Чтение онлайн

– Пошёл к черту!

– Стой.

– Отстань! Иди к дьяволу! – Она сопротивлялась, подкрепляя действия словами.

Они оба её достали: один считал её неполноценной, второй - шлюхой.

Послать обоих!

– Считай, что я на тебя не работаю!

– Сядь на место.

– Не хочу иметь с тобой ничего общего!

Она никак не могла обойти его, чтобы добраться до шкафа и забрать оттуда сумочку.

– Успокойся и сядь на место.

– Отвали от меня! – Она кружила вокруг своего стола и никак не могла выбраться из этого круга.

– Да,

стой, ты, - раздражённо он чуть повысил голос.

– Никогда не думала, что со своим мужчиной буду разговаривать таким тоном! И уж никак не думала, что смогу ударить! Но ты достанешь кого угодно!

– Сядь на место! – рявкнул он.

Энджел схватила со стола первый попавшийся предмет и запустила в него. Им оказалось «Пособие…», приготовленное внимательной и заботливой Гвен. Он увернулся. Листки, лежавшие в ежедневнике, разлетелись по кабинету. Книжка упала обложкой вверх и Данте, бросив на неё взгляд, прочитал название. Его бровь иронично приподнялась:

– А на такую ситуацию там тоже есть инструкции?

– А на такую ситуацию, - говорила Энджел, пытаясь отдышаться после гонки по кабинету, - я сама кому хочешь дам подробные инструкции. И не ори на меня. На меня ты орать не будешь, - проговорила она, понижая интонацию. Замолкая.

Она выпустила пар. Да так, что внутри осталась одна пустота.

Сделав пару шагов, она плюхнулась в своё кресло и, уперев локти в стол, прикрыла лицо ладонями. Щёки горели огнём, руки тоже не отличались прохладой, но внутри всё задрожало и затряслось, как от холода.

И стало абсолютно всё равно, что происходит вокруг. В установившейся тишине, она слышала его шаги, но не следила, не прислушивалась к ним, как обычно. Плевать, куда он направлялся и что делал.

Она отняла руки от лица и немного повернулась в кресле. Уставилась в окно, за которым царили прозрачные сумерки.

Ухо уловило мягкий шелест. Он сел на стол, развернул её к себе и поставил перед ней почти полный стакан с коричневой жидкостью.

– Зачем ты с ним встречалась?

Она взяла в руки бокал. Поднесла к носу и принюхалась. Коньяк.

– Чтобы сказать ему, как я его ненавижу. – Немного отпила. – Он бросил меня, потому что побоялся, что я стану для него обузой, когда совсем ослепну. – Отпила снова. – Без очков я почти ничего не вижу.
– Ещё глоток. – Но он почему-то не оставляет меня в покое. – Залпом заглотнула оставшуюся жидкость, зажмурившись, прикрыла рот ладошкой и со звоном поставила пустой стакан на стол.

– Мужчина всегда ищет вескую причину для расставания, когда у него появляется другая женщина. Но сочувствовать тебе по этому поводу я не собираюсь.

А ей и не нужно его сочувствие. Ни его, ни кого-то другого.

Она была опустошена до такой степени, что ничего не чувствовала, не считая привкуса спиртного во рту и жжения в желудке.

Не было сожаления, страха…

Не было комплекса неполноценности, который с некоторых пор так мучал её…

Не было ничего, что напоминало бы ту Энджел, которой она была ещё час назад.

Почувствовав, что горький привкус коньяка окончательно растворился на языке,

Энджел убрала ладонь от лица. Данте подвинул к себе телефон и, набрав короткий номер, велел Эду ждать у бокового входа. Сам ушёл в кабинет и через секунду вернулся, натягивая пиджак и застёгивая верхнюю пуговицу.

Энджел поднялась с намерением, наконец-то, добраться до шкафа и охнула, не зная за что хвататься в первую очередь: то ли за голову, которая закружилась, то ли за кресло, чтобы удержаться на месте. Переступив, она оперлась на стол.

– Чёрт… - разочарованно проговорила. Ноги ослабли, и она побоялась, что её поведёт в сторону.

– Пойдём. – Он взял её под руку и потянул к двери. – Иначе тебя совсем развезёт.

– От одного бокала?

– Бывает и такое.

– Стой. Моя сумочка. В шкафу.– Он приставил её к стене и вернулся за сумкой.

– Что ты мне туда подсыпал? – Она забросила ремешок на плечо. Проверила, закрыта ли молния.

– Крысиного яда, к сожалению не было.

– Подонок, - беззлобно ответила она и ступила в лифт.

Всё это время она не задумывалась, куда он её ведёт. Сконцентрировалась только на том, чтобы идти прямо и не шататься. Однако утверждать, что ей это с успехом удалось – не решалась. Странное ощущение иметь полную ясность ума и бессилие в теле.

Преодолев все коридоры и переходы, они вышли на улицу. Прямо в дождь. К несчастью он уже не вяло моросил, как это было с утра, а лил как из ведра. И только теперь она вспомнила, что забыла жакет. Её мыслительная деятельность стала до того заторможена, что пока она думала о бесполезности возвращения за жакетом, Данте уже энергично заталкивал её в машину. Сопротивляться ни сил, ни желания не было. И как только она оказалась в машине, привалилась к сиденью и расслабилась.

По-видимому, Эд был ярый поклонник Армстронга – в машине снова раздавался его басистый, характерно дребезжащий голос. Только сегодня настроение у неё было совсем не радужное. А небо было совсем не голубое, и деревья не были зелёными…

По дороге она задремала. Но дремота эта была какая-то «молочная» – и не сон, и не явь. Она слышала, как Данте говорил, а Эд отвечал; чувствовала, как он переместил её ближе к себе, прикрыл плечи своим пиджаком, зарылся рукой в волосы и прижал голову к плечу; улавливала, как автомобиль притормаживал, вероятно, на светофоре, и снова набирал скорость.

Когда машина остановилась, она открыла глаза, но шевелиться не спешила. Кроме того приятного ощущения тепла, что она испытывала, прижимаясь к его мощному крепкому телу, было одно неудобство – шея затекла и малейшее движение отдавалось болью в позвонках и мышцах.

Когда она выбралась из машины с помощью Данте, совсем не удивилась, оказавшись около большого серого дома. Скорее всего, он белый, просто в потоке дождя показался именно таким. Хотя фасад совсем не скучный. Тёмные двери прятались за массивными колоннами, а окна первого этажа были французскими, что совершенно замечательно – значит из любой комнаты можно выйти прямиком во двор на зелёную лужайку или террасу, мощёную белым камнем.