Пять президентов
Шрифт:
И всё-таки — сколько их? — это волновало всех. Джекобс с удивлением и даже с замешательством отметил: сам факт, что президент не один (!), дебатируется гораздо реже, чем вопрос — сколько их? Качественная сторона дела явно уступала количественной. В охране заключали пари, как на скачках. Одна из горничных утверждала, что видела вместе трёх президентов, а буквально через несколько секунд — ещё одного, выходящего из туалета, и ещё двух, входящих в туалет. Подсчитали, получалось, что, очевидно, пять президентов, хотя всех и смутил слишком короткий срок пребывания их в туалете. Обсуждение этого вопроса было прервано диким хохотом садовника, с которым приключилась истерика, когда он увидел
— Происки наших внешних противников, — заявил он, — ожесточение предвыборной борьбы внутри страны, губительная для нации активность оппозиции, помноженная на распространение наглого свободомыслия цветного, экономически слаборазвитого, но физически и умственно отсталого населения, потребовали в настоящее время от правительства принятия самых срочных и решительных мер для обеспечения мира и спокойствия во всём мире. Одна из них — гарантирование полной безопасности главы государства, для чего и были созданы ещё четыре президента-двойника. Прошу запомнить, что все пять президентов… (В этот момент в группе охраны можно было заметить оживление: хлопали по плечу и жали лапу рыжему детине, который, вероятно, и выиграл пари.) Все пять президентов, — повторил Воннел, косясь на охрану, — одинаковы и равноправны со всеми вытекающими отсюда последствиями. Может быть, кто-нибудь сомневается в целесообразности такого решения? — ласково спросил министр внутренних дел, улыбнувшись в пол-лица, и подождал ответа.
Ласточки весело щебетали под крышей ангара.
— Ну и прекрасно, — сказал Воннел. — Мне остаётся предупредить вас, что всякий намёк на то, что президент, как бы сказать… не один, будет рассматриваться как разглашение жизненно важных оборонных секретов и караться сообразно этому военным трибуналом без права апелляций и пересмотра приговора. При отсутствии утечки информации жалованье всей прислуге возрастает в пять раз в связи с увеличением объёма работы. Выход из усадьбы категорически воспрещён. Ответственность за поддержание порядка возлагается на начальников личной охраны президентов командоров О'Шари и Грегори.
Оба командора щёлкнули каблуками.
После выступления министра все поняли, что дело серьёзное и что можно неплохо подзаработать. Затем все внимательно выслушали командора О'Шари, зачитавшего «приказ по усадьбе № 1».
В приказе были наворочены всяческие глупости: вертолётчикам было объявлено о том, что в течение двух часов они обязаны снять с вертолётов и сдать под расписку командорам все наличные винты; из соображений секретности блокировалась канализация; определялись (никто не знал, зачем это и почему) специальные места для курения и т. п.
В те минуты, когда О'Шари изощрялся в административном идиотизме, в большом парадном кабинете президента сошлись все пять высокопоставленных старичков.
С полчаса поворчав друг на друга для приличия, они быстро перешли к воспоминаниям молодости, и тут каждый из них, разумеется, не мог найти более интересных собеседников.
— Как приятно всё-таки поговорить с образованными людьми! — воскликнул президент № 1.
— Вы
— Прежде чем решать этот вопрос, — суховато заметил пятый президент, — необходимо решить более существенные проблемы. Хочу напомнить, что день выборов президента близок…
— Вот именно — президента, а не президентов! — заносчиво воскликнул № 1, который когда-то и был единственным.
— Не будем уточнять, — твёрдо сказал пятый. — Я считаю нынешнюю политическую обстановку в стране чрезвычайно благоприятной для нас. Ярборо, наш главный соперник, — один. Нас — пятеро!
— Все мы братья во Христе, — сказал второй, но третий тут же перебил его:
— Если мы встанем поплотнее вокруг президентского кресла — представляете? Никакой Ярборо не найдёт лазейки к нашей защите.
— Так выпьем, господа, за нашу победу! — предложил № 4.
— Я рад, что нашёл в вашем лице единомышленников, — с казённым волнением в голосе сказал пятый. — Вторая проблема, стоящая перед нами, представляется мне ещё более важной. Я имею в виду отношение к нам Совета Богов. Все мы прекрасно знаем достойнейших людей нашей страны, его составляющих. Надеюсь, я выражу общее мнение, если скажу, что те посильные услуги, которые мы оказывали им (в интересах прежде всего благоденствия нации), мы и впредь готовы оказывать. Но сам факт решения нашей судьбы без нас, за закрытыми дверьми, наводит меня на весьма грустные размышления.
— Они перетопят нас поодиночке, как котят, — предположил № 4.
— Мы не позволим! — перебил его регбист.
— Господь не допустит этого, — перекрестился № 2.
— Вы думаете, и меня они могут… того? — изумлённо спросил первый у пятого.
— Сегодня утром я составил проект послания Совету Богов, — твёрдо сказал пятый. — Не буду утомлять вас чтением этого документа. Скажу только, что в нём указано: в случае уничтожения или отстранения от власти любого из пяти президентов оставшийся или оставшиеся моментально обнародуют не только всё происшедшее, но и некоторые другие сведения, о которых, кстати, не мне вам, господа, напоминать. Если вы согласны с такой постановкой вопроса, прошу подписаться.
Пять совершенно одинаковых подписей легли под рукописными строками послания.
— Я послал за Воннелом, — продолжал пятый. — Он скоро будет здесь. Ему мы поручим вручить этот документ Совету. А пока Воннела нет, необходимо оговорить уже частные, чисто бытовые, вопросы. Дело в том, что у нас… жена и сын.
— Как это — у нас? — спросил первый президент.
— У вас, у него и у него — у всех нас, чёрт побери! — пояснил регбист.
— Деликатность положения состоит в том, — продолжал пятый президент, изрядный политик и дипломат, — что жена и сын одни, а нас пятеро. Нам необходимо регламентировать нашу семейную жизнь. Очевидно, в лоне семьи мы будем пребывать по очереди…
— Как — по очереди? — возмутился первый.
— Дитя моё, укротите плоть свою, — порекомендовал второй.
— Господа! О чём речь! Неужели мы будем ссориться из-за таких пустяков? — добавил третий.
— Я полагаю… — начал было пятый, но в этот момент в комнату вошёл министр внутренних дел. — Ну и прекрасно, — закончил № 5. — Отложим, господа, решение этого вопроса на потом. Воннел, потрудитесь прочитать сей документ.
Воннел молча прочитал послание Совету Богов, сохраняя на лице выражение государственной озабоченности, затем внимательно оглядел президентов и сказал с лёгкой, впрочем весьма почтительной улыбкой: