Чтение онлайн

Он пристроил коробку под мышкой и прокашлялся.

— Прости, ма, я не мог уделить тебе времени в последние недели. Мы работали по двенадцать часов в сутки, и вообще я был занят, — не очень убедительно закончил он.

Она, казалось, стыдилась смотреть ему в глаза.

— Я знаю, почему ты не подходил к родительскому порогу, и знаю, что сама в этом виновата. — Ее голос задрожал. — Это моя вина. Я знаю, что это так.

— Но, ма…

— Я не собираюсь больше с ним встречаться. Я обещаю тебе.

Он почувствовал огромное облегчение. Несмотря на то что

Уэй Сойер стал новым героем Теларозы, в нем было что-то такое, что Бобби Тому не нравилось и не сможет понравиться никогда. Он улыбнулся и крепко обнял Сузи свободной рукой.

— Я рад.

— Это было… Мне трудно тебе объяснить.

— Ты ничего не должна объяснять. Мы просто забудем об этом, ладно?

— Да. Вероятно, так будет лучше всего.

Продолжая обнимать Сузи свободной рукой, он повел ее к дому.

— Как ты отнесешься к тому, если я приглашу тебя и Грейси отобедать со мной сегодня вечером? Мы можем пойти к О'Лери.

— Спасибо, но у меня заседание правления.

— Ты выглядишь усталой. Может быть, тебе следует относиться к своим делам чуть менее серьезно?

— Я в порядке. Просто слишком долго читала вчера ночью.

Она высвободилась и пошла впереди него, поднимаясь по бетонным ступенькам, ведущим к маленькой площадке крыльца. Ее руки автоматически нашли дверную ручку, но домик был заперт изнутри. Бобби Том потянулся через ее голову к звонку, но рука его застыла в воздухе, так как Сузи принялась резко дергать и трясти дверь.

— Черт побери! Впустите меня!

— Она заперта, — сказал он, испугавшись.

— Открой мне! — Она колотила кулаком по крашеным доскам, ее лицо сморщилось от отчаяния. — Впусти меня, черт возьми!

— Ма? Что ты делаешь, ма? Успокойся. — Мрачные предчувствия овладели им. Он быстро поставил коробку с трофеями на площадку.

— Почему он не открывает? — кричала она, и слезы струились по ее щекам. — Почему он не хочет впустить меня?

— Ма? — Он пытался обнять ее, но она боролась с ним. — Ма, сейчас нам откроют, все в порядке.

— Я хочу видеть моего мужа!

— Я знаю, что хочешь. Я знаю.

Бобби Том прижал Сузи к себе. Ее плечи дрожали крупной дрожью, и он не понимал, чем ей сейчас помочь. Он думал, что с годами боль потери должна притупиться, но горе матери казалось таким же глубоким, как в день похорон отца.

Грейси, радостно улыбаясь, открыла на стук, но веселость ее угасла, когда она поняла, в каком состоянии находится Сузи.

— Что-то не так? Что случилось?

— Я отвезу ее домой, — сказал Бобби Том.

— Нет! — Сузи отвернулась и вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Мне очень жаль. Я… Я прошу прощения у вас обоих. Я не знаю, что на меня нашло, и мне так стыдно.

— Нечего здесь стыдиться, ма, я твой сын.

Грейси вышла на крыльцо:

— Воспоминания иногда вызывают сильную боль. Людям вроде вас свойственны всплески эмоций.

— Тем не менее это не оправдание. — Сузи слабо улыбнулась. — Я в порядке сейчас, в самом деле, но не думаю, что могу зайти туда. — Она показала на коробку. — Не могла бы ты расставить эти вещички в

спальне? Бобби Том покажет тебе, где они стояли.

— Конечно, миссис Дэнтон, — ответила Грейси. Бобби Том ласково взял мать за руку:

— Я отвезу тебя домой.

— Нет! — Она резко отпрянула от него и, к его ужасу, вновь сорвалась на крик: — Нет, ты не сделаешь этого! Я хочу быть одна. Я хочу, чтобы все оставили меня в покое! — Зажав рот рукой, она побежала к машине.

Глаза Бобби Тома нашли глаза Грейси.

— Я должен убедиться, что она доедет без осложнений. Я вернусь.

Грейси кивнула.

Он следовал за матерью до самого дома, потрясенный случившимся. Он понял, насколько был толстокож и слеп, обращаясь с Сузи как со своей собственностью и не замечая в ней живого и чувствующего человека. Почему он месяц назад не послушался Грейси? Завтра он обязательно поговорит с матерью обо всем. И все непременно наладится.

Он с беспокойством следил из пикапа, как она возится с замком, потом, когда мать вошла в дом, развернулся и покатил обратно к маленькому белому домику своего детства. Грейси оставила дверь незапертой, и он нашел ее наверху. Она сидела на краю узкой кровати, бездумно глядя в пространство. Она так странно и точно вписывалась в интерьер его прошлого, что у него по спине побежали мурашки.

Стол в углу был не очень похож на тот, который он помнил, но на подставке зеленой с гусиным изгибом лампы еще оставались следы от надписи «Титаны», которую он процарапал очень давно. Его поразило, что выцветшие бейсбольные кепки лежат на своем месте и полинялая афиша с Элвисом Нивелом все так же висит на стене. Как мать ухитрилась сохранить весь этот хлам? Вокруг небольшого окна теснились деревянные полки, сделанные когда-то Хойтом, но золотистое покрывало было совсем не похоже на тот плед, которым он укрывался в холодную пору.

Грейси подняла голову:

— Она нормально добралась до дома?

Он кивнул.

— Что случилось?

Он подошел к окну, отодвинул занавеску и выглянул во двор.

— Удивительно, какими большими стали эти деревья. Все остальное кажется намного меньше теперь, чем раньше.

Грейси поняла, что он уклоняется от ответа, но не стала форсировать разговор. Бобби Том сам все выскажет ей, когда придет время. Она встала с кровати и опустилась на пол, так ей было удобнее вынимать из коробки свидетельства его школьных спортивных успехов. В поле ее зрения вдвинулись ковбойские сапоги. Он подошел к ней и сел на кровать, на то место, которое она только что освободила.

— Я не понимаю, что с ней произошло. Мы спокойно разговаривали, подходя к дому, а через секунду она принялась колотить в дверь и кричать, что отец не хочет ее впустить.

Грейси откинулась на пятки и посмотрела на него:

— Мне так ее жаль.

— Может быть, у нее что-то не в порядке с психикой?

Грейси ничего не ответила, и он воспринял ее молчание как подспудный упрек.

— Ты думаешь, это может быть как-то связано с Уэем Сойером и с тем, что случилось в ресторане? Ты обвиняешь во всем меня?