Рай. Том 2
Шрифт:
И, заметив, что она колеблется, начал уговаривать:
— Ферма продана. Именно поэтому Мэтт поехал туда: собирает оставшиеся вещи. Телефон отключен, и вам никто не помешает. Он не может уехать оттуда, потому что сломалась машина, и ее отбуксировали в мастерскую. Джо должен заехать за ним только в понедельник утром.
Заметив, что Мередит начинает сдаваться, он удвоил натиск:
— Послушай, между вами одиннадцать лет непонимания, боли, обид и ненависти, и ты можешь сегодня же положить этому конец! Сегодня же! Разве не этого ты хочешь?
Мередит уже готова была сдаться, но не решалась окончательно согласиться, и Патрик, сообразив, в чем дело, лукаво добавил:
— После того как вы обо всем договоритесь, ты сможешь отправиться в эдмунтонский мотель и переночевать там.
И чем больше Мередит обдумывала сказанное, тем яснее понимала, что Патрик прав. Телефон отключен, и Мэтт не сможет вызвать полицию, чтобы арестовать ее за вторжение на чужую территорию, даже если захочет, а без машины он не сможет уехать. Ему придется выслушать ее.
Мередит подумала о том, что довелось перенести Мэтту и что он до сих пор испытывает, вспомнила о телеграмме, которую он получил, и ей отчаянно захотелось сделать то, что предложил Патрик, и положить конец бессмысленной вражде между ними и расстаться без обид.
— Остается только заехать домой и бросить в саквояж зубную щетку и пижаму, — вздохнула она.
Патрик улыбнулся ей с такой трогательной нежностью, что в горле Мередит застрял комок, мешавший говорить.
— Я горжусь тобой, Мередит, — шепнул он, и Мередит поняла, что встреча с рассерженным Мэттом не пройдет так легко, как он хотел показать.
— Наверное, мне пора, — пробормотала она и, встав на цыпочки, порывисто поцеловала его в щетинистую щеку. Патрик стиснул ее в медвежьих объятиях, и это молчаливое сочувствие едва не лишило ее вновь самообладания. Она не могла вспомнить, когда собственный отец в последний раз обнимал ее.
— Джо отвезет тебя, — взволнованно выдохнул Патрик, стараясь скрыть, что сам вот-вот заплачет. — Пошел снег, и дороги могут обледенеть.
Мередит, отступив, покачала головой.
— Я лучше поеду в своей машине. Привыкла ездить в любую погоду.
— Но мне было бы спокойнее, если Джо отвезет тебя, — настаивал он.
— Со мной все будет в порядке, — подчеркнула она, но тут же вспомнила, что обещала поужинать сегодня с Лайзой, а потом пойти вместе с подругой в художественную галерею на выставку работ приятеля Лайзы.
— Можно позвонить по вашему телефону? — спросила она Патрика.
Лайза была более чем разочарована и немного рассердилась, что Мередит отменила встречу, и поэтому немедленно потребовала объяснений. И когда Мередит рассказала все, что произошло, Лайза пришла в бешенство:
— Боже, Мер, все эти годы ты и Мэтт считали друг друга… и все из-за твоего ублюдка отца! — Она неожиданно осеклась,
— Желаю тебе удачи сегодня вечером.
После ухода Мередит Патрик долго молчал, а потом оглянулся на Джо, который все это время беззастенчиво подслушивал у кухонной двери.
— Ну, — объявил он, расплываясь в улыбке, — что ты думаешь о моей невестке?
Джо оттолкнулся от косяка и вразвалку направился в гостиную.
— Знаешь, было бы все-таки лучше, если бы я отвез ее на ферму, Пат. Тогда она тоже осталась бы без машины и не смогла бы никуда деться.
— Она и сама это поняла, — хмыкнул Патрик, — поэтому решила ехать одна.
— Мэтт не обрадуется, когда увидит девочку, — предсказал Джо. — Он злой на нее как черт! Нет, хуже! Никогда не видел его таким! Я случайно назвал ее имя вчера, так от его взгляда у меня кровь в жилах похолодела! Судя по звонкам, которые Мэтт делал в машине, он подумывает скупить акции ее универмага и захватить его. Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так доводил его, как эта девчонка.
— Знаю, — мягко согласился Патрик, улыбаясь еще шире. — Только она. Больше ни один человек.
Джо всмотрелся в довольную физиономию Патрика и недоуменно свел брови:
— Надеешься, что после того, когда она расскажет Мэтту, как поступил ее папаша, и Мэтт немного остынет, может и не позволить ей покинуть ферму, верно?
— Я на это рассчитываю.
— Держу пари на пять долларов, что тут ты ошибся. Лицо Патрика мгновенно омрачилось:
— Ты ставишь против?
— Ну… в обычном случае я бы так не сделал. Наоборот, поставил бы десять баксов, что как только Мэтт увидит эту красивую мордашку и огромные мокрые глаза, немедленно потащит ее в постель, чтобы возместить все обиды и наверстать упущенное время.
— А почему ты считаешь, что он этого не сделает?
— Да потому, что болен, вот почему. Патрик, немного успокоившись, расплылся в самодовольной улыбке:
— Ну не настолько уж он болен.
— Болен как пес бродячий, — упрямо настаивал. Джо. — Целую неделю ходил с гриппом и все-таки отправился в Нью-Йорк! Вчера я приехал за ним в аэропорт, так он прямо захлебывался кашлем, даже меня дрожь пробирала.
— Хочешь поднять ставку до десяти долларов?
— Заметано.
Они вновь уселись за шашки, но Джо, поколебавшись, предложил:
— Патрик, я не стану держать пари. Просто несправедливо отбирать у тебя десять баксов. Ты почти не видел Мэтта на этой неделе. Готов голову прозакладывать, он слишком болен и слишком зол, чтобы вообще обратить на нее внимание.
— Он, конечно, чертовски взбешен, но вовсе не настолько уж болен.
— С чего ты так уверен в этом?
— Довелось мне случайно узнать, — начал Патрик, притворяясь, что целиком погружен в обдумывание следующего хода, — что Мэтт перед отъездом побывал у доктора и захватил с собой лекарство. Он звонил мне из машины по пути на ферму и сказал, что чувствует себя лучше.