Путь
Шрифт:
– Значит, едете в Фальхейн, - процедил разбойник, наслаждавшийся своей властью над двумя крепкими сильными мужчинами, под прицелом его арбалета опасавшимися даже дышать.
– Хотите заработать немного монет, верно? В таком случае, - ухмыльнулся он, - вы должны заплатить за проезд. Ведь жрецы велят нам делиться с ближними, не так ли?
Разбойник заливисто свистнул, и из зарослей на тракт выбралось разом не менее десятка людей, все, как один, вооруженные, некоторые даже в подобии доспехов. Рольдо заметил на двух разбойниках настоящие кольчуги, еще один нацепил кованый нагрудник, какой мог выдержать
– Будь я проклят, - прошипел жонглер, окинув взглядом эту толпу.
– Пожалуй, лучше отдать им все до последней монеты.
– Циркач не питал пустых надежд, понимая, что не в их силах отбиться от десятка грабителей, наверняка не первый день промышлявших на тракте. Оставалось надеяться, что, забрав золото, разбойники позволят им ехать дальше.
Крепко сжимая топоры, короткие копья и фальчионы, грабители обступили фургон. Рольдо и Дилана сдернули с козел, подталкивая копейными древками, не сильно, а так, для проформы. Два грабителя, вооруженных длинными луками, замерли чуть поодаль, пристально следя за циркачом и его спутником, готовые выстрелить в любой миг.
– Эй, что такое, - из повозки выбрался Винченте, двинувшийся, было, к Рольдо, но тотчас наткнувшийся на копейные жала.
– Что творится? Чего вам надо?
Юноша удивленно обвел взглядом толпу вооруженных людей, окруживших повозку. Винченте явно испугался, хотя и пытался не подать виду. Он отшатнулся назад, словно желая заслонить своим телом фургон, но акробата просто сбили с ног, отпихнув в сторону.
– Ну-ка, взглянем, кого мы поймали на этот раз, - загоготал один из разбойников, сунувшись в повозку. И первой, кого он увидел, была Мария, попытавшаяся пробиться к брату. Услышав шум и незнакомые голоса, она захотела увидеть, что происходило на тракте, и, едва высунувшись наружу, наткнулась на десяток небритых, пропахших потом и перегаром головорезов.
– Иди сюда, - плечистый мужик в тяжелой кольчуге и округлом черепнике схватил отпрянувшую было назад, в казавшуюся спасительной полутьму повозки девушку за плечо, рванув к себе.
– Чего трепыхаешься?
– Пусти, - Мария испугано дернулась, попытавшись освободиться.
– Не трогай меня!
– Но разбойник держал свою добычу стальной хваткой, не желая расставаться с ней.
Девушку вытащили из повозки, и он, не удержавшись, упала на пыльный тракт, растянувшись у ног восторженно закричавших грабителей. Юбка ее задралась до самых бедер, и взорам мгновенно забывших о золоте мужчин предстали точеные ножки. Мария попыталась встать, но ее опять сбили на землю, радостно гогоча и наслаждаясь беспомощностью жертвы.
– Какая красота, - довольно восклицали грабители.
– Иди к нам, деточка! Мы тебя не обидим!
Мария пыталась отползти назад, опираясь на локти, но ее догнали и придавили к земле. Один из разбойников, не долго думая, дернул за ворот ее платья, разорвав его почти до пояса и обнажив крепкую девичью грудь с темными ягодами сосков. Его приятели заулюлюкали, предвкушая потеху.
Девушка, плача от страха, попыталась закрыться руками, и Рольдо видел, что ее трясло, будто в лихорадке. Толпа плотоядно загудела, и в этот миг Винченте, о котором, кажется,
– Выродки, - юноша рванул из ножен узкий кинжал, с которым почти никогда не расставался.
– Не троньте ее! Прочь, ублюдки!
Стоявший ближе всех к акробату разбойник попытался ударить того копьем, но Винчетне легко увернулся, вонзив граненый клинок в живот своему противнику. Разбойник, невысокий мужик с большим брюхом и неряшливой рыжей бородой, согнулся пополам, выронив копьецо, а затем упал на колени, зажимая кровоточащую рану. Но сразу три его товарища, потрясая топорам и копьями, кинулись к юноше, невольно отступившему к лесу.
– Беги, Мария, - надсадно крикнул Винченте, отмахиваясь кинжалом от наседавших на него грабителей.
– Спасайся! В лес, сестра, беги в лес!
Бросившись к акробату, посмевшему поднять руку на их приятеля, разбойники на миг забыли и о девушке, и о прочих циркачах, должно быть, не считая их опасными противниками. Собственно, и Винченте не казался им таковым, а потому они просто развлекались, затравливали его, точно зверя, не спеша нанести смертельный удар.
В этот миг из повозки тяжело спрыгнул на землю Бернард. Увидев невысокого, от силы четырех локтей роста, но такого мощного, что шея его была шире головы, громилу, разбойники невольно попятились.
Силач, обнаженный по пояс, наголо обритый, яростно зарычал, замахиваясь увесистой дубиной, обитой железными полосами. Его оружие описало широкую дугу, со свистом рассекая воздух, и опустилось на голову опешившему при появлении великана разбойнику. Рольдо услышал хруст, сопровождавшийся противным влажным чавканьем, а затем увидел, что не успевший ни уклониться, ни отразить удар грабитель рухнул на дорогу, и голова его была залита кровью.
– Ну, твари, подходите, - утробно зарычал Бернард, размахивая страшной палицей.
– Давайте, псы! Ко мне!
Разбойники отпрянули, охватывая противника со всех сторон, выставив перед собой копья и клинки. Но силач, слово ослепший, шел прямо на них, грозно рыча и потрясая дубиной. А Мария, очутившаяся за его спиной, смогла встать на ноги, судорожно одергивая юбку и одновременно пытаясь прикрыть обнаженную грудь. Она смотрела прямо перед собой остекленевшим взором, и, кажется, слабо сознавала, что творится вокруг.
– К демонам, - вскричал один из грабителей, тот самый крепыш, что вытащил девушку из воза.
– Прикончите его! Стреляйте!
Стрелки, услышав приказ, вскинули луки, и стрелы, сверкнув ярким оперением, вспороли воздух. Одна из них впилась Бернарду в плечо, вторая вонзилась в бедро, и силач припал на одно колено, вскрикнув от боли. К нему тотчас кинулся один из разбойников, коротко замахиваясь топором на длинной рукояти, но циркач, даром, что был ранен, рванулся ему навстречу, ударив дубиной в прикрытую стеганой курткой-жаком грудь.
Разбойника отбросило назад на несколько шагов, такой силы был удар Бернарда. Он упал навзничь, выронив топор, но к силачу подскочили еще два грабителя, пронзив грудь своего противника копьями. Бернард, уже умирая, обхватил древки своими могучими руками, вырвав оружие из рук грабителей, затем поднялся на ноги, встав во весь рост, пошатнулся и упал лицом вниз.