Распутанный
Шрифт:
— Придумай что-нибудь получше.
— Он завлекает, ты добиваешь.
Если бы.
— И кого мне нужно добить, м?
— Врагов, конечно.
Для фей врагами были вампиры и оборотни.
— Поэтому ты здесь? Думаешь, я помогу тебе?
— Не мне, нет. — Брендал двинулась по левую сторону, проводя рукой по ценным безделушкам. — Ты хочешь помочь своему другу, Эйдену, разве нет?
Желудок Мэри Энн скрутило от боли.
— Что ты имеешь в виду?
— Он у ведьм,
Не показывай свои чувства. Не смей показывать.
— И ты хочешь…?
— Знать, что случилось с моим братом. Ради этого я на что угодно готова пойти. На что угодно. Даже… предать союзников.
Она сказала то, о чем подумала Мэри Энн? Что она предаст ведьм в обмен на информацию о брате? Что поможет Мэри Энн освободить Эйдена?
— Поэтому ты идешь со мной, Мэри Энн.
Она покачала головой. Она не могла довериться этому существу.
— Нет. Я же сказала. Я остаюсь здесь.
Брендал подняла золотистую бровь, в высшей степени выражая спокойное принятие.
— Если я прикажу твоему отцу убить себя, он с радостью это сделает. Твоя способность приглушать мое влияние могла бы остановить его, да. Знаю, ты об этом думаешь, но я могу позвать своих сородичей. Они утащат тебя прочь, и тогда…
На долю секунды Мэри Энн представила, как налетает на фею подобно катапульте ярости, как вцепляется в нее ногтями и рвет зубами. Никто не угрожал ее отцу. Никто. Только обещание Брендал позвать остальных остановило ее. Один на один еще куда ни шло. Но если их будет много, сомнительная затея.
— Как, по-твоему, я должна тебе помочь?
В глазах женщины расцвела досада, первая эмоция, что тронула ее лицо.
— Я же говорила. Ты пойдешь со мной, ослабишь ведьм, а я стащу парня.
— И все?
— Да.
Она знала, что Мэри Энн может вытянуть силы ведьм, или просто имела в виду, что она приглушит их способности?
— А что ты будешь делать с Эйденом?
— Как только он мне все расскажет, я его освобожу.
Или попытается убить его. Потому что Мэри Энн знала ответ, который так жаждала услышать фея, и знала, что ей он не понравится. Ее брат был мертв и из-за Эйдена.
— Ты освободишь его? Несмотря ни на что?
Она кивнула.
— Несмотря ни на что.
— Я могу тебе доверять?
— А у тебя есть другие варианты?
Боже, как она хотела, чтобы Райли был здесь и сказал, держат ли феи свои обещания.
— А что насчет собрания ведьм?
Триумф сменил досаду.
— Я не могу заставить их объявить встречу открытой.
По крайней мере, в этом она была честна.
— Хорошо. Я
А потом…
Глава 30
Прижимаясь губами к земле, он почувствовал вкус крови. Это не его, понял Эйден, а Виктории. Она дала ему несколько капель. Случайно? Намеренно? Но этого было достаточно. Теперь он был в ее голове, слышал ее мысли, видел мир ее глазами. Чувствовал ее боль.
И ох, она страдала. В груди горело, прямо над сердцем, будто кожу опалило. Впрочем, казалось, она едва замечала.
Она стояла перед Райли, вглядываясь в темноту. Они были в лесу, вокруг дрались волки и гоблины. Воздух разрывало рычание, команды и мучительные стоны.
— …нашла его, — говорила она. — Он в пещере, в другом штате.
Райли смахнул капающую кровь со лба.
— Знаю. Мы тоже его чувствуем. Только не можем уйти из леса, пока не разберемся с этой толпой гоблинов. Иначе они будут охотиться на людей.
— Ладно, нужно, чтобы несколько твоих людей проводили меня в пещеру. После того, как вернутся в особняк и соберут как можно больше воинов-вампиров.
Райли покачал головой.
— Будут тебе и волки, и вампиры, но одна ты в пещеру не пойдешь.
Как всегда, упрямый.
— Я двигаюсь быстрее тебя. — В доказательство она схватила мчащегося мимо гоблина за шею и сильно укусила, высосав за секунды. Тело упало, и она постаралась не съежиться, проглатывая последнюю каплю крови. Гоблинская кровь всегда была на вкус, как желчь. — Ты только задержишь меня, и Эйден может… пострадать.
— Ведьмы отвлекут тебя, Виктория. — Взгляд Райли был острым. — Ты знаешь это. От тебя будет больше вреда, чем пользы.
Нет, не будет. Эйден важнее.
— Ты видел, я только что поела. Я не голодна, и мы впустую тратим драгоценное время. Я здесь только для того, чтобы сказать: не пускай волков и вампиров в саму пещеру, пока я там. Они все испортят. Хорошо? Пусть сражаются с ведьмами снаружи.
Теперь он нахмурился. В глазах промелькнуло подозрение.
— Зачем? Что они испортят? Что ты задумала?
То, что нужно, но она не сказала этого вслух.
— И как бы то ни было, ты должна меня выслушать. Твой отец…
Мертв, она это знала.
— Пока, Райли, — произнесла она и поднялась на цыпочках, чтобы поцеловать его в щеку. И прежде чем оборотень смог схватить ее, телепортировалась. Земля ушла из-под ног, ветер растрепал волосы, и она закружилась… темнота поглотила ее, звуки исчезли. Когда она добралась до пункта назначения, темнота уступила лучам света. Прерывистое дыхание нарушило тишину.
Эйден неожиданно увидел себя самого.
— Эйден. — Ее голос ласкал его слух. — Эйден. Проснись.