Чтение онлайн

Что происходит с этим сердцем? – Не тревожься; ведь святые были такими же, как мы с тобой, и испытывали эти же естественные наклонности. В противном случае их сверхъестественные стремления сохранить свое сердце, тело и душу, для Бога, а не отдать его твари, мало что значило.

Если душа, когда-то видевшая свой путь, любит Бога по-настоящему, то немощь сердца, – думаю я, – не может быть для нее препятствием.

Ты,

для маленькой земной любви позабывший всю свою гордость – вправду ли ты любишь Христа, если не можешь смириться с этим уничижением ради Него?

Ты пишешь: "Отец, сердце ноет, будто зубная боль". – Понимаю, это не шутка: чтобы вырвать из сердца все дурное, постыдно-болезненное, тебе действительно нужен врач.

Только бы ты не мешал ему действовать!

"Ах! Если бы только порвал я вначале!" – сказал ты мне. – Дай Бог, чтобы не пришлось тебе повторять этого запоздалого восклицания.

"Мне показались смешными ваши слова об отчете, которого потребует от вас Господь. Для вас Он будет просто Иисусом, а не Судьей, как вы думаете". Эти слова написаны святым епископом – и многие находили в них утешение. Пусть они и тебя утешат.

Страдание угнетает тебя, потому что, принимая его, ты дрожишь как трус. Прими его мужественно, как истинный христианин – и увидишь в нем бесценное сокровище.

Как прозрачен путь!… Как очевидны препятствия! Как эффективны способы их преодоления! И все-таки – как часто спотыкаешься, сворачивая с пути!… Не так ли?

Всему виной – эта таинственная паутинка – тяжелая железная цепь!, – о которой знаем я и ты. Но ты боишься ее порвать! – потому и падаешь и сбиваешься с пути.

– Чего ты ждешь? Порви… и шагай дальше!

Разве ты не откажешься от любви ради Любви?

Путь› Самоотречение› Глава 6

Не отвергнув себя, не станешь молитвенной душой.

Умение промолчать, когда так и тянет вставить острое словцо; улыбка любви тому, кто мешает тебе; спокойствие в ответ на обиду; доброжелательная беседа с тем, кто отнимает у тебя время; способность закрыть глаза на те повседневные неудобства, которые доставляют тебе твои близкие… Все это, изо дня в день, и есть подлинное внутреннее самоотречение.

Не говори: "он мне в тягость". – Подумай: "он меня освящает".

Воплощение

идеала не бывает без жертвы. – Отрекись от себя. – Прекрасно быть жертвой Любви!

Сколько раз ты принимал решение послужить Богу хоть в чем-то. Но ты такой немощный, что в итоге предъявляешь Ему свое раздражение, неумение выполнить самое простое из того, что наметил.

Не упусти возможность пожертвовать собственным мнением. – Трудно? Конечно! Но как это радует Бога!

Когда увидишь бедный деревянный Крест – такой одинокий, жалкий… и без Распятого, – помни: это – твой Крест. Каждодневный, скрытый, без блеска и без утешения… Он ждет Распятого – и Распятым должен быть ты.

Ищи умерщвления плоти, которое не умерщвляет других.

Где нет самоотречения – там нет и добродетели.

Внутреннее самоотречение. – Мне трудно поверить в твое внутреннее самоотречение, если я вижу, что ты не сдерживаешь своих чувств.

Чаша страданий в этой убогой жизни земной… Выпьем ее до дна! Что значат годы страданий – десять, двадцать, пятьдесят…, если потом рай на веки?

– Но важнее, гораздо важнее, чем мысль о награде в жизни вечной (propter retributionem) – уверенность в том, что страдания есть благо, если мы страдаем, чтобы утешить Господа нашего, чтобы угодить Ему духом исправления, соединяясь с Ним на Кресте. Словом, – если страдания мы принимаем ради Любви.

Глаза! Сколько зла проникает в душу через глаза. – Сколько жалких уроков на примере Давида! – Храня чистоту наших взоров, храним в чистоте и сердца наши.

Что ты все озираешься? Что высматриваешь, если мир свой – носишь внутри себя?

Этот мир восторгается лишь показным геройством, ибо не знает ценности скрытого, бесшумного самопожертвования.

Совершенное самоотречение, полная самоотдача; пусть твоя жертва станет твоим всесожжением.