и Курикару.
Сатана спокойно смотрел ему вслед.
Мальчик вскоре вернулся, но правитель Геенны решил промолчать о том, что вся одежда одета наизнанку.
Его сыновьям стоило учиться ответственности и внимательности с самого детства.
— Куда мы пойдём? — нетерпеливо спросил Рин, идя под руку с отцом по широкому коридору. Сатана поморщился от надоедливого тона, но сегодня решил стерпеть, хотя обычно бы приказал слугам выпороть мальчика за неподобающее поведение.
— Выйдем из дворца.
Рин широко раскрыл рот. Остальной мир, скрытый за стенами дворца, он мог видеть только через окно своей комнаты. Ему никогда не разрешалось выходить на улицу, как, на самом деле, и остальным детям его возраста.
Правда, демоны росли значительно медленнее, но Сатана полагал, что с цельным пробуждением пламени внутри себя Рин замедлится в развитии.
В каком-то плане это было даже удобно. Пережить нечто наподобие маленького Амаймона ещё раз не особо хотелось.
Когда показались узорчатые двери главного входа, Рину казалось, что он уже сгорел от
Сатана усмехнулся, поглядывая на первый выход в свет самого младшего из своих сыновей. Ему не надоедало повторять это про себя не раз, и не два.
Рин был его сыном, их с Юки, драгоценным наследником, наконец-то унаследовавшим силу синего пламени всех правителей Геенны. Только с ней сын своего отца мог сесть на трон.
Сатана слишком долго ждал этого.
Двери открылись.
А за ними, во всей своей красе, возник тёмный мир иллюзий и отражений. Если бы ему можно было подобрать сравнение — больше всего бы подошло магическое Средневековье, воспетое в сказаниях, передаваемых из поколения в поколение в Ассии.
Рин с восторгом рассматривал всё вокруг, тянулся к каждой сухой веточке и напряжённо сжимал жилистую и бледную ладонь отца, спокойно ходившего за ним следом.
Вокруг них летали самые низшие демоны, до сих пор не перебравшиеся в Ассию заполнять города пылью и гнилью.
О большем мальчик и не мог мечтать на свой шестой день рождения. Всё-таки Сатана был занятой персоной.
Демоны-слуги, трудящиеся в городах, с удивлением взирали на эту картину, но тактично молчали о внешнем виде наследного принца.
За слухи могли и жестоко покарать.
***
Рину исполнилось десять, когда он, казалось бы, в первый раз встретился с одним из своих старших братьев, до этого не посещавшим дворец. Высокий мужчина в белом костюме нелепо смотрелся со своими острыми чертами лица, и мальчик просто не смог сдержать смешка.
Мефисто, а это был именно он, пристально уставился на обляпанного воском полудемона и широко и гадко усмехнулся.
— Надо же, то орущие маленькое существо во что-то выросло. Как интересно.
Рин нахмурился и нелепо задрал подбородок, стараясь смотреть своему собеседнику глаза в глаза.
— А ты кто? И что ты имеешь ввиду?
У Феля дёрнулся глаз, но он прекрасно скрыл это за полями своего цилиндра. Поразительное неуважение к старшим, исключая отца, что отмечали все учителя этики, не выдерживающие морального унижения от милого демонёнка больше недели.
— О, брат! — из-за угла неожиданно выскользнул Амаймон. — Ты принёс мне тех леденцов?
Мефисто бросил на него недовольный взгляд, пока Рин недоумённо разглядывал то одного, то второго.
Май-нии, как иногда называл того мальчик, часто рассказывал про их старшего брата, живущего в Ассии и вставшего на один путь с экзорцистами из каких-то своих соображений. Но он просто не мог представить, что ему здесь понадобилось.
Разве что Амаймон окончательно достал своим нытьём про вкусные человеческие сладости.