Разбитые маски
Шрифт:
– Умер, в самом деле, – повторил он, не отводя тяжелого взгляда. – Присядь. Час назад тебе звонили из милиции, но я сказал, что ты ушла в магазин. Хотел, чтобы еще немного поспала. Не люблю сообщать такие новости…
Ольга опустилась на стул. Это было очень кстати, кухня неожиданно сдвинулась с места, куда-то поплыла, но тут же вернулась обратно. Женщина торопливо взяла чашку и допила остывший чай. В голове немного прояснилось, но сказать она все еще ничего не могла. Говорил один Илья.
– Это был следователь или кто-то в этом роде. Он ведет дело. Витю
– Что значит – погиб? – спросила она после долгой паузы. Илья сосредоточенно передвигал окурки в пепельнице, будто играл в бирюльки. – Неужели сердце отказало?
– Нет. Выбросился из окна.
Ольга промолчала. Она все слышала, воспринимала, но никак не могла понять смысл сказанного. Выбросился из окна? Из какого окна? Именно это она и спросила, когда немного пришла в себя. Илья ответил, что не знает, где находится это окно и что именно подвигло Виталия на такой поступок.
– Сегодня ждем гостей, – мрачно сказал он. – Просили никуда не уходить.
– Господи, – прошептала Ольга. – Когда же этому будет конец?
И он ответил, что конец, кажется, уже наступил. Илья обнял женщину за плечи, пообещал, что будет рядом с ней, если только она сама этого хочет. Так или иначе, именно сейчас ей нужно держаться, не впасть в истерику, не поддаваться панике.
– Тебя будут подозревать, – сказал он. – Понимаешь?
– Но почему меня?
– Ты вдова. Они всегда ищут тех, кому выгодно.
– Да в чем же выгода… В квартире? Больше ничего и нет… – Она сжала ладонями пульсирующие виски. Казалось, вся кровь вскипела и устремилась в голову. – Он покончил с собой? Или это несчастный случай?
– Не знаю, милая. Но в любом случае держись, они за тебя возьмутся. Не сообщай им лишних деталей, почаще говори «не видела, не знаю». А то ляпнешь что-нибудь. Пусть ищут сами, против тебя все равно ничего не найдут. Да, и вот еще что… – Он явно смутился, не зная, как продолжить.
Ольга окончательно испугалась:
– Илюша?
– Я хотел тебя кое о чем попросить… Понимаешь, теперь они станут выяснять, с кем он жил. Ну, этой весной. Так вот, если можно, не упоминай имени Камиллы.
Сперва она почувствовала облегчение, пустяковая просьба. Потом неожиданно болезненный укол ревности. «Долго ли еще я буду к ней ревновать? Сперва у нее был Илья, потом оказалось, нужно было следить за мужем. Везде она успела!»
– Могу сказать, что вообще с ней незнакома, – сдержанно произнесла Ольга.
– Не впадай в такие крайности. Тем более это явная ложь. Просто скажи, что не знаешь, кто его любовница.
– Почему ты о ней беспокоишься?
– Не хочу, чтобы у Камилки были какие-то неприятности. Она же ни сном ни духом в этом ужасе не виновата! Найдут ее – что ж, значит, судьба. Не найдут – она избавится от позора. Ты хоть помнишь, что у нее муж и трое детей?
Ольга независимо пожала плечами. Про себя она подумала, что, будь у нее такая большая семья, она бы не обращала внимания
– Камилка, в сущности, неплохая баба, – смущенно сказал Илья. – И это независимо от того, что когда-то мы с ней… Уж поверь, теперь я отношусь к ней просто как к другу и деловому партнеру.
Ольга не поверила, но возражать не стала.
«Гости» не заставили себя долго ждать. Ольга как раз звонила родителям своей ученицы, сообщить, что нынешний урок отменяется, когда Илья отпер дверь.
Вошедшие произвели на женщину куда менее благоприятное впечатление, чем Самохин. Тот, по крайней мере, пытался сгладить остроту ситуации и даже иногда шутил. Эти же оценивающе оглядели ее с ног до головы (Ольга не знала, что ее пытаются подставить под описание «полной эффектной женщины») и чуть не сразу задали ей больной вопрос:
– Почему ваш супруг жил отдельно?
Она попыталась что-то объяснить, но получилось неважно. Главным образом потому, что Ольга всячески старалась выполнить просьбу Ильи.
– У мужа была любовница – вот все, что я знаю. Больше ничего.
– Любовница? – Мужчины проявили жгучий интерес. – Вы с ней знакомы? Она покачала головой:
– Нет. Муж просто сообщил, что она существует. И в последнее время он жил именно у нее.
– А ее адрес вам известен?
– Таких подробностей он мне не сообщал. – Ольга очень жалела, что Илья вышел из комнаты, оставив ее наедине с неприятными визитерами. Впрочем, тот очень разумно держался в тени. Никому не следовало знать, какие у них планы на будущее. «Это наше личное дело, а эти могут вообразить бог знает что, – подумала женщина. – Вплоть до того, что мы помогли Вите умереть».
– Но хоть что-нибудь вы об этой женщине знаете? – наседали на нее. – Имя? Внешность? Род занятий?
Она всякий раз отвечала отрицательно и в конце концов рассердилась.
– Послушайте, я ничего не знаю о его любовнице! – возмутилась Ольга. – Расскажите сперва, что именно произошло с моим мужем!
Несмотря на эту вспышку, в целом вдова держалась вполне спокойно. Конечно, нервничала, была не в своей тарелке, но истерик не закатывала, сиротой себя не называла и слез не лила. Олег сразу отметил разницу между бывшей и нынешней женами покойного.
Однако узнав некоторые подробности, Ольга заметно поникла. Помолчав немного, спросила: что же это было? Неужели самоубийство? Виталий оставил какую-нибудь записку?
– Нет, как ни странно, – ответили ей. – Мы тщательно обыскали квартиру, но записки не нашли. Хотя он мог оставить ее в памяти компьютера, а с ним еще как следует не поработали. Кроме того, у него был доступ в Интернет, электронная почта… Записка могла попасть к кому угодно. Вы ее не получали? Здесь тоже есть компьютер?
– Да, – пробормотала она. – Но он давным-давно отключен, еще с зимы. И за Интернет не платили… Господи, почему он так поступил? Я не понимаю… Если хотел меня бросить, чтобы жениться на той… Что ему мешало это сделать?