Чтение онлайн

— Попробуем, — сказал он Славяну. — Ты умеешь читать знаки?

В каждом более-менее крупном городе Технической стороны есть хотя бы один магазинчик, владелец которого связан с иностороньем. Именно через них Трилистники закупают товары, у них меняют иностороннюю валюту на местную, они помогают заблудившимся иносторонцам вернуться домой. Реклама такого магазинчика ежедневно появляется в местных газетах, в объявлении обязательно есть особый знак, иностороняя метка. Знаки есть и на стенах домов, страсть техносторонней молодёжи к граффити предоставляет посредникам-межсторонникам

широкие возможности.

— Конечно, — ответил Славян. — Любой переходитель… то есть ходочанин, — поправился он, — умеет.

— Ты прежде проводником был?

— Два или три раза в месяц.

— А общепринятой терминологии не знаешь.

— Зато я очень быстро нахожу точки перехода. Гораздо быстрее умников из Трилистника. Да, Франц, мы можем ещё час сэкономить. Перейдём из одного переулка, тут неподалёку…

Перед ментальным взором вампира замелькали образы улиц и переулков. Один стал ярким, отчётливым.

— Знаю, — ответил он.

— И окажемся как раз у входа в метро, доедем до окраины Парижа, перейдём на окраину Гавра. Парижское метро гораздо быстрее ваших автобусов. — Человек остановился на лестничной клетке, достал карманные карты Техно-Парижа и Средин-Гавра. — Подержи. — Он развернул гаврскую карту городом к вампиру, схемой автобусных маршрутов к себе, на неё наложил парижскую, городом к себе, схемой метро к вампиру. — Так… Это здесь. А нам надо вот сюда. — Выискал нужную точку, поставил на неё палец. — Соприкасаться стороны («Сопрягаться», — мысленно поправил Франциск.) должны здесь. Что там у тебя?

Вампир нащупал через карты его палец.

— Перекрёсток улиц Святого Доминика и Бродячих Королей. Полквартала до остановки.

— Отлично. — Человек развернул парижскую карту схемой метро. — А доедем мы так… — Он показал, как идут нужные ветки. — Понятно?

— Да.

— Если вдруг потеряешься, жди меня здесь. — Ткнул он пальцем в название станции. — На улице, у входа в метро. И запиши номер моего мобильника. Если что, позвонить сумеешь?

— Да.

Париж Франциск знал, но предосторожность будет не лишней.

— Что стоишь? — Человек убрал карты в карман. — Пошли.

— Славян, ты не боишься иметь дело с телепатами?

— Нет. Мне скрывать нечего.

— Всем есть что скрывать.

— Это им кажется. На самом деле людей, которым есть что скрывать, очень мало. А тех, кто интересуется чужими тайнами, ещё меньше. Большинство людей зациклены только на себе, даже телепаты.

— И всё-таки… Ты говоришь с людем, который может вывернуть тебя как собственный карман. Не страшно?

— Для того, чтобы вывернуть кого-то как собственный карман, телепатом быть не обязательно. Достаточно быть хорошим психологом, научиться этому не так уж и трудно. Страх перед телепатами сродни страху перед следящими за всеми и вся спецслужбами. Если в жизни вдруг появляются какие-нибудь они, которые следят, воздействуют, читают мысли — пора к психиатру.

— «Если у вас паранойя, то это ещё не значит, что за вами никто не следит», — с ухмылкой процитировал Франциск.

— Тоже верно. Но только для тех, кто слежки стоит.

«Странный

человек», — решил вампир.

— Не странный, — хихикнул человек, — а иносторонний. Почему-то никто не спрашивает, боишься ли ты волшебников, хотя все знают, что их обучают телепатии. А вампиров бояться надо. Как вилку надо держать левой рукой, а ножик правой. Так принято. И вампирами в том числе. Вас должны бояться.

— Но ты не боишься.

— А я никому и ничего не должен. Чего мне бояться? И кого?

Вопрос был задан так, что нельзя не ответить.

— Не меня, — совершенно искренне сказал вампир. — И не Эрвина. А вот на счёт чего — не знаю.

— И я пока не знаю. Как узнаю, тогда и начну бояться.

Неуютный получался разговор, Франциск к таким не привык. Тем более, если говоришь с человеком.

— Славян, — медленно произнёс он, — ты ведь деньги в технобанке хранишь?

— Да.

— Значит, к срединным менялам ходишь регулярно и тебя все знают.

— Ну что ты кренделя пишешь? — досадливо сказал Славян. — Поменяю я ваши гроши, тебе перед Трилистником действительно светиться не нужно. Было бы о чем говорить.

Вампир коротко, пронизывающе глянул на человека.

— С Эрвином ты на кровозакупке познакомился?

— Угу. Почти. Я как раз кровь сдал и пошёл на выход, но перепутал двери и забрёл в жилой сектор вашего дома. Поблуждал немного, пока выход не нашёл. А в дверях меня уже Эрвин поджидает, как наехал: кто такой, из какой общины и почему крылья прячу. И всё на торойзэне. Я подумал — материт по-своему, ну и выдал… по-французски, но дословным переводом с русского. — Славян едва заметно покраснел. — Эрвин, когда всё выяснилось, полчаса ржал как конь, и выражения конспектировал. Так и познакомились. Единственный случай, когда вампир принял человека за соплеменника.

— Не единственный. Такое редко, но бывает — при определённых обстоятельствах.

— Только не говори, что Эрвин сам тебе всё не рассказал. «Проверка на вшивость»? Боишься, Трилистнику сдам или серебряный кинжал на переходе в бок воткну?

— Нет. Извини, не хотел тебя обидеть.

— Ничего, — улыбнулся Славян. И шумно выдохнул: — Уф-ф, спустились.

— Спустились.

Во дворе Франциск сторожко оглянулся, выделил взглядом куст шиповника с такими густыми ветвями, что отсутствие листьев ничуть не мешало за ним прятаться. Вампир мягко отстранил Славяна так, чтобы встать между ним и кустом. Наблюдатель сбежал.

— Ты чего? — удивился человек. Сбежавшего соглядатая он не заметил.

— За тобой следил эльфийский вышвырок.

— Зеркальну соседям, чтобы за квартирой присмотрели, — полез во внутренний карман куртки Славян. — Интересно, что же он там красть собрался?..

— Не трудись. Вышвырок следил за тобой, а не за квартирой. Наверняка подшабашивает в Трилистнике.

— Наверняка тебе следует подлечить паранойю. Ну зачем Трилистнику электрик из полунищего квартала, будь он хоть трижды ходочанин? Я для них никто. Кстати, — напомнил Славян, — обязанности телохранителя выполняет проводник, а не клиент.