Рамиль
Шрифт:
– Меня Игорь бросил. Вчера,- выдавливаю из себя, исподлобья поглядывая на Рамиля.
И задыхаюсь от возмущения, потому что эта чеширская сволочь начинает...счастливо улыбаться!
– Тебе бы в хосписе работать с такими реакциями на чужое горе,- язвлю я, задетая его масляной ухмылкой.
– Извини, но я не считаю избавление от картавого Игорька горем,- пренебрежительно хмыкает Рамиль,- По мне, так это событие в пору отмечать!
В носу неожиданно предательски щиплет, и я с подозрением кошусь на полупустой бокал в руке. Обычно
– А мне нравилось, как он картавил,- вздыхаю грустно, поднимая глаза к уже звездному небу. На нас постепенно опускается ласковая летняя ночь, - В этом был определенный шарм...Такой, знаешь, французский прононс...
– Тебя серьезно возбуждают проблемы с дикцией?
– раздраженно фыркает Рамиль,- А я-то думаю, что со мной не так...
– Веры тебе нет, вот что с тобой не так, Рами,- отвечаю честно и снова разглядываю фужер в руке. Похоже, пора останавливаться...
– Я НИКОГДА никого не обманывал,- заявляет Керефов неожиданно серьезно и вкрадчиво,- Не надо.
– Да,- перевожу на него задумчивый взгляд,- Ты сразу честно говоришь, что связь с тобой - это только одноразовая акция.
Пару секунд мы молчим, разглядывая друг друга. Тело как-то странно сковывает душным теплом. Я сглатываю и отвожу глаза, делая глоток. Снова. Просто в горле пересохло...
– Хочешь сказать, ты святая, и у тебя были лишь долгосрочные отношения?
Поднимаю на Керефова удивлённый взгляд. Мне кажется, или в его обволакивающем голосе прозвучали злые нотки?
– Нет, но...- поджимаю губы, не зная, как выразить поточнее свою мысль,- Но...Ну, не с тобой же, Рам! О чем ты вообще!
Нет, не кажется. Он сверлит меня тяжелым раскаленным взглядом, будто я виновата разом во всех смертных грехах. Я окончательно теряюсь и тоже начинаю злиться. Дурдом какой-то! Я еще должна объяснять и оправдываться, почему нет?!
Повисает неуютное колючее молчание. Я незаметно ёжусь, потирая предплечья. Рамиль вздыхает, хмурясь и отпивая из своего бокала.
– Так и что произошло?
– наконец разрывает тишину между нами.
– Что?
– я даже не сразу понимаю, о чем он.
– С Игорьком? Что случилось?
– Рамиль подаётся вперёд, уперев локти в колени и сцепив пальцы в замок, весь превращаясь в слух,- По мне, так он вообще не из твоей лиги. Не представляю, что случиться должно было, чтобы он тебя бросил.
– Нууу...- я закидываю ногу на ногу и покачиваю бокал в руке.
Разум вопит о том, что надо срочно менять тему, а шампанское бурлит в крови, подталкивая к откровениям. И эти черные внимательные глаза напротив...Язык покалывает от набегающих слов. Рамиль приподнимает брови, намекая, что ждёт. Я вздыхаю и сдаюсь.
– Ну... У меня же проблемы...по-женски...- господи, я прямо чувствую, как лицо заливает насыщенным красным, и я становлюсь похожа на сеньора Помидора.
– И?
– подталкивает Рамиль.
Для него это во- первых не новость, так как
– И...- я сейчас в обморок грохнусь от смущения, стыда, обиды и ещё чёрт знает чего,- И Игорь узнал...
– И?
– тем же тоном интересуется Рамиль. Ну какой же твердолобый, а!
– Что "и"??? И он детей хочет...в будущем...а я...- развожу руками, не в силах продолжать.
На последнем "я" голос подводит, слабовольно уходя в мышиный писк. И я плотно поджимаю губы, чтобы скрыть, как задрожал подбородок. У Рамиля брови сначала взмывают вверх от удивления, а потом грозно сходятся на переносице.
– Ты, бл..ть, серьёзно сейчас, Алёна?
– хрипит Керефов как раненый медведь,- Картавый твой не офигел? Бессмертный что ли?
– Убивать пойдёшь? – хмыкаю скептически, пытаясь вернуть нашей беседе шутливый тон.
– Не уверен насчет убивать, но его шансы на размножение до твоих однозначно доведу. Тоже мне, бык- осеменитель с прононсом. Ему фальцет кстати очень пойдёт, - не унимается Рамиль, и я вижу, как у него даже ноздри от гнева раздуваются.
Был бы Керефов драконом, тут бы уже все полыхало. Я смотрю на то, как Рамиль искренне злится от обиды за меня, и на глазах появляются они. Сентиментальные пьяные слёзы благодарности. Я не настолько пьяна, чтобы не осознавать, что это просто шампанское во мне говорит. Но и не настолько трезва, чтобы суметь их сдержать.
– Блин, ты такой замечательный иногда, - судорожно всхлипываю и, повинуясь порыву, встаю и крепко обвиваю руками его шею. Утыкаюсь носом в местечко чуть пониже уха, глубоко вдохнув. От Рами таак пахнет…божественно. Даже пальцы на ногах поджимаются. Украдкой, словно вор, жадно вдыхаю ещё раз. Господи, какой вкусный мужик. Это преступление просто…
– Спасибо, - лепечу ему в шею, отчего горячая смуглая кожа около моих губ влажнеет.
На ум приходит дикая мысль лизнуть. Но…НЕТ.
– Иногда? – как-то совсем сипло басит Рамиль, и я ощущаю вибрацию звука в его теле, - Я думал, всегда…
Его рука неловко проходится по моим лопаткам, словно он не уверен, можно или нет. Я не отстраняюсь. Потому что...Ну…Это вполне дружеский жест. А потом вдруг, разом осмелев, горячая мужская ладонь сползает по позвоночнику на то, что пониже поясницы. Я, охнув, отпрыгиваю, будто ко мне раскаленный утюг приложили.
– Всё. Уже не замечательный, - цежу возмущенно и возвращаюсь на свой стул. Моя рука сама тянется к шампанскому. Это необходимо запить. Опустошаю бокал одним жадным глотком.
– Я не горю желанием быть для тебя замечательным, Лен, - хмыкает Рамиль, расплываясь в нахальной улыбке.