Ракушка

– Она меня укусила! Укусила! – по коридору гостиницы бежал полураздетый мужчина и прижимал ладонь к губам. – Она меня укусила!

На крик открылась дверь и из нее вышел мужчина.

– Иди сюда, нечего так шуметь, ну укусила, это же женщина. Заходи. Вот, возьми салфетки, успокойся, схожу за твоими вещами.

– Она меня укусила! Оттяпала пол языка, она… – мужчина убрал руку и посмотрел на свои окровавленные пальцы.

– Блин! – выругался Николай. – Будь мужчиной. Разговаривать можешь, значит язык на месте. Там ванная, прополоскай, я сейчас.

Николай

вышел в коридор, он уже знал причину недовольства клиента, это не в первый раз, но чтобы так нагло, взять и цапнут, это уже слишком.

– Ир, ты здесь? – он открыл дверь и словно хозяин вошел в коридор номера. – Ир! Ты где?

– Тут я, тут! – чуть ли не крикнула девушка. – Я не виновата, он сам начал пихать мне в рот свой язык, я ему кто? Отвратительно, отвратительно, мерзко, мерзко.

Николай стоял посреди комнаты и смотрел на девушку, что сидела на краю кровати и вытирала себе рот ладонью, словно он у нее грязный.

– В прошлый раз ты что сделала?

– Ну я же…

– Ох, Ир, ну что мне с тобой делать, а? Ладно, одевайся, на сегодня свободна.

– Нет, я готова, ты только скажи им, чтобы делали свое дело и валили.

– Так не пойдет, все по полной программе, как говорится, все включено. Одевайся, на сегодня все. Пойду разберусь, надеюсь, мне это дорого не обойдется, если что, с тебя спишу.

Ира промолчала. И так понимала, что, когда входит в номер клиент, она должна отключать все свои чувства самосохранения. Николай вышел, закрыв за собой дверь, он всегда был вежливым, никогда не кричал, всегда находил добрые слова. Ира знала, кто он, боялась его, но в то же время доверяла, поскольку больше некому было.

– Как я влипла, как? – Ира хотела бы отмотать время назад, но время – это не прямой отрезок, не станция в метро, где можно сделать пересадку.

Она была успешным трейдером, прошла курсы, засела за учебники и прочитала с десяток книг. На графиках все просто: сотни, тысячи индикаторов, что помогали спрогнозировать движение цены. На истории все красиво. Тогда Ирина смеялась, слушая лектора, он показывал, что тут можно было бы войти в рынок, а тут выйти.

– Хорошо, – сказала она лектору. – Можно я вам покажу? – Ирина подошла к экрану и закрыла часть графика, лектор не видел продолжения, она это сделала наобум. – Что вы сейчас сделаете? Войдете в рынок или будете ждать?

– Надо смотреть историю.

– Хорошо, давайте посмотрим, – предложила она.

Лектор засомневался, он думал, но каждый раз, когда он говорил, что надо подождать, рынок продолжал движение по тренду, а когда надо входить, происходил разворот в цене. Ирина понимала, что теория и практика – это разные вещи, и лектор просто пудрил мозги новоиспеченным трейдерам, чтобы те несли деньги.

– Как я так влипла? – повторила Ирина, встала и поправила на себе платье.

Она почти полгода работала на себя, может ей повезло, но Ирина подняла свой счет на 25 процентов, для акций это приличный доход. Ей дали плечо один к трем, еще месяц торговли, и капитал подрос. Потом появился первый инвестор, сумма небольшая, а потом еще один инвестор, и еще, и вот к ней обратился человек от Карпова. Кто он такой, Ирина не знала, мало ли кто стоит за деньгами. Ее пригласили на работу, выделили отдельный кабинет. Может это была

звездная болезнь, но Ирина возгордилась собой. Теперь в ее распоряжении были сотни миллионов, и она стала торговать. Ирина получала бонус в размере пяти процентов от прибыли, а это большие деньги. Но вот настал 2008 год, и все рухнуло. Цена 101 за акцию Сбербанка, было пробито сопротивление, Ирина выставила стопы за минусом в 10 процентов, но после сдвинула их ниже.

– Как я влипла?

Уже сотый раз она себя спрашивала и не понимала, чего тогда испугалась. Надо было просто выйти, распродать активы, объемы большие, а цифры буквально по минутам показывали все больше и больше убыток. Есть люди, которые в экстремальный момент просыпаются, но есть те, кто входит в ступор. Ирина оказалась во второй группе. Она тупо смотрела на график и видела минусы. Необеспеченное ипотечное кредитование обвалило рынок в США. Горели сотни миллиардов, банки лопались, баржи закрывали торги, в мире начался хаос.

– Это что? – в ее кабинет влетел разъяренный Карпов.

Его Ирина видела всего несколько раз, он был учредителем множества компаний, какое ему дело до мелкого клерка на фондовом рынке. Но он, а вернее Ирина теряла его деньги.

– Что это?

Наверное, только тогда Ирина поняла, что влипла по самые уши. Она обещала максимальную просадку в 15 процентов, но на экране графики показывали минус сорок пять. Тогда Ирина искала уровни поддержки, но их не было, октябрь и цена 56 рублей за акцию.

– Что это? Как так? Почему?

– Кризис, – сухо ответила Ирина. – Мировой.

– Мировой, а я тут при чем?

Объяснять было бесполезно, может Карпов и понимал, что такое финансовый рынок акций, но сейчас он видел цифры, и они были не в пользу Ирины. В тот день ей повезло, они еще как-то договорились подождать. Ирина уговорила не выходить из позиций.

– Рынок не может падать вечно, это мировой кризис, он восстановится, обязательно восстановится, это триллионы денег, – говорила Ирина. Карпов поверил, но в ноябре он заставил их продать по цене 28,10 рублей. Пока акции были куплены, оставалась надежда на их восстановление, но после продажи убыток был зафиксирован.

– Все, – тихо сказала Ирина, когда последняя сделка была закрыта.

Таких денег не прощают. Ирина думала, что не доживет до утра, что ее отвезут в лес или прямо тут в кабинете прикончат. Она пришла домой и целыми днями пила валерьянку, думала, что это поможет. Уже хотела уехать из города, смыться, спрятаться, но не успела.

– Здравствуй, Ир, – сказал Николай, когда она открыла ему дверь. – Ты не важно выглядишь. Я войду?

– Да, – она кивнула.

– Ты не маленькая девочка, знаешь, что произошло.

Ирина смотрела новости и видела, что акции опустились еще ниже, дойдя к декабрю до 24 рублей. Может надо было раньше продать, но это хорошо говорить задним числом, Ирина до сих пор не понимала себя, почему нарушила свои правила и не закрыла сделку. Жадность, страх, вот что было у нее.

– Знаю, – сухо сказала Ирина. – Мне одеваться?

– Да. Я пойду, там внизу стоит машина, она тебя отвезет.

В какой-то момент промелькнула мысль закрыться в квартире и отсидеться, а может даже вызвать полицию. Но рано или поздно ее поймают, и все будет намного хуже.