Радуга после дождя

Рейчел Хаттуэй сидела в кабинете семейного доктора и кусала губы, пытаясь сдержать слезы. Плакать хотелось не от боли, хотя рана на лбу пульсировала и саднила, а от обиды. Рейчел водила машину уже четырнадцать лет и еще ни разу до сегодняшнего утра не попадала в аварию. Да что там — она не получила ни одной штрафной квитанции! Рейчел всегда была примерным водителем, аккуратно парковалась в специально отведенных для стоянки автомобилей местах, не превышала скорость и не нарушала правил дорожного движения. И, несмотря

на все это, полчаса назад она умудрилась не вписаться в поворот и врезаться в фонарный столб, хотя, кроме ее «форда», на дороге не было ни одного автомобиля!

Долго еще он будет копошиться? — раздраженно подумала Рейчел, косясь на доктора Бэзила. Тот уже несколько минут мыл руки антибактериальным мылом — так тщательно, будто всю ночь копался без перчаток в земле, высаживая луковицы тюльпанов.

— В полицию ты, разумеется, уже сообщила о происшествии? — спросил он, закрыв, наконец, кран.

— Как только пришла в себя. Кстати, именно полицейские меня к вам и привезли.

— Успела очаровать служителей закона? — удивился доктор Бэзил, вытирая руки полотенцем. — Какая же ты шустрая!

— Мне, честно говоря, не до флирта было. Просто копы оказались на редкость милыми ребятами. — Рейчел помолчала немного, а потом нехотя добавила: — К тому же они так смеялись над «аварией», что даже не стали читать мне лекцию по поводу неосторожной езды.

— Твоя матушка всегда водила автомобиль очень аккуратно, — подняв указательный палец вверх, произнес доктор. — Она должна стать для тебя примером для подражания. Эх, молодежь… Гоняете на автомобилях как угорелые. А ведь из-за таких вот сорвиголов и случаются самые ужасные аварии. Тебе повезло, что ты была одна на дороге. А в час пик на этой улице очень оживленное движение.

Рейчел решила не комментировать это несправедливое замечание. Она уже успела рассказать доктору, что засмотрелась на красивое платье, выставленное в витрине магазина, и оттого не вовремя крутанула руль, когда нужно было повернуть вправо. Вместо того чтобы посмеяться над ситуацией, доктор Бэзил принялся морализировать.

Рейчел ойкнула, когда доктор начал обрабатывать ей лоб антисептиком. В детстве она часто набивала шишки, а уж содранные коленки были ее проклятием лет до пятнадцати. Однако с тех пор, как Рейчел гоняла с мальчишками голубей, лазала по деревьям и играла в прятки в кустах малины, прошло немало времени. На прошлой неделе она отпраздновала свой двадцать восьмой день рождения. Синяки, ссадины и лучшие друзья сорванцы-мальчики давно остались в прошлом. Теперь даже небольшую царапину Рейчел воспринимала как трагедию, а уж об огромной ране на лбу, и говорить нечего…

— Ерунда, — словно в ответ на ее мысли произнес доктор Бэзил. — Даже швы не нужно накладывать.

— Вы как будто огорчены, — буркнула Рейчел.

— Голова не кружится? Не болит? — не слушая ее, спросил он. — Все в порядке? Я все же порекомендовал бы тебе съездить в городскую больницу и проверить, нет ли сотрясения. Однако думаю, ты отделалась лишь легким испугом

и небольшой царапиной.

— Вообще-то я очень сильно испугалась.

— Не будешь в следующий раз глазеть на витрины. Когда садишься за руль, нужно думать только о дороге. Но я пропишу тебе успокоительное, чтобы ты быстрее пришла в себя.

Надо бы сменить врача, мелькнула у Рейчел мысль. С чего он взял, что имеет право читать мне нотации? Как подумаю, что придется вечером выслушать то же самое от матери…

Не успел доктор Бэзил приклеить на лоб пациентки специальный пластырь, как в кабинет ворвалась пухленькая молодая женщина с растрепанными волосами, без малейшего следа макияжа на лице. Увидев бледную и испуганную Рейчел, она взвизгнула и залилась слезами.

— Ты жива! Боже мой, какое счастье!

Узнав во взъерошенной женщине свою лучшую подругу, Рейчел слабо улыбнулась.

— Кэтлин, я же сказала тебе, когда звонила, что нет ничего страшного. А раз я с тобой разговаривала, следовательно, Ты могла сделать простой логический вывод, что я все-таки жива.

— Ты меня так напугала! — Кэтлин боялась подойти ближе и огромными глазами смотрела на скальпель в руках доктора Бэзила, которым тот нарезал пластырь на кусочки. — Она сильно пострадала, док?

— Будет жить, — спокойно ответил тот.

— Кстати, Джереми тоже приедет с минуты на минуту. — Кэтлин снова обратила свой взор на Рейчел.

Та глухо застонала.

— Позвони ему и скажи, что я в полном порядке. У меня даже сотрясения нет! Пусть едет обратно на работу. Надеюсь, ты больше никому не звонила?

— Нет, только ему. А твоя мать и так уже знает о происшедшем. Она сама мне звонила.

Рейчел застонала еще громче.

— Только не это! Кэтлин, ты должна меня где-нибудь спрятать как минимум на неделю. Док, заканчивайте уже. Если моя мама сейчас приедет сюда, мне потребуется двойная порция успокоительного.

— Готово, — сказал доктор Бэзил, любуясь на аккуратный бежевый прямоугольник пластыря с выдающимися из-под него краешками белоснежного бинта. — Если закроешь лоб волосами, никто ничего не заметит. Приедешь завтра вечером, я еще раз обработаю рану и сменю бинт. Или можешь сделать это самостоятельно, если справишься. А пока ты свободна.

Рейчел вскочила на ноги, но сразу же почувствовала головокружение и опустилась обратно на стул. Доктор Бэзил смерил ее внимательным, полным тревоги взглядом.

— В городскую больницу немедленно!

— Да нет у меня никакого сотрясения.

— Твоя мама приехала, — вдруг произнесла Кэтлин, выглянув в окно. — Пора сматываться.

— Док, большое спасибо за помощь, вы как всегда великолепны, — скороговоркой произнесла Рейчел и, невзирая на легкое головокружение, снова быстро поднялась и ухватилась за руку Кэтлин. — Надеюсь, вы не будете против, если мы воспользуемся черным ходом?

— Детский сад, — проворчал доктор Бэзил. — Прекрати суетиться, Рейчел! Ох, молодежь… Вот именно потому, что вы вечно куда-то спешите…