Пыль
Шрифт:
Голова Джеймса начала трястись.
"Ты скоро вообще останешься без оружия", - сказал он. "Вы ужасно грубы с моим другом, а я не люблю, когда с моими друзьями обращаются грубо. Последний шанс".
Тогда человек с револьвером начал смеяться. Сначала смех шел приступами, недоуменные смешки сопровождались короткими рыками. Затем он перерос в полноценный хохот. Вскоре он уже двоился и шлепал себя по ногам, а его револьверный компаньон присоединился к веселью. Только человек-репитер не смеялся. Даже не улыбнулся. Он лишь
Джеймс повернулся к Денариусу, и Денариус увидел в его глазах ту же холодность, что и тогда, когда этот загадочный волшебник отстрелил яйца его похитителю в лесу. По его позвоночнику пробежал холодок.
"Я предупредил их", - пожал плечами Джеймс.
Затем запястье Джеймса дернулось, как будто он жестом руки подозвал кого-то. Над ним и позади него что-то заскрежетало, и смех обидчика с револьвером на мгновение застрял у него в горле. Он быстро повернулся на пятках и оглянулся назад, как будто ожидая увидеть еще одного члена их группы, затаившегося в ожидании.
Когда валун оказался в пяти футах над его лицом, скатившись с более высокого места на хребте, мужчина произнес последнее слово.
" Дерьмо".
На человека с репитером и другого человека с револьвером вылилось неприличное количество крови и запёкшейся крови, когда гигантский камень раздавил их товарищей в слякотное месиво. Мясистая мякоть забрызгала их лица, и оба повернулись, задыхаясь и крича. Оставшийся человек с револьвером поскользнулся на том, что могло быть длиной кишки, и упал на землю, вздрогнув от удара.
"Иисус, Мария и Иосиф!" - закричал человек с револьвером, его глаза расширились и метались по сторонам, свободная рука рассеянно смахивала куски плоти и только Бог знает что еще с его капающего лица.
Денарий с ошеломленным трепетом наблюдал, как Джеймс щелкнул запястьями, и винтовка рецидивиста и револьвер другого мужчины были вырваны из их рук невидимой силой и попали в протянутые руки Джеймса. Он уже был на ногах, а Денариус на полсекунды отстал от него, двигаясь скорее от растерянного ужаса, чем по здравому размышлению. Он выхватил из поясного ремня оружие, которое еще не успел достать, и направил его на оставшихся мужчин, пока Джеймс направлял на них их собственное оружие.
"Теперь," - сказал Джеймс, оглядываясь назад и вперед между пропитанными кровью мужчинами, которые теперь дрожали от шока и смотрели на стволы нацеленных на них пистолетов. "Вы уже упоминали о Владельце. Думаю, я хотел бы познакомиться с этим человеком".
Двое мужчин посмотрели друг на друга, а затем на Джеймса и Денария. Человек, известный Денарию и Джеймсу как Репитер, говорил дрожащим голосом, сплевывая капли крови и ткани между словами.
"Он не человек, мистер".
Глаза Денария сузились, когда он оглянулся на Джеймса, который, к его удивлению, улыбался.
"Ну, тогда", - сказал
13
Дрири перевел своих людей дальше по хребту после того, как трое мужчин вышли из леса на Ди и чернокожего. Сейчас они находились среди деревьев, в десяти футах от улицы на окраине Даста, спокойно наблюдая и оценивая ситуацию. Он ожидал, что несколько выстрелов эхом отразятся от скалистой гряды и унесутся к озеру за городом, но их не последовало. Кроме звука, похожего на падение камня вдалеке, ничего не было.
"Каков план, Гир?" шепотом спросил Квентин, широко раскрыв глаза и оглядывая улицу вдоль и поперек. Они никого не видели.
"План состоит в том, чтобы добраться до той церкви на другом конце города, прямо перед озером", - сказал Дрири, указывая направление кивком головы. "Там будет стоять маркер. Если удача будет на моей стороне, я найду подходящую жертву между этим местом и тем".
Глаза Квентина слегка сузились, когда он посмотрел на Дрери, а затем обратно на улицу.
"Что это значит - жертвоприношение?" - спросил он.
Дрери усмехнулся, но покачал головой.
"Не бери в голову, дорогой Квентин", - сказал Дрири. "Вы получаете хорошую компенсацию за ваше... дружеское общение, не так ли?"
Дрири повернулся и посмотрел мужчине в глаза. Квентин ездил с ним уже много лет, грабя, что считал нужным, когда Дрири уводил их от того, что казалось одной погоней за дикими гусями за другой. Но для Квентина это не имело значения. Если след приводил к деньгам или золоту, он был рад этому. Если след вел к оружию и лошадям, он скрывался с тем, что хотел. Если след вел к свежим плачущим вдовам, он получал свое.
Они все получили. Все, кроме Бонэма. Бонэм никогда не брал больше того, что ему было абсолютно необходимо. Ну, не считая жизни. Он был личным ангелом смерти Дрири. В то время как Квентин и Эйвери насиловали и грабили, Бонэм, казалось, довольствовался лишь возможностью вскрывать вены и разрывать плоть. Казалось, это были единственные случаи, когда Квентин видел оживающие глаза этого человека. Когда здоровяк не проливал кровь, они были пустыми и холодными, как пара камней под поверхностью полноводного потока. Но когда он был...
Этот человек был просто страшен. Но все это беспокоило Квентина не больше, чем безумные поиски Дрири. Он держался с ним ради добычи и хвоста, но теперь убедился, что тот совершенно не в своем уме. Все время листал эту проклятую книгу со всеми странными символами и рисунками. Вечно твердит о древних, о старших богах, о египтянах и индейцах с юга. Или племенах, или как их там, черт возьми, называли. Дикари с огромными сооружениями, которые, как утверждал Дрири, были построены этими богами и для этих богов.