Чтение онлайн

— Ну да, наверно ты прав…

— Серго, почему у вас не было потерь? Всё понимаю, насчёт опыта, железного духа. Но сталинский СМЕРШ тоже не пальцем деланный был, а возился с бандэровцевцами с сорок пятого по 56-й.

— Слюшай, Сань, ти же сам миня ужил. Ужил? Ужил. Я тоже ужил своих земляков, как мог. Серго не ожень умный, стрелять, как ти миня ужил — ни магу, драться, как ти миня ужил — не могу, а апаснаст чуствават — магу ужить! Я висех сваих ужил. Кито плоха ужится — того

ранил или убил. Ани стараюцца, не хатят, чтоб их убили.

«Твою ж мать! Мать же ж твою… Это я виноват! Две сидхи парню поставил на блок, а третью — забыл. Он их и научил. Можно закрыть для них эту способность… Сильно устану, да и врагов наживу… Что же делать? Надо их использовать, глупо плыть против течения».

— Серго, а они тебя сильно уважают?

— Очень! Так увжают, так увжают, ух как! А кито не увжаит, стукну в живот, как ты ужил, ани сразу увжают. Ани мине жизнь далжны. Адин раз нас азиры в горах так прижали, так прижали… Если бы ни твая наука — никито бы ни жиль. Да…

— Ясно. Заставить их замолчать сможешь? Я говорить буду.

Серго что-то загэлготел на своём, резко, немного зло. Через полминуты стояла мёртвая тишина. Да, молодец, дисциплину держит на уровне.

— Они русский язык понимают все?

— Да. Гаварит так харашо, как я — не висе, а панимают — висе.

— Прежде чем сказать главное, хотел бы прояснить для себя и для вас некоторые моменты. Кто из вас знает, почему армяне стали жить вместе с русскими в одной стране? Кто чувствует в себе силы хорошо изложить — поднимите руки. Ага. Вот ты, да, ты — встань и громко, чтоб все слышали, расскажи вкратце.

— Турки резаль наших дедов, я историю училь. Им нада быль наш земля. Много наших резаль. Когда царь присоединиль Армению к России — турки не магли резаль.

— Правильно, почти. Ваших турки убили разными способами около 2-3-х миллионов. Точнее никто не скажет. Турки эту информацию скрывают. Армяне не в силах были противостоять, сами попросились под руку русского царя. Никто не принуждал. Русские потом вместе с армянами воевали против турков, и те отступили. До сих пор гора Арарат не принадлежит Армении. Вы это должны знать. Совсем недавно агенты Соединенных Штатов Америки, из числа руководителей Армянской ССР, отделили вашу страну от нашей. Разделили дружеские народы. Вы опять остались один на один с Турцией. США, с помощью своих агентов, в первую очередь Горбачёва, развалили всю нашу страну. Я и мои товарищи пытаемся спасти хоть малую часть.

— Сань, ми можем убить Саркисяна и визять власть, и делать, как ти скажешь.

— Рано, Серго. Тихо! Я ещё не всё сказал. Пока — рано брать власть в Армении. Прежнего СССР уже нет. А тот «огрызок», что останется под моей властью, даже не будет иметь с Арменией общей границы. Придётся пока потерпеть, побыть отдельными народами. Если у нас, русских, получится восстановить свою силу, то, лет через пятнадцать-двадцать, мы протянем своим христианским братьям, армянам, руку дружбы.

— Ура!!

— А-а-а!!! «Громкие крики на армянском.»

— Тихо!!! До этого счастливого момента нам предстоит ещё дожить. Для того чтоб он наступил, нужно ещё очень много сделать. Я обещал своему другу, вашему командиру, Серго, что помогу. На

днях вы вернули долг, помогли нам, русским. Вы убили много наших предателей, мы вам за это благодарны. Не сегодня-завтра — распадётся СССР. Окончательно. Вам, армянам, никто не придёт на помощь. А турки ждут своего часа. Между армянскими женщинами, детьми, стариками и турецкими длинными ножами стоите только вы: герои своего народа со стальными сердцами!

— А-а-а!!!

— Тихо!!! Вы все знаете, как умеет драться и стрелять ваш командир, Серго. Я могу научить этому всех вас.

— А-а-а!!!

— Тихо!!! Но и вы должны помочь нам, русским. В бывших республиках Прибалтики и Молдавии националисты притесняют русских. Хуже, чем армян в Карабахе. А у них нет оружия, власти. Им «запудрили» мозги, сделали оккупантами, и их воля к победе ослабела. Мне нужна ваша помощь. Вам придётся повоевать около трёх месяцев. Могут быть потери. Война будет идти в городах, лесах, иногда на равнинах. Воевать придётся против армии, а не только против ополчения, как на Западной Украине вы только что воевали. Пару дней подумайте, а я пока постараюсь заслужить ваше доверие.

— Серго, лучше бы вы согласились, проведи работу.

— Сань, я сам хачу. А, правда, турки нападут патом?

— Не совсем. Будет ещё хуже: все умрут: и турки, и вы, и мы. США всех разбомбит. Твоим я немного не так объяснил, но, по сути, вы будете сражаться на правильной стороне, защищая свой народ. Ты мне веришь, друг?

— Сань, я не очень умний, но я твой дрюк, я тибе веру.

— Тогда иди, агитируй за советскую власть.

— А?

— За маленькую войну в Прибалтике. А взамен я всех научу стрелять и драться, как тебя.

— Понал, понал я.

Через пять часов, под вечер, в Киев, по моей настоятельной просьбе прибыли президенты Азербайджана: Г. Муталибов и Армении: А. Саркисян. Уговорить их стоило некоторого труда. Они не слишком доверяли моему обещанию не покушаться на их свободу и жизнь. Вести о событиях на Западной Украине уже прогремели на весь мир. Мы от всего открещивались. Официально армяне были залётными бандитами, которые частично погибли в боях с доблестными бандэровцами, частично сбежали назад в Армению. Муталибов был не трус, но и его пришлось дожать фразой: «Если не приедешь, то в течение недели произойдет катастрофа на «Химпроме» в Сумгаите. Мало покажется — ещё на лакокрасочном в Гяндже». Для Саркисяна ключевым предложением стало: «Тебе что — Карабах не нужен? Бери большую государственную печать Армении и дуй в Киев. А то Муталибов передумает его тебе отдавать».

В аэропорту встреча прошла безо всякой торжественности. Президенты враждующих стран прибыли не одновременно, поселил я их в разных местах, чтоб не передрались. Уже поздним вечером мы выехали на базу в/ч 34568. Мы — это три правительственные делегации. Без мигалок. Не доезжая около двух километров до ворот части, я попросил обоих Президентов высадить по одному телохранителю и приказать им, чтобы не подрались. Мы им оставили одну машину с ключами, я предупредил, что будет проведён эксперимент с их участием. Пусть не удивляются. Оставил телохранителям военную рацию, и колонна поехала дальше. Темно вокруг — хоть глаз выколи.