Чтение онлайн

Я снова нажал кнопку:

«Мост открывается 16 июля».

— К этому времени мы развернем рекламную кампанию на радио и телевидении, — подхватил Кайл. — Если до сих пор все было выдержано в строгих, аскетичных тонах, теперь покажем вашим потенциальным покупателям всю роскошь проекта. Престиж, шик, называйте как хотите. Счастливые люди наслаждаются исключительными условиями жизни и необычайными удобствами, которые предлагает комплекс «Мост». Заметьте: ярко-желтый цвет на

первом плакате постепенно сменяется золотистым.

— И тогда мы опять поменяем плакаты, тем самым знаменуя новую стадию рекламной кампании, — добавил я.

«Мост открыт.

Переезжайте на другой берег Вашингтонского озера,

где вас ждет стиль жизни экстра-класса!»

Уэйтен улыбнулся и кивнул. Стюарт наклонился к нему и что-то шепнул. Эбби тоже улыбалась.

В комнату заглянула Фалина.

— Алан, — тихо позвала она.

Кайл был ошарашен ее вторжением. Да и сама Фалина прекрасно знала этикет ведения переговоров. В такой ответственный момент на принятие решения могла повлиять любая мелочь. Я покачал головой. Тогда Фалина приблизилась ко мне и, нагнувшись, прошептала:

— Алан, звонят из больницы. Маккейл попала в катастрофу.

— В какую катастрофу? — воскликнул я, заставив присутствующих повернуться в мою сторону.

— Звонит ваша соседка. Говорит, что положение серьезное.

Я встал.

— Прошу меня извинить. Моя жена попала в катастрофу. Я должен ответить на этот звонок.

— Не теряйте время, — сказал Уэйтен, кивнув на телефонный аппарат, стоявший посередине стола.

Фалина включила свет. Я вдавил мерцающую кнопку и взял трубку.

— Алан слушает.

— Алан, это Карен Ольсен, ваша соседка. С Маккейл случилась беда.

Я замер.

— Что с ней?

— Ее сбросила лошадь.

— Как сильно она покалечилась?

— Ее срочно отвезли в больницу «Оверленд».

Мысли у меня путались.

— Скажите, в каком состоянии она сейчас?

Карен молчала, потом вдруг заплакала.

— Врачи думают, что она сломала позвоночник. — Ее голос дрогнул. — Она… Алан, она говорит, что ниже пояса ничего не чувствует. Вам надо срочно ехать в «Оверленд».

— Немедленно выезжаю, — ответил я и положил трубку.

— Ничего серьезного? — осведомился Уэйтен.

— Наоборот. Все очень серьезно. Мне нужно ехать.

— Разумеется. Я все закончу сам, — произнес Кайл.

Когда я выходил из комнаты, Фалина коснулась моего плеча.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила она. — Что нужно?

— Молитвы. Множество молитв.

Я мчался в больницу, не замечая окружающего мира. Поездка казалась бесконечной. Всю дорогу у меня в голове звучал возбужденный диалог двух противоположных сил. Первый голос уверял меня, будто соседка поддалась панике,

и все будет хорошо. Его перекрывал другой голос: «Все еще хуже, чем они говорят. Такое и в кошмарном сне не приснится».

На подъезде к больнице я почувствовал, что от страха буквально схожу с ума. Свободных мест на парковке не было. Я встал на стоянке для инвалидов, рядом со входом в отделение экстренной помощи. Заперев машину, я бросился внутрь и остановился у пластикового окошка, по другую сторону которого сидела женщина средних лет. Ее глаза за толстыми линзами очков смотрели на компьютерный монитор. Женщина даже не заметила моего появления. Я постучал по стеклу.

— К вам привезли мою жену! — выпалил я.

Она повернулась ко мне.

— Маккейл Кристофферсон. Я ее муж.

Женщина набрала имя на клавиатуре.

— Да, привезли. Подождите.

Служащая сняла трубку, набрала номер и после короткого разговора вновь повернулась ко мне.

— Сейчас к вам выйдут. Пожалуйста, присядьте.

Я опустился на стул, прикрыл глаза рукой и стал раскачиваться. Не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент я почувствовал у себя на плече чью-то руку. Я поднял голову. Рядом стояли наши соседи — Карен и Текс Ольсены. Увидев их обеспокоенные лица, я не выдержал и заплакал. Карен обняла меня.

— Мы с вами, Алан.

— Вы уже говорили с врачами? — спросил Текс.

Я покачал головой.

— Они по-прежнему у Маккейл.

Я повернулся к Карен.

— Вы видели, как это случилось?

Она примостилась на коленях возле моего стула.

— Нет. Я нашла ее через несколько минут. Лошадь Маккейл чего-то испугалась и сбросила ее.

— В каком она была состоянии?

Мне хотелось услышать слова успокоения, но соседка лишь покачала головой.

— В неважном.

Через десять минут в вестибюль вышла молодая женщина с короткой стрижкой. Лицом она напоминала мальчишку. На женщине были слаксы и шелковая кофточка. На шее болтался шнурок с идентификационной карточкой. Регистраторша кивнула мне, хотя и без ее подсказки я понял, что это врач. Скорее всего, ее кивок был знаком ободрения, но в подобных знаках я не нуждался.

— Мистер Кристофферсон? — спросила молодая женщина с короткой стрижкой.

— Да. — Я встал.

— Меня зовут Шелли Крэндолл. Я — социальный работник больницы.

«Почему они вместо врача прислали мне социального работника?» — удивился я.

— Я хочу видеть свою жену.

— Простите, но пока это невозможно. Ею по-прежнему занимаются наши врачи.

— Что с ней?

— У вашей жены перелом верхней части позвоночника. Сейчас врачи ее стабилизируют.

— Она парализована?

Я не хотел произносить эти слова. Они сами вырвались. Шелли Крэндолл замешкалась с ответом.