Чтение онлайн

— Законы Мерфи, Малки, они такие…

— Что за законы такие? — спрашивает Тереза.

— Тереза, залезь в экстранет, набери в ассоциативном поиске «Законы Мерфи» и читай.

С трудом стягиваю липнущий КОКОС и насквозь сырое бельё, затем на трясущихся ногах лезу в душ. Горячие струи воды чуть-чуть снимают усталость. Выхожу, просто сажусь на кровать. Мысли с трудом ворочаются в голове, глаза слипаются. Встаю и заставляю себя одеться. Натягиваю уник, заталкиваю сырое бельё в пакет, беру в охапку КОКОС и иду в кают-компанию. Там сидят все, кроме Чарли. Смотрят на меня и улыбаются.

— Экипаж, внимание! —

говорит капитан. — Сегодня наша юнга успешно прошла испытание вакуумом. Она отработала полную смену вместе с Чарли — что просто невероятно для человека, в первый раз оказавшегося на такой работе. Ура Джейни!

— Ура-а-а-а! — вопит команда и хлопает в ладоши.

Подходит Мате и тянет меня за стол, по пути Дебби отбирает пакет с бельём и КОКОС. Усаживаюсь за стол. Капитан ставит передо мной тарелку с румяным стейком и большой стакан сока. Желудок квакает и начинает урчать.

— А откуда сок? Ведь недавно последний выпили?

— Это от меня лично, — говорит Макс. — Из капитанского бара. Пей давай и ешь.

Съев невероятно вкусный стейк, спрашиваю:

— А кто стейки готовил?

— Это Люка работа — он помогает Дебби на камбузе. Изредка.

— Джейни, а ты ещё что-нибудь, кроме блинчиков, готовить умеешь? — спросила Мате.

— Умею. А что?

— Дай Дебби пару уроков! У неё с готовкой плохо, а у всех остальных — ещё хуже…

— Конечно помогу, даже не вопрос.

— Тогда, юнга, с завтрашнего дня ты даёшь мастер класс на камбузе, а в ученики к тебе идут все наши девушки. Всем понятно?

— Это произвол! — кричит Долл. — Я на это не подписывалась! Капитан, так не честно!

— Всё честно. Через пару лет Джейни поступит в кадетский корпус флота, и мы опять будем плохо питаться. А так будет три кока — вы хоть сможете дежурства менять. Согласны?

— С этой стороны я на проблему не смотрела, — отвечает Тереза. — Джейни, ты и правда хочешь поступить в кадетский корпус?

— Хочу, очень хочу! Но мне нельзя…

— Почему?! — воскликнула вся команда.

— При поступлении генетическая карта кадета поступает в архив и встраивается в генеалогическое древо флотских династий. А у меня в архиве хранятся карты на более чем десять поколений предков по обеим линиям. Мало того, там есть карты моих братьев. Виртин архива произведёт анализ — и сразу же выяснит, чья я дочь. Эта информация уйдёт в штаб флота, а оттуда — куда угодно. В том числе и «Церберу». И как долго я проучусь после этого?

— Боюсь, ты вообще поучиться не успеешь, — говорит от лифта Чарли.

— Я тоже так думаю.

— Но что же тебе делать? Ведь ты хочешь служить во флоте? — спросила Мате.

— Пойду длинным путём — в семнадцать лет завербуюсь в космопехи, а там, с моей подготовкой, довольно быстро дорасту до офицерских курсов флота. И вот — я офицер флота.

— А их данные разве никого не интересуют?

— Мате, таких офицеров 90 % в составе флота, лишь 10 % — выпускники корпуса. Правда, среди адмиралов три четверти прошли через корпус. Ну, это не особо важно — моя чуйка говорит, что адмиралом мне не стать. Кому интересны всякие обычные люди?.. Во флоте служит больше восьми миллионов людей всех рас. А если учесть контрактных спецов из других рас… Кому я такая буду интересна?

— Возможно, ты права, рыжик, — говорит Чарли.

— Зато до семнадцати лет ты с нами! —

радуется Билли. — Замечательно!

— Дебби, распаковывай мнемограф. У нашей юнги не должно быть пробелов в образовании. Ты согласна, Джейн?

— Согласна, капитан.

Станция «Арктур»

Второй день мы на станции «Арктур». Она — основная база флота, административный и политический центр человеческой цивилизации. Тут полно военных, политиков, бизнесменов… и прочей разной шушеры. Пространство вокруг станции забито кораблями всех видов и форм: военных, гражданских, транспортных — включая огромные туши контейнеровозов. Первый день утрясали таможенные вопросы и искали, кому сдать груз. Бардак стоит первостатейный. Набегавшись по кабинетам и измотав все нервы, Малки напился вдрызг вечером, прямо в кают-компании. Но на следующий день заказчики всё-таки вышли на нас, и мы разгрузились. После разгрузки отправились в местное кафе-кабаре слегка развеяться. Сели за столик. За соседним сидели какие-то военные. Парни и девчата были уже изрядно навеселе: громко разговаривали, громко смеялись, однако оставались в рамках приличия. На плече у них была эмблема Первого флота Альянса.

— Разведка пьянствует, — пробухтел Кид. — Из рейда поди пришли — теперь неделю куролесить будут.

— Им разрешают? — интересуется Мате.

— Ты посиди полгода в консервной банке дальнего разведчика, без всякого контакта с цивилизацией — тоже неделю пьянствовать будешь… Надо же ребятам расслабиться.

От соседнего столика полетела песня на немецком. И сердце защемило — я её узнала…

— Что с тобой? — забеспокоился Чарли.

— Это наша песня, Чарли… мы с братьями её пели на конкурсе.

— Кто автор? Что-то я её раньше нигде не слышал…

Я смотрю в пол, мне немного стыдно… но не говорить же Чарли о том, что песня из другого мира?..

— Так это ты её написала?! Обалдеть! Макс, Макс! Тебе нравится песня?

— Очень необычная, Чарли… и да, она мне нравится. А что?

— Знаешь, кто автор?

— Кто?

Чарли показывает рукой на меня. Макс обалдело хлопает глазами. А от соседнего столика летит:

Ferne Welt ich komme,

ich kann deine Lichter sehn

Ich hab so oft davon getr"aumt,

dich aus der Ferne zu sehn

Ferne Welt ich komme,

ich kann deine Himmel sehn.

Ich hab so oft davon getr"aumt,

an deinen Ufern zu stehn [31]

— Как хорошо песня подходит Первому флоту… Они тоже всё ищут и ищут новые миры и реле, шарятся по неисследованному космосу. Иногда находят что-то интересное. Но я бы не смог так, как они, — говорит Кид.

— Вот поэтому в Первом флоте, в основном, русские и немцы — последних даже больше половины. Так что не зря Первый флот за глаза называют «волчьей стаей», — отвечает ему кэп.