Чтение онлайн

"Тебе пора," - напомнил Рудис.
– "Запомни, главное - спасти существо. Ты найдешь его под обломками корзины. Шар можно принести и потом, но без маленького насекомого нам отсюда не выбраться."

–  Я поняла, - по забывчивости вслух пообещала девушка и вышла из дровяной камеры.

Она опять постояла возле лаза в камеру старухи, послушала ее, даже похихикала в кулачок. Белая не отличалась разнообразием, она продолжала умиляться дорогим гостям и радоваться за невесту.

Фцук вылезла на поверхность через один из не засыпанных выходов, поежилась от холода.

Надо было одеться потеплее, но возвращаться - плохая примета. Девушка обхватила уши, чтобы не отморозить их на северном ветру, и побежала к скалам.

"Будь осторожна, если станешь снимать шар!" - сказал лежащий далеко в стороне Рудис.

На бегу поселянка вскрикнула от восторга: она никак не могла привыкнуть к удивительным способностям ее нового друга. А какой он могучий и сильный! Если бы у смертоносца были здоровые лапы, ни одно насекомое в степи не могло бы сравниться с ним в мощи. И как только ньяна не боятся с ними воевать? А главное - зачем, ведь они такие хорошие! Подумать только - в Алларбю все были уверены, что абажи скармливают девушек паукам. А Рудис вовсе не ест людей!

Погруженная в свои мысли, Фцук и не заметила, как добежала до цели по темной, пустынной степи. Немного замерз нос и голые плечи, в остальном все было в порядке. Порадовавшись лишний раз, как хорошо стали видеть ее глаза в темноте после жизни в подземелье, девушка начала искать следы катастрофы.

По рассказу смертоносца, гроза, так и не пролившаяся на степь дождем, ушла на восток. Он почти сумел вырваться из нее, как вдруг низко летящие тучи расступились и прямо перед восьмилапым оказались скалы. Поток воздуха нес Рудиса прямо на них, и все, что он мог сделать - снизиться насколько возможно. Паук говорил об этом без особой охоты, потому что очень боялся, что люди сочтут его неумелым воздухоплавателем.

Падение с огромной высоты убило бы человека, но не паука. Рудис почти не пострадал, потому что большинство лап переломал себе прежде. Лишь трещина на хитине причиняла смертоносцу серьезную боль, и должна была беспокоить его еще пару лет, до линьки, когда смертоносец отрастит себе новый хитин и ноги. Восьмилапый даже пожаловался внимательной девушке, что сильно вырос за последнее время, панцирь стал тесен. Теперь в трещину лезет избыток плоти, хитин зажимает ее.

–  У меня есть друг!
– похвасталась Фцук скалам.
– Сильный и смелый, и он не ест людей! А еще у меня есть Авер… Только пока его нет.

Мороз усиливался, изо рта вылетали облачка пара. Время от времени девушка приседала и хлопала себя ладонями по бокам, как часто делали на севере. Наконец ее внимание привлекла какая-то груда в тени острого обломка скалы. Это и было все, что осталось от корзины.

–  Рудис сказал, что ты здесь!
– произнесла девушка в надежде задобрить существо, умеющее поднимать в воздух огромных смертоносцев.
– Он тебя ждет там, где теплее, а я только отнесу. Не будешь кусаться?

Существо не подавало никаких признаков жизни. Фцук осторожно приподнимала обломки досок один за другим, пока не нашла его. Маленькое, даже смешное насекомое с короткими лапками и травоядными жвалами, бескрылое.

–  Как же ты летаешь?
– повертела его Фцук.
– Не

ошиблась я? Да нет, откуда тут другим взяться…Почему ты такая холодная? Ты умерла?

Поколебавшись, девушка сунула существо поглубже в платье. Теперь предстояло найти сам шар. По словам паука, он похож на большую тряпку, которую Рудис придавил камнями, чтобы ее не унесло ветром. Она выше, на скалах… Что-то легко задело Фцук по лицу, она вскрикнула. Через миг ощущение повторилось и поселянка поняла, что сверху свисает какая-то нить, даже веревка.

–  Паутина!
– догадалась девушка и поймала кончик, потянула легонько.
– Это, наверное, с шара свисает, слышишь, существо? Если я сильно дерну, на нас могут упасть камни, которые положил Рудис. Придется наверх лезть, а у меня руки замерзли.

Фцук говорила это просто так. Сам себя не пожалеешь - никто не пожалеет. Но хоть паук и сказал, что шар можно пока оставить, что главное спасти существо, девушка решила обязательно забрать все сразу. Пусть Рудис поторопится, пусть починит шар до прихода противных червяков.

Скала оказалась крутая, скользкая от наледи. Фцук окоченевшими пальцами нащупывала трещины и понемногу вползала все выше. Наконец она оказалась на крохотной неровной площадке, где лежал какой-то хлам, придавленный увесистыми камнями.

–  И эта тряпка может летать?
– изумилась девушка, с трудом сворачивая вниз валуны, которые набросал на шар одной лапой смертоносец.
– Существо, Рудис сказал мне, что ты умеешь летать, что шар поднимает корзину… Я, наверное, чего-то не понимаю. Но я ему верю.

Спуститься вниз оказалось еще труднее, чем забраться. Шар Фцук сбросила вниз, а сама все-таки свалилась с высоты своего роста. Ей удалось упасть на бок, чтобы не ушибить существо. Девушка ушибла локоть, но осталась очень довольна своей ловкостью.

–  А теперь пойдем к нашему другу, - сказала она существу, забрасывая на плечо край тяжелой плотной тряпки, которую Рудис называл шаром.

Обратная дорога выжала из нее все силы. Девушка много раз останавливалась, чтобы перевести дух и отогреть пальцы. Шар оказался настолько тяжелым, что она всерьез стала сомневаться в его способности летать, даже с помощью волшебного существа. Из носа потекли сопли, горло тоже давало о себе знать. Несмотря на все эти мелкие неприятности, настроение у Фцук по прежнему было прекрасным, да иначе и быть не могло. Теперь оно будет таким всегда.

–  У меня есть два друга, - хрипло сказала она, оттянув ворот платья, чтобы медленно согревающемуся существу было лучше слышно.
– Рудис и ты. А еще у меня есть Авер, который пришел сюда по льду, чтобы меня спасти.

Паук встретил ее с нескрываемой радостью.

"Я волновался. Зачем ты принесла шар сразу? Могла бы оставить на половине дороги."

–  Пустяки, мне не тяжело. Ты позволишь мне взять существо внутрь? Там теплее, а мне с ним будет веселей.

"Оставь его пока здесь, я положу существо у твоего тайного лаза. Можешь немного подержать его, если хочешь, но скоро утро. На солнце существо согреется быстрее, и травы здесь довольно. И еще… - Рудис будто улыбнулся.
– Оно ничего не понимает из того, что ты ему говоришь."