Распятый дервиш, Холин Александр Васильевич

Распятый дервиш

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Из цикла «Во фраке и лаптях»

«Угрюмые цедят слова…»

Угарные цедят слова,угрюмые дарят улыбки.И кругом идёт головаот старой до новой ошибки.О, как нескончаема нитьдоверия и недоверья.Кого же в потерях винить? –я сам для кого-то потеря.И странной тревогой в грудиживёт отражение мира,и голос:– Вставай и иди,на то тебе песня и лира,на то тебе ладан и лад,слова, что в других отзовутся.Но только не вздумай назадна этом

пути оглянуться…У той неприметной черты,где всякий безволием скован,я душу пустил на бинты,которыми ты забинтован.

«Видел я камни…»

Видел я камни.Небесные камни,огненной лавой соединённые.И возвышались те камни стеноюнерукотворной и невозможною.Слышал я Голос.Божественный Голос.Слёзы ловил, обронённые облаком,золото звёзд собирал среди ночи,гриву расчёсывал ветру ретивому.Но растерял по дороге виденья,но позабыл удивительный голос.Только с тех пор не найти мне покояв космосе междуЗемлёю и Солнцем.

«Прошу, не верь в опалу октября…»

Прошу, не верь в опалу октября.Он просто опалён,но не опален.И вскинулась зелёная заря,не замечая ржавчин и окалин.Не замечая листьев круговерть,лесных теней обманчивые пляски.И всё это окрашивает смертьв неудержимо жизненные краски.И не было опалы октября,лишь листья опалённыеопали,целуясь на ветруи говоряпрохожему про все свои печали.

«Старый город, задушенный смогом…»

Старый город, задушенный смогом,искривленный в улыбках блудниц.Что сказать мне о том, о немногом?..Нет, о многом:о щебете птицпо Сокольникам вечером синим,о значках из-под карандашаи как бьется то нежно, то сильнопод осиновым ветром душа.Старый город, задушенный смогом,вместе с ним погибаю и я.Что с того, что мы ходим под Богом,ничего от него не тая?Старый город, задушенный смогом,я его от судьбы не сберег.Был он мне колыбелью, острогом,станет он эпилогом дорог.

«Дней моих не унять, ни стреножить…»

Дней моих не унять, не стреножить,как понесших по небу коней.Ночь глухую уже не встревожитьперекрестьями шалых огней.Все длиннее короткие годы,все надсадней заходится грудь,только что мне все эти невзгоды,если слышу твое «Не Забудь»…Не забудь эту самую малость,эту первую песню твою.Нам осталась не только усталость,нам осталось любить на краю.Озверевшие кони по небумчатся, не разбирая пути.Наша жизнь – это быль или небыль?Я ее не заметил.Прости.

«По Арбату снуёт народ…»

По Арбату снуёт народкто поёт или пьёт со скуки.Говорят, что Господь живётв каждом слове и каждом звуке,говорят, за строкой строкаот любви, от стесненья в сердце.Над Москвою ни ветерка,и шаги безразличной смертипо пустым суетливым днями по лицам припорошённымсмачным запахом сточных ям,и общением упрощённым.Скушно

даже:дерзай! борись!Что за слово, помилуй, Боже!Вот поди-ка и разберисьв этой жизни на жизнь похожей.Ни мечты, ни Любви, ни слов –ничего уже не осталось.Ни дарованных небом снов –только скука и только старость.Но когда ты убог и наг,то иное приходит зренье:каждый сам себе друг и враг,и Божественный дар творенья.

«По острогрудым ветхим крышам…»

По острогрудым ветхим крышамплывут Москвы печальной запахи.Не дай вам Бог остаться лишнимна многолюдном вечном празднике.И не понять, и не услышатьстихи, оброненные мальчиком.И только запахи по крышам,да кот, свернувшийся калачиком.И вековечный зов:Любимый!И крик безмолвия:Любимая!Проходит день невозвратимый,проходит жизнь невозвратимая.По лужам пляшет лунный зайчик,реальность, связывая с небылью.Но слышу снова: был ли мальчик?быть может, мальчика и не было?

«Свинцовый ветер судеб…»

Памяти Юрия Петухова

Свинцовый ветер судеб,судебный ветер снов,где нас с тобой погубиткандальный звон оков,скандальный звон пощёчини разудалый смех.Репьями у обочинмы на виду у всех.Не тех побед искали,не ту имели жизнь,монетками упалипод звоны дешевизн.Снежинками растаяв,познали стыд и страх.Свинцовый ветер стаиразгонит в небесах.У Лукоморья срубятзелёный дуб.И влётсвинцовый ветер судебнам песенки поёт.

«Убаюканы тёплыми зимами…»

Убаюканы тёплыми зимами,успокоены вспышками цен,стали мы – не скажу образинами –но достойны шекспировских сцен.Стих мой,страх мой,чумное пророчество,если можешь, то просто спаси,от святого для всех одиночества,от блужданья по Новой Руси.Хоть она для меня и не новая,я сорву по дороге шалфей,и расплещется одурь бредоваяв танце лёгких заоблачных фей.Русь забитая,сонная,грешная!Ты мой взлёт и моё естество!Только знать бы, как одурь кромешнуюбабье лето закружит с листвой.Только б слышать, как чахлая звонницапо столице разносит набат.Это та вековая бессонница,где не нужен не рай и не ад,где нужна только девичья талия,да касание тонкой руки…Вот тогда закреплюсь крепче стали я,впрочем, так, как и все мужики.

«Ты привык воровать и страдать…»

Ты привык воровать и страдать,а когда истончается нить,ты готов хоть чего-то отнять,но, желательно, не разделить.Голый сумерк неоновых днейнад землёй полыхнул и погас.Тенью царства и в царстве тенейты возник, словно огненный глас,словно слово Творца в пустоте.Но ни с кем не сравнимый вовек,если ты не подобен мечте,то зачем ты живёшь, человек?

1 2 3 4 5 6 7 8 9