Расул
Шрифт:
Хоть убей, а я не ожидала того, что одна передача по ТВ перевернет нашу с ним жизнь. Расул не просто загорелся новым увлечением, он начал им жить. За несколько месяцев он переготовил едва не половину блюд этого самого Джейми Оливера, а затем принялся мастерить свои кулинарные изыски.
В конечном итоге у него стало получаться так хорошо, что он стал брать частные
Где бы мы не находились, Расул узнавал новые рецепты местной кухни, подробно записывал их в своей рабочей тетради и делал фотографии, подолгу разговаривал с шеф-поварами и вызнавал у них «тайны».
Когда я спросила, зачем, он, наконец, признался, что хочет открыть свой ресторан. Ресторан, который должен был стать лучшим в городе, во всей столице. Превосходным, поражающим воображение.
Надо ли говорить, что я оказалась самой счастливой после такого заявления? Расул, наконец-то, нашел то, что его радовало, а в последнее время его мало, что радовало, разве что болезненные упражнения и тренировки приносили благо и вносили лепту в лечение.
Я очень надеялась, что его замысел воплотиться в реальность и пообещала ему помочь. Во всем, в чем только смогу. Если он сам этого захочет.
Но только после поездки в Китай.
— Нет, сначала в Корею, — упрямо покачал он головой, легонько сжимая мои пальцы в своей ладони.
— Ну, почему ты такой упрямый?! — Я нахмурилась, на секунду останавливаясь. Мы находились на пляже, где день постепенно клонился к своему завершению. Океан тихо шумел, небо окрасилось в красивые, богатые тона.
— Разве? Не понимаю, о чем ты…
— Серьезно?! — я топнула босой ногой по песку. После тяжелой и упорной борьбы с чемоданом, который мы закрыли лишь вдвоем, было решено отправиться на прогулку по вечернему пляжу.
— Уступи.
— Не-а… — он улыбнулся и покачал головой, специально дразнясь. Он просто обожал доводить меня до кондиции. Супруг уверял, что когда я злюсь, то становлюсь похожа на прекрасную и воинственную амазонку.
— Уступи!
— Нет.
— Пожалеешь.
— О,
— А если я скажу, что мне нельзя волноваться…
Расул замер. И весь мир вокруг будто бы тоже взял и замер.
— Ты…
— Я хотела сказать тебе в Китае… не могу объяснить, но мы должны поехать именно туда и обязательно там задержаться, но да, ты все верно понимаешь, — усмехнулась я, оглядывая шокированного мужа. Расул сейчас выглядел так забавно, что я еле удержалась от того, чтобы не достать телефон. Ну, право дело, на войне был, столько пережил, жениться успел, а новость о беременности шокировала…
Вот, что значит, мужчины!
— Я…
— Станешь папой, — я улыбнулась, подвигаясь ближе к Хасаеву. Уложила голову ему на плечо и крепко обняла, чувствуя, как вскоре мою талию тесно оплетают родные руки. — Я даже разрешу выбрать тебе имя, если научишься мне уступать, — тихонько хихикнула, прикрывая глаза.
На душе было так легко и спокойно. Впервые за долгое время…
— Все, что ты пожелаешь, принцесса, — наконец, проговорил Расул, кажется, немного прейдя в себя. — Кажется, я обязан тебе целым миром, — выдохнул он, видимо, все еще пытаясь переварить произнесенную мной фразу. Впрочем, я не могла его винить. Эта самая фраза обещала первернуть наши жизни и изменить их раз и навсегда.
— Наш с тобой мир родится чуть больше, чем через полгода. Пора готовится.
— К чему?
— Быть счастливыми, — я подняла на него удивленный, но вместе с этим радостный взгляд. Потянулась, встала на носочки и чмокнула возлюбленного в нос.
— Я буду готовиться…
— Мы заслужили.
— Думаешь?
— Уверена. И ты будешь самым лучшим отцом в мире. Я даю тебе слово.
— Да?
— Да, верь мне.
— Всегда.