Расплата
Шрифт:
Сжав губы, Фрэнк покачал головой.
– Женщины? – подсказал Боксер.
– Женщины?
– Полагаю, женским вниманием вы не обделены.
– Думаете, это дело рук женщины?
– Не обязательно, но они порой толкают мужчин на безумные поступки. Какие чувства самые сильные? Что заставляет людей вести себя непредсказуемо? Зависть, предательство, унижение. Если Джордану действительно не нужны деньги…
– Нужны, вот увидите.
– Я бы не был столь уверен на вашем месте. Именно поэтому прошу подумать и, что важнее, поделиться вашими соображениями
Д’Круш не готов был смириться с тем, что его богатство вдруг потеряло всякое значение. Внезапно его охватил страх. Фрэнк отвернулся к окну, уставившись на свое расплывчатое отражение в стекле.
Глава 7
11 марта 2012 года, воскресенье, 19:45
Где-то в Лондоне
– Расскажи мне о Хакни и Лондон-филдс, – попросил голос. – Ты ведь могла бы жить где угодно – Ноттинг-Хилл, Челси… Хотя постой, это районы для пенсионеров. Может, Долстон? Или Бродвей-маркет? Почему ты выбрала Хакни, Алишия?
– Что мне причитается за ответ на этот вопрос? – поинтересовалась она.
– Это не вопрос. Мы просто общаемся, чтобы познакомиться поближе.
– Вы же сами объяснили мне правила. Я им следую. Отвечаю на вопросы, получаю за это награды. Все имеет свою цену – так вы сказали.
– А ты крепкий орешек, Алишия. Чего ты хочешь?
Она хотела видеть. Тьма была невыносимой, она сбивала Алишию с толку. Способность видеть, что происходит вокруг, дает силы и новые возможности.
– Помыться, – ответила Алишия.
– Это слишком ценный приз. Тебе придется долго копить бонусные баллы. Знаешь что? Давай поговорим по душам, и я разрешу тебе снять маску.
– Я живу в Хакни потому, что хочу быть как все. Хочу, чтобы мои друзья любили меня такой, какая я есть. Думаю, вам не понять, что такое родиться богатой.
– Должно быть, это очень, очень тяжело, – съязвил голос. – Куда тяжелее, чем жить в кишащих крысами загаженных трущобах Мумбаи, без электричества и чистой воды.
– Не мне судить. Зато я знаю, каково жить под постоянной опекой, не имея возможности учиться на собственном опыте.
– И кому мы обязаны тем, что ты выросла такой хорошей, доброй девочкой? – В голосе слышалась неприкрытая злость.
– Моей матери.
– То есть еще одному изнеженному существу голубых кровей. Неужели мама заставляла тебя сидеть на жестких стульях?
– Она позволяла мне заглядывать за стену.
– Как мило. Ты еще про золотую клетку расскажи. С толстыми-толстыми прутьями. Как-то неубедительно, Алишия. Так меня на жалость не пробьешь.
– Да я и не пытаюсь, – пожала плечами Алишия. – Вы спросили, почему я живу в Долстоне, а я ответила, что так чувствую себя свободной от семейных обязательств. Там я не дочь миллиардера. Ко мне относятся как к равной и судят по поступкам.
– Чепуха. Я бы скорее поверил, если бы ты сказала, что живешь в Долстоне, чтобы быть поближе к Дуэйну и Кертису.
– С ними я познакомилась совсем в
– Действительно. В баре «Уайб» на Брик-лейн.
– Это уже другой разговор. – Алишии не понравилось то, как детально похититель изучил ее личную жизнь. – Если мы закончили беседу на тему «Почему ты живешь в Долстоне», то мне пора снять маску.
– Пора, но я тебе не позволю, потому что мы еще не закончили.
– Значит, ваши правила ничего не стоят.
– Правила существуют только для тебя, а я их устанавливаю. Мне решать, какой ответ считать удовлетворительным. Скажи честно, почему ты живешь в Долстоне, когда твоя мать перебралась в фешенебельный Обри-Уок? Должно быть, она испытала настоящее облегчение, отвязавшись от этого приставалы с Эдвардс-сквер. Какой же он был назойливый! Неудивительно, что твоя мамаша сбежала. У нее ведь после Шику никого не было?
– Меня от вас тошнит, – вырвалось у Алишии, но она тут же спохватилась. – Откуда вам известно, как моя мать зовет отца?
– Жаль, что Исабель не разделяла сексуальные фантазии Фрэнка, иначе они до сих пор были бы вместе. Не пойми превратно, Шармила – сногсшибательная женщина, но она, как бы сказать… несколько стереотипная жена миллиардера. Ты согласна? Алишия, не молчи!
– Восхищена вашей работой.
– К сожалению, наблюдая со стороны, всей правды не выведать. Необходимо общаться с человеком, проникать в душу. Так что прекращай ломать комедию и выкладывай, зачем ты переехала в Долстон. Уж точно не из-за прекрасно работающей службы общественного транспорта.
– Я хотела жить подальше от матери.
– Почему же? – Голос изобразил искреннее удивление. – Ты ведь любишь ее. Она позволяла тебе выглядывать из-за гребаной стены богатства. Кому, как не Исабель Маркс, знать все тяготы жизни дочери?
– У нее своеобразный взгляд на вещи.
– Какие такие вещи? – Голос откровенно издевался.
– Она пытается решать за меня.
– Вот это уже интереснее, Алишия. Продолжай.
– Она как типичная индийская мамаша. Хочет сосватать меня за какого-нибудь милого мальчика. – Алишия не смогла совладать с эмоциями. – Какой сегодня день? Воскресенье? Вот, сегодня она наверняка собиралась представить мне очередного «отличного парня». Писателя, журналиста, актера или начинающего режиссера. Насквозь фальшивого и неспособного жить по-настоящему. Их всех словно из одного теста лепят. Думаю, если покопаться, то выяснится, что и общаются они с одними и теми же людьми.
– Она лишь желает тебе добра, – сказал голос. – Снимай маску.
Они сидели за простым деревянным столом и ели утку с рисом.
– Что вы думаете об этой… ситуации? – Исабель с трудом подбирала слова. – О… похищении. Даже слово это боюсь произносить. Звучит как в старом гангстерском фильме. Как по-вашему, эта ситуация разрешится?
– По содержанию звонков ясно, что вашу дочь похитили не ради легкой наживы, иначе мы бы уже обсуждали сумму выкупа, план доставки денег и условия освобождения. За пару суток договорились бы.