Шрифт:
1
Ранним утром, когда солнце робко начало освещать своими лучами еще спящую землю, на дороге показался автомобиль, марка которого, конечно, была известна местным жителям, но вряд ли кто-либо когда-нибудь видел такое авто своими глазами, что называется вживую.
Новенький «бентли» подъехал к дому Миллеров и остановился. Из него вышел высокий мужчина в строгом костюме. Сразу было видно, что он птица высокого полета. В этих краях незнакомец казался диковинкой ничуть не меньшей, чем его автомобиль. На ранчо Миллеров с таким лоском одевались только на праздники, например,
Мужчина поднялся по ступенькам крыльца и нажал на кнопку звонка. Внутри дома послышался дребезжащий звук. Однако открывать мужчине не торопились. Через некоторое время он позвонил снова, более настойчиво, и только тогда на втором этаже в одной из спален зажегся свет.
Через несколько минут дверь наконец отворилась, и мужчина, приветствуемый удивленным женским возгласом, вошел в дом. Очевидно, гостей в столь ранний час здесь не ждали.
Нэнси проснулась как обычно, с восходом солнца. Но если всегда она пробуждалась самостоятельно, то сегодня могла бы поклясться, что ее разбудил какой-то звук. Она открыла глаза и прислушалась. Звук повторился. Что-то звенело и дребезжало. Спросонья Нэнси никак не могла определить природу этого звука. Наконец ее осенило: дверной звонок! Им не пользовались, наверное, несколько лет. Днем гостеприимные двери дома семьи Миллер всегда были открыты. Как, впрочем, и двери домов их соседей. Звонок мог означать только одно: к ним приехал кто-то чужой. Нэнси мигом вскочила с кровати и, шлепая босыми ногами по полу, подскочила к открытому окну и почти по пояс высунулась из него. Во дворе стоял автомобиль, сверкавший новизной и лоском.
– Ого! – воскликнула Нэнси и внимательнее оглядела двор. Тот, кто приехал на этом автомобиле, вероятно, уже вошел в дом.
Нэнси накинула халат и, даже не потрудившись запахнуть его хорошенько, выбежала в коридор. Сделав несколько шагов, она сбавила темп и, осторожно подойдя к лестнице, ведущей вниз, перегнулась через перила. В холле стояла ее мать Иона и разговаривала с незнакомым высоким мужчиной, которого Нэнси приняла за адвоката. По крайней мере, она не знала, кто еще, если не адвокат, может так хорошо одеваться и разъезжать на таком шикарном автомобиле.
– Я не получала никакой телеграммы, – услышала Нэнси голос матери. – И вообще ваш приезд полная для меня неожиданность.
– Простите, Иона, наверное, мне следовало позвонить прежде, чем приехать, но я был уверен, что телеграмма пришла вовремя. Еще раз извините за причиненные неудобства и за мой столь ранний визит.
– Так чем обязана? – холодно поинтересовалась Иона, сложив руки на груди.
– Это долгий разговор, – сказал незнакомец, явно намекая на то, что его следует пригласить хотя бы выпить чашечку кофе.
– Что ж, – фыркнула Иона, прекрасно поняв намек. – Пройдемте на кухню. Вы ведь не откажетесь от кофе?
Мужчина кивнул и последовал за Ионой. Проходя мимо лестницы он случайно кинул взгляд вверх и заметил Нэнси. Она с любопытством разглядывала незнакомца и ничуть не смутилась, когда поняла, что ее обнаружили. Мужчина весело подмигнул ей, и Нэнси ответила ему открытой улыбкой. Иона ничего не заметила.
Нэнси не
Нэнси поспешила в ванную, наскоро умылась и причесалась, натянула джинсы и короткий топ – свою повседневную одежду – и спустилась в кухню, сгорая от нетерпения узнать, что же это за гость к ним пожаловал.
– Привет, мама! – Нэнси распахнула кухонную дверь и сделала вид, что впервые заметила гостя. – О, доброе утро, мистер…
– Стронг, – поспешил представиться мужчина и протянул Нэнси руку. – Генри Стронг.
– А я – Нэнси, – весело ответила она и взглянула на мать.
Та сидела за столом напротив мистера Стронга, прямая, будто кол проглотила, и строгая, словно ей предстояло решить мировую проблему.
Нэнси, не обращая больше внимания на мать, уселась на соседний стул и тоже налила себе кофе. Нэнси уже успела рассмотреть гостя и составить о нем мнение. На вид мужчине было около сорока пяти, веселый открытый взгляд выдавал в нем человека, который смотрит на мир с юмором, потому что уже успел хорошо узнать эту жизнь. Генри Стронг был высок, хорошо сложен и в меру красив.
Подходящий жених для моей матери, подумала Нэнси, как обычно думала обо всех мужчинах в возрасте от сорока и старше.
– Я слышала, как звонили в дверь, – первой нарушила неловко повисшее молчание Нэнси.
– О, простите. Я разбудил вас? – с мягкой улыбкой сказал гость и поклонился. – Я действительно слишком рано приехал.
– Ничего, – Нэнси беспечно махнула рукой, – я всегда встаю рано. Хотите булочку?
Она пододвинула к Стронгу плетеную корзиночку со сдобой.
– Нет, благодарю. Ваша замечательная мама уже угостила меня, – вежливо сказал Стронг.
Иона снова фыркнула, что почти всегда означало, что она недовольна. Если только ей что-то не попало в нос.
– Неужели ты думаешь, что я не имею понятия о правилах гостеприимства? – с иронией спросила она Нэнси.
Нэнси не обратила внимания на тон Ионы. Если мать не в духе, то лучше с ней не спорить. И конечно же Нэнси придется самой выяснять, с чем пожаловал их гость.
– Вы адвокат? – спросила Нэнси, откусывая от булочки и запивая ее кофе.
– С чего вы взяли? – удивился Стронг.
Нэнси пожала плечами.
– Мне так показалось. По крайней мере, у нас не бывает других гостей на таких классных тачках.
– У нас и адвокаты не ездят на таких автомобилях, – проворчала Иона.
– Честно говоря, я приехал к вам, Нэнси, – заявил Стронг.
Нэнси поспешно проглотила кусок булочки.
– Серьезно? А что я такого натворила?
– Я оставлю вас одних, – вдруг заявила Иона. – В конце концов, Нэнси уже двадцать три, она взрослая женщина и сама сможет решить все проблемы, которые вы собрались высыпать на ее голову.
Иона вышла, предусмотрительно оставив дверь приоткрытой, что не ускользнуло от внимания Нэнси. К счастью, Стронг сидел спиной к двери и ничего не заметил.