Чтение онлайн

Она показала мне внутреннюю сторону пальцев. Четыре были прорезаны глубоким шрамом, похожим на канавку.

— Вы совсем не едите, Алан.

— Извините.

Я торопливо проглотил кусок, хотя аппетит пропал.

— Я упала на землю с высоты двенадцати футов. Брат спустился с дерева и кинулся в дом, громко зовя маму. Я это знаю, потому что бежала вместе с ним. Я не понимала случившегося до тех пор, пока у меня перед носом не захлопнулась дверь. Но это не помешало мне проникнуть в дом.

— Вашему призраку?

Она удивленно посмотрела на меня.

— Ведь

вместе с вашим братом бежал ваш призрак?

— Мой дух, — уточнила она, будто ее коробило слово «призрак». — Мама выскочила из дома, и мы все побежали к дереву, возле которого лежало мое тело. Скажу вам, это странное зрелище, когда вы смотрите на себя со стороны. Вряд ли вы задумывались, но мы привыкли воспринимать себя по отражению в зеркале, а отражение всегда двумерно. Я тогда поняла, что раньше не видела себя настоящую. То есть такой, какой меня видят другие. Оказалось, я выгляжу совсем не так, как мне представлялось.

Мама начала трясти мое тело. Я стояла рядом и наблюдала за ее действиями. Я несколько раз ее окликала: «Мама! Я здесь, рядом с тобой». Но она не слышала. Мама склонилась над моим телом и приложила ухо к его груди.

И вдруг я увидела перед собой свет. Вы, наверное, слышали все эти истории о свете. Люди говорят: «Идите к свету». Но тогда не я шла к свету, а он ко мне. Он пронизывал меня насквозь.

Колин сделала несколько глотков остывшего кофе. Я забыл про завтрак, но она была вся в воспоминаниях и тоже не обратила на это внимания.

— А вскоре я увидела светоносное существо. Оно находилась совсем близко. Я возликовала. Такие моменты бывали у меня в детстве, когда я просыпалась рождественским утром. Или когда наступали долгожданные летние каникулы. Или когда влюблялась. Но эта радость превосходила все прежние ощущения. Словами ее не передать.

Светоносное существо улыбнулось и сказало, что мне пока рано переходить в их мир и я должна вернуться на землю. Помню, мне очень не хотелось возвращаться. Я умоляла светоносное существо позволить мне остаться, но оно было неумолимо. Объяснило, что мое время на земле пролетит достаточно быстро, и я вернусь сюда, когда завершу свою миссию.

Я вдруг почувствовала, что снова нахожусь в теле. Я лежала на земле. Я закричала от невыносимой боли. Мама потом говорила мне, что у меня не билось сердце. Она решила, будто я умерла. Но тогда я ей ничего не рассказала. Я боялась ее испугать.

— И вы вообще ей не рассказывали? — спросил я.

— Только через несколько лет.

— Она вам поверила?

— Да. Мама всегда мне верила. Я не давала ей повода сомневаться в правдивости моих слов.

— И как она отнеслась к услышанному?

— Она мне об этом не говорила. Сказала только: «Как хорошо, что тебя вернули назад».

— Вас вернули для завершения миссии?

— Каждый приходит на землю с определенной миссией. Свою я еще не завершила.

— В чем же она заключается?

— Ничего грандиозного, что попало бы на первые страницы газет. Честно говоря, я долго пыталась понять, в чем смысл моей миссии. Прошло много лет, и я осознала: эти поиски и есть путь. Моя миссия проста. Жить. Жить

и принимать то, что происходит со мной, пока не наступит время возвращаться домой. В мой настоящий дом.

— Судя по вашим словам, вы очень хотите туда вернуться.

— Да, но не в моих силах приблизить этот момент. Если бы я и попыталась это сделать, то вместо светоносного мира попала бы в иной. Но поверьте мне: путешествие стоит того, чтобы мечтать о нем. Это как поездка на Бали.

— Вы бывали на острове Бали?

— На Бали, в Непале, Италии, Китае, на Тайване. Если я живу в Давенпорте, это не значит, что я не видела мира.

— Вам посчастливилось получить редкий опыт.

— Вы не первый об этом говорите. После того случая моя жизнь стала труднее. У меня часто возникало ощущение, будто на земле я чужая. Видимо, в этом-то и заключен весь смысл. Мы здесь все чужие. Гости. Пришельцы.

При ее словах о пришельцах мне вспомнился Уилбур.

— Я взрослела, и у меня появлялось множество вопросов. Я обращалась к психиатру, но он посчитал меня ненормальной и выписал прозак. Тогда я пошла к священнику. Тот вообще велел мне не говорить об этом. Я так и не поняла почему. К своим девятнадцати годам я узнала о существовании групп людей, переживших то же, что и я. Я нашла одну из таких групп и посетила их встречу. Там с пониманием отнеслись к моему рассказу, но те люди не выглядели счастливыми. Подобные состояния, как у меня, называются околосмертными переживаниями. Многие предпочитали об этом помалкивать. Из-за своего удивительного опыта кто-то лишился работы, а у кого-то распался брак. Еще я поняла, что всех нас тяготит жизнь на земле. Обычные люди пугаются наших рассказов или их это вообще не интересует. Они живут так, будто у них только одна жизнь, и не желают думать, что будет дальше.

Она ненадолго умолкла. Чтобы не обижать хозяйку, я принялся за оладьи.

— Вблизи Дельгадо, на ранчо, живет женщина, миссис Сантос. За всю свою жизнь она не была дальше Сиэтла. Она не представляет, как выглядят другие штаты, не говоря уже о других странах. Конечно, сейчас многое можно увидеть по телевизору. Но телевизор не даст почувствовать, как пахнет туман, поднимающийся над озером Солнца и Луны. [15] А как приятно смотреть на итальянские виноградники Кьянти, позолоченные солнцем! Впивающимся в жизнь этого не понять.

— Впивающиеся в жизнь? Я не слышал такого понятия.

— Я сама его придумала. Так я называю тех, кто цепляется за свою нынешнюю жизнь, считая, что другой у них никогда не будет. Глупцы! Разве можно уцепиться за жизнь? В этом мире все преходяще. А многие не верят и пытаются. Даже замораживают свои тела. Надеются, что в будущем, когда наука достигнет более высокого уровня, их оживят, вылечат от болезней и сделают молодыми. Какая глупость! Им достаточно оглянуться вокруг, и они поймут: в мире нет ничего вечного.