Рандеву
Шрифт:
Не сразу осознала, что смотрела на этого маленького хрупкого человечка в упор, и мысленно разговаривала с ней, посылая свою энергию. «Давай девочка, ты сможешь!», произнес кто-то за меня в моей голове. Мое подсознание тоже решило поболеть, и встав со своего кресла, сжало кулачок, и с замиранием сердца наблюдало за ней вместе со мной.
Вот она оттолкнулась палками и начала движение. Я следила за ней не отрывая глаз, пока она не накренилась в сторону, и попала прямиком в снежные объятия.
— У! — воскликнул Андрей.
Когда я повернулась к нему,
— Ничего, у нее все получится в другой раз. — вступилась я за девушку, хотя он ничего не сказал.
Я потянулась за кофе, и отпила из чашки глоток. Но Андрей по-прежнему смотрел на меня, и я не могла не отреагировать.
— Что?
— Тебе она никого не напоминает? — самодовольно спросил он.
Я вновь посмотрела в окно, девушка уже поднялась на ноги, и теперь пыталась залезть обратно наверх. Она улыбалась встречным лыжникам, но за улыбкой скрывалось, то, как тяжело ей давался подъем. У нее не было такого, как Андрей, который помог бы ей забраться обратно. И хорошо, что нет, иначе я бы выдрала ей все волосы. Еще несколько минут назад я сочувствовала ей и переживала за нее, а теперь готова подраться из-за того, чего даже не было на самом деле.
— Мы совсем не похожи. — резко сказала я.
Но Андрей не придал моему тону значения, а если и придал, то скорее всего посчитал это за ревность.
— Конечно, нет. Разве что последним часом. — я почти видела его улыбку, готовую сорваться с губ.
Я снова взглянула на девушку, без каких-либо эмоций. И, успокоившись, была готова продолжить разговор.
— Все равно. Я не выглядела так. — настаивала я.
— Тебе не о чем беспокоится. Оглянись вокруг, все эти люди выглядели так, когда учились кататься. Половина кто сюда приехал делают свои первые шаги, как она. Все ошибаются, потому что не имеют опыта. И в этом нет ничего плохого.
Ого! Как он мог из одного предложения раздуть целую лекцию? Чувствовала себя студенткой перед профессором, который пытался втолкать в мою голову ненужную информацию.
— Ты со мной? — Андрей провел ладонью перед моим лицом.
— Я с тобой. — так же махнула я. — Просто задумалась. Ну ты дал. Прямо все-все так делали? — издевательским тоном произнесла я, и улыбнулась.
— О, боже! Из всей моей восхитительной речи, ты запомнила только это?
— Эй! — я вытянула руку в его сторону, слегка касаясь шерсти на его свитере.
— Все… абсолютно все. Понимаешь, это как учиться ходить. Ребенок еще не знает, что это такое — слушать свое тело. Первый раз не получается — он лавирует из стороны в сторону. Знаешь, так смешно наблюдать за детьми, когда они делают первый шаг и падают. Но неизвестность и любопытство подталкивают пробовать дальше. И в следующий раз он с интересом пробует снова и снова. И вот, когда он достигает поставленной цели, и твердо стоит на ногах, понимает, что на него смотрят с восхищением и ему хочется добиваться новых результатов.
Он закончил свою речь и посмотрел на меня, в ожидании одобрительных возгласов. Но я молчала, и постепенно блеск
— В чем дело? — в его голосе были отчетливо слышны нотки беспокойства.
— Ни в чем. — я отвела взгляд и уткнулась им в кружевную скатерть. — Просто, я сейчас слушала тебя и поняла, что совсем ничего о тебе не знаю.
Подняв взгляд, его брови были сдвинуты к переносице, а в голубых глазах четко выражено непонимание.
— У тебя есть ребенок?
— Так ты про это. Господи, да я это просто так сказал для примера. — вздохнул он с явным облегчением.
— Ты не ответил.
— Если бы я знал, в какое русло зайдет наш разговор, вообще бы ничего не говорил. — огорчился Андрей, но глядя в мои жаждущие ответа глаза, спокойно добавил. — Нет, детей у меня нет.
С сердца словно камень упал, но там остался еще один, и он раздавит меня, если я не получу ответа на следующий вопрос, который так мне необходим. Я снова спрятала голову в песок, и замерев спросила.
— А… любимая девушка?
У Андрея просто железная выдержка, раз он еще сидел тут со мной и отвечал на мои вопросы. Я бы уже давно сказала, что я не обвиняемая, а он не следователь, чтобы меня допрашивать. Но вместо недовольства, я услышала веселую усмешку. Могла только предполагать какое у него сейчас лицо. Для него это глупости, ну, а для меня серьезные вещи.
— Единственная девушка, с которой я хочу быть, и создать семью… — начал он.
Я опустила локти на колени, и закрыла лицо руками, тихонько поскуливая. Он еще не закончил свое предложение, но я уже сделала выводы. Андрей подсел ближе ко мне, наверняка моя реакция вызвала у него недоумение.
— Ана. — он взял со стола салфетку, и убрал мои руки от лица, чтобы вытереть капельки слез.
Но со временем салфетка исчезла, а на мое лицо посыпались теплые поцелуи его горячих губ. Изумительно! После всех моих слов, он продолжал испытывать ко мне нежные чувства.
— Скажи мне, скажи, что привез сюда не для того, чтобы обмануть мои надежды, иначе…
Он отстранился от меня, и вот теперь его вздох был полон раздражения.
— Ты злишься?
— Да, я злюсь. Злюсь на тебя — за то, что думаешь так обо мне, злюсь на себя — за то, что начал все это. — мои глаза широко распахнулись, и он понял, что я могла неправильно истолковать его слова.
— О, Боже! — он нервно запустил руку себе в волосы, ища успокоения. — Я не то имел ввиду.
— А что?
— Да ведь ты даже не даешь мне закончить. — громко произнес он, привлекая к нам внимание.
Но Андрея не интересовала, собравшаяся публика, он смотрел на меня, взяв мою руку.
— Я только хотел сказать, что ты та девушка, с которой я хотел бы быть.
Не нужно быть астрономом, чтобы определить по звездам, точнее по двум, что горят ярче остальных, что он говорил искренне. Господи, конечно, искренне! Я бросилась к нему в объятия, и он принял меня со всеми моими сомнениями и недоверием, а через секунду мы растворились в блаженном поцелуе с улыбками на губах.