Чтение онлайн

— Возможно, — помолчав, ответил Стивен в раздумье. Услышав в голосе брата сомнение, Майкл спросил:

— Ты хотел что-то сказать?

— Уж лучше я промолчу. Не то ты вырвешь из земли

— Не хочешь — не говори. — Майкл в волнении взъерошил волосы. — Непостижимо, как я мог так ошибиться.

— Именно это и удивляет меня, — медленно произнес Стивен. — Будучи наследником герцогства, я научился разбираться в людях, ведь многие стремятся добиться расположения лестью. И теперь я хорошо знаю: человек коренным образом не меняется. Трудно поверить, что такая самоотверженная

женщина в считанные часы превратилась в хищницу. Либо доброта ее была фальшивой, либо алчность наигранной.

— Не было в ней доброты. Одно притворство. Я не раз в этом убеждался.

И тут, как назло, ему померещился до боли знакомый голос: Кэтрин пела колыбельную умирающему юноше. А может быть, ему самому. Он судорожно сглотнул.

— К несчастью, притворство было ей свойственно так же, как и алчность.

— Но может быть, случилось что-то, чего ты не знаешь. — Стивен задумчиво потер подбородок. — Когда лэрда хватил удар, Кэтрин в порыве раскаяния могла ему признаться, что скрыла от него смерть мужа, и пообещала выйти за кузена, если дед простит ее. Я знаю старого лэрда. Сущий дьявол.

— Разве может женщина из одного лишь чувства вины выйти замуж за человека, которого ненавидит, да еще наговорить столько ужасных вещей?

— Да это я так, к примеру сказал. Причин может быть тысяча. Но я знаю по опыту, что за любым необъяснимым поступком всегда что-то кроется. А может быть, она и в самом деле хищница, — со вздохом произнес Стивен. — Так что лучше мне держа-то свое мнение при себе. Нельзя судить о женщине, которой никогда не видел.

Он встал.

— Ну, мне пора. Не хочешь вернуться в Аббатство? Я был бы рад.

— Не сегодня. Я слишком устал. Может быть, завтра.

Майкл потер воспаленные глаза.

— Попроси Барлоу прислать мне горячей поды. Хорошо бы перед сном смыть дорожную пыль.

— Отличная идея. Будь я французским солдатом, сдался бы на месте, такой у тебя вид!

— Некоторые из них так и делали.

Оба рассмеялись.

— Как ты решился попытаться наладить наши отношения? Мне такое даже в голову не пришло, — тихо сказал Майкл,

— Знаю. Потому и решился.

На прощание Стивен легко коснулся плеча брата и направился к. двери.

После его ухода Майкл так и остался лежать на кровати. Мысли путались. Наконец принесли горячую воду. Ему стоило немалых усилий умыться и побриться. Зато он сразу почувствовал себя лучше. Укладывая обратно бритву в седельную сумку, Майкл наткнулся на калейдоскоп и поднес его к глазу. Внутри засверкали хрустальные звезды. Расколотая радуга. Разбитые надежды. Утраченные мечты. Он повернул трубку, раздался легкий треск, и разноцветные стеклышки сдвинулись, образовали новый узор.

Он был совсем еще молодым, когда впервые взял в руки калейдоскоп и ощутил его благотворное влияние. После смерти Каро он часами не расставался с ним, пытаясь найти в его постоянно меняющихся, завораживающих узорах забвение и обрести душевное равновесие. В отличие от Стивена он плохо разбирался в людях. И даже сейчас, после предательства Кэтрин, желал ее так же страстно, как и прежде.

Когда в очередной

раз он повернул серебряную трубку, узор рассыпался на множество блестящих разноцветных осколков.

Только сегодня Майкл понял, как ошибался, считая, что до конца дней своих они с братом обречены на вражду. Может быть, и в отношении Кэтрин он ошибается?

Он снова повернул трубку, и стеклышки образовали геометрическую фигуру. Майкл смотрел на нее невидящими глазами, анализируя в мозгу возможные причины случившегося с той же беспристрастностью, с которой обычно решал вопросы военной тактики.

Майкл знал, что Кэролайн тщеславна, неискренна, эгоистична, но за долгие годы знакомства так и не понял, насколько она коварна и лжива, чего нельзя было сказать о Кэтрин.

Она была искренней и лгала лишь в силу необходимости. Стивен прав: ее поведение во время последнего свидания с Майклом было не просто странным, а поистине чудовищным.

В свое время Каро внушила ему, что с женщинами он ведет себя по-дурацки. Вот и сейчас, вместо того чтобы проанализировать поведение Кэтрин, он поверил каждому ее слову.

Надо забыть случившееся, как кошмарный сон, и попытаться понять, что заставило Кэтрин порвать отношения с ним.

Алчность? Но она, не задумываясь, отдала вырученные за жемчуг матери деньги любовнице мужа, родившей от него ребенка. Желание искупить вину перед дедом за свой обман? Возможно, только вряд ли дед, которого она знала едва неделю, был ей дороже Майкла.

Быть может, она боялась, что лэрд изменит завещание и Эми лишится наследства, принадлежащего ей по праву? Что ж, вполне вероятно. Откуда было знать Кэтрин, что Майкл позаботится о будущем девочки, как если бы она была его родной дочерью? К тому же она не имела понятия о его благосостоянии — ведь он был младшим в семье. Неудивительно поэтому, что Кэтрин считала своим материнским долгом сделать Эми наследницей Скоала.

Но даже эти мотивы не могли до конца объяснить неожиданную жестокость Кэтрин.

Майкл в очередной раз повернул серебряную трубку. Неужели Кэтрин воспылала безумной страстью к кузену? Маловероятно, если учесть его холодность. Тем более что не кто иной, как Майкл, разбудил в ней женщину, и именно с ним она впервые испытала наслаждение.

Скорее всего ее толкнул на этот дикий поступок страх. Но чего она боялась?

Он снова повернул калейдоскоп, перед глазами вспыхнула хрупкая звездочка, и тут Майкла осенило. Хэлдоран его враг.

Кэтрин сказала, что он сразу узнал Майкла. Будь он честным, тотчас же разоблачил бы их обман. Но он этого не сделал. Почему? Видимо, у него были на то свои причины. Он готов на любую подлость, только бы заполучить Скоал, и не остановится даже перед тем, чтобы заставить красавицу кузину, будущую наследницу острова, выйти за него замуж.

На этом маленьком острове с феодальным укладом лорду ничто не могло помешать добиться своей цели. Майкл вспомнил, что во время их разговора с Кэтрин Хэлдоран находился в спальне лэрда и все слышал. Недаром Кэтрин так уговаривала Майкла покинуть остров. Видимо, Хэлдоран угрожал ей. И в этом случае поведение Кэтрин вполне объяснимо.