Чтение онлайн

Кто у меня сегодня ещё не работал?

– Антонекова, - командую в гарнитуру.

– Чё нада?

– Не "чё нада", - возмущаюсь и воспитываю, - А слушаю, товарищ старшина.

– Слушаю, товарищ старшина.

– Бегом ко мне. Бери катушку и сматывай на неё провод, сколько его тут осталось. И пошли смотреть, что у нас получилось.

А получалось не то, чтобы очень... Деревья на дорогу плашмя не попадали. Стволы с пеньков соскочили, но ветками зацепились

на ветки соседей, и все стоят сикось-накось, под разными углами. А одно даже висит криво. Хорошо хоть проезд перекрыли.

Чешу репу в затылке.

– Хреново вышло.

– А чё хренового?
– сказала, подошедшая с катушкой Галя, а я и не заметил, как помыслил вслух, - По мне так ваще здорово. Прямо арт-нуво.

– Да растащат эту засеку, как пить дать. Зацепят лебёдкой и быстренько растащат, - сокрушался, - С этой стороны бугра, что ли валить опять?

– Не парься, Жора, - внушала Галя уверенным тоном, - Как инженер тебе скажу: растащить можно, но зассут они эти стволы чепать.

– С какого бодуна?

– А хрен тут угадаешь, когда ствол с соседними ветками расцепиться и куда упадет тоже. Закрыта позиция. По любасу они техподдержку требовать будут. Не будут они тут жизнью рисковать. Не за тем едут.

– Всё равно лучше перебдеть, чем недобдеть, - резюмирую плоды своих трудов, - Да и шнура осталось - ни Богу свечка, ни черту кочерга.

– Хозяин - барин, - равнодушно соглашается со мной Антоненкова.

– Лучше, инжОнер, ты мне посоветуй, как их так валить, чтобы стволы на дорогу легли плашмя.

Галка призадумалась, оглядела пеньки, потом сказало.

– Не пробовал наискось рубить?

– Это как?

– Ты сейчас сделал пеньки плоскими. Стволы с них подскочили и упали практически стоя. А если шнур располагать под углом к оси, то, думаю, они не соскакивать будут, а как бы соскальзывать с пенька, от земли подскакивать и на бок ложиться. Наверно где-то так. А по-хорошему считать надо. Ты силу взрыва знаешь? Бризантность, там, или фугасность того, что в шнуре напихано?

– Откуда. Да и не сапёр я ни разу. Как буры подсказали, так и кручу.

– Без изначальных условий задачу не решить. Попробуй всё же наискось, угол нужный можно поискать методом тыка. Больше я тебе ничем помочь не смогу.

– Тогда так, катушку тут оставь, и беги к автобусу, там скажи Синевич, чтобы брала мой шайтан-ящик и тащила его сюда.

– Да я и сама могу принести. Делов-то...

– Неа...
– покачал я головой, глядя ей в глаза, - Работать, Галка, должны все. Причаститься, так сказать.

– А пряники за работу?

–

Пряники в порядке очереди. Сами так постановили, сами и жуйте, - не удержался я от парфянской стрелы.

– И какой же это будет пряник, по очереди-то?

– А такой. Сам на вид холёненький, а на вкус солёненький.

– Ну, тебя, - Антоненкова повернулась и побежала под горку, смешно подкидывая лодыжки.

А я стал осматривать катушку. На ней, на поверхностный взгляд, осталось намотанным метров семьдесят провода, может и меньше, все же галкина намотка совсем не заводская, попухлее будет.

Прискакала Наташка, тут же подстав щёку для поцелуя.

Вот так вот, чтобы все от автобуса это видели. Очередная писькометрия в гареме - у кого клитор длиннее, или все же показатель искреннего её расположения ко мне? Блин, так и параноиком недолго стать. Будем считать, что последнее - уж очень хочется. Хотя, скорее всего, первое.

А Наташка довольная щебетала, улыбаясь до ямочек на щеках.

– Ну, вот, дождалась, когда, наконец-то и я тебе понадобилась.

– На конец - это не сейчас, - пробурчал слегка недовольно, - Сейчас работать будем. Бери топорик.

– Вот так всегда, я всей душой. А он - работать будем...
– разочарованно промямлила Синевич, но я не стал с ней препираться.

Отошли за вершину холма, откуда не видно стало первой засеки. Здесь всё то же самое: справа - обрыв и слева - обрыв. Между ними роща непролазная для авто. Это хорошо. Это даже очень хорошо.

Выбрал два дерева по обочинам дороги.

Наметил по тонкой зеленоватой коре, как рубить штробы в стволах. Наискось, как Антоненкова посоветовала. Нижней стороной от дороги.

И начали мы с Наташкой топориками тюкать. Получалось это у нас, сказать по правде, намного хуже, чем у таёжниц. Балконные мы жители с ней, судя по всему.

Потом, на свежих штобах, сплел новые петли из остатков детонационного шнура.

Прикрепил к петлям взрыватели.

Отвел от взрывателей электропровода в новый коллектор. Первый незнамо куда взрывом забросило. А жаль.

Соединил коллектор с электропроводным шнуром на катушке.

Попутно объяснял Синевич, что и зачем я делаю.

– Ты меня готовишь эшелоны под откос пускать?
– лукаво спросила Наташа, когда я попросил её повторить за мной, что сказал и сделал.

– Надеюсь, что у тебя генетическая память на диверсии крепкая, - усмехнулся.

Наташка засмеялась.

– У любого белоруса на это есть генетическая память. Но тут, вроде фашистов нет.