Чтение онлайн

"А ведь он не безнадежен", - подумал доктор и в последний раз посмотрел на Грейвса. "Впрочем, изменить что-то уже поздно", - без всяких эмоций отметил он. ...............................

Доктор Харлоу сидел в своем удобном бронированном кресле и заканчивал очередной свой научный труд. Время от времени он посматривал на дисплей, показывающий, кто из домашних где, и с каким оружием. Рядом по круглому экрану бегал тонкий лучик радиолокатора, сообщающий, что на подступах и подлетах к дому все относительно спокойно.

"Последние дни - писал Харлоу, - столкнули меня еще с двумя случаями подобного заболевания, оба они, хоть и дошли почти до последней стадии, тем не менее не причинили ни одной из Компаний значительного ущерба. Эти случаи только подтверждают мой вывод, что эта болезнь является ремиссией патологического состояния дикости, атавизмом тех первобытных времен, когда свободного обращения оружия не существовало, и людям приходилось мириться с недостатком средств убийства, вызванного малой производительностью труда,

приспосабливаться к этому недостатку общества посредством подобных психологических извращений. Первый случай - девушка 15 лет, Джейн Макленнан, стреляла по прохожим из винтовки с оптическим прицелом микроядерными пулями и кричала при этом в мегафон: "Люди, если вы еще остались! Стреляйте в этих зверей!" Мне пришлось собственноручно положить этому конец с помощью гранатомета с лазерным прицелом (модель 65М фирмы Харлоу Ганз Продакшен, отделение Компании Производства). Всего в перестрелке было убито сто двадцать пять прохожих. Мне стыдно об этом говорить - позор тем людям, которые, видя, что в них стреляют, не могут метко выстрелиь в ответ. Таким я могу лишь посоветовать потратить всего сто сорок девять долларов девяносто девять центов и приобрести обладающий большой поражающей способностью гранатомет с лазерным прицелом Харлоу Ганз 65М. Это значительно облегчит вашу жизнь!

Второй случай - Джон Грейвс, 39 лет, все заболевание от начала и до конца протекало под моим наблюдением, и это самый яркий пример подобной болезни. Я привожу выдержки из истории болезни." Харлоу долго и старательно переписывал историю болезни из личного блокнота доктора Марлея. Наконец, он покончил с этим и вернулся к обобщающим рассуждениям: "Заболевание начинается с ощущения резкого дискомфорта без достаточных на то оснований, несмотря на обеспеченность едой, питьевой водой, дешевым сексом и развлекательными программами. В большинстве случаев первым и решающим признаком является параноидальное представление больного о том, что возможно другое отношение человека к человеку, в корне отличающееся от существующего. Больной предпринимает попытки найти это другое отношение, у него появляется т.н. синдром "потребности общения", описанный у Кларенса в его работе..." Раздался тревожный звонок. У доктора Харлоу в руках вместо ручки мгновенно оказался небольшой автомат. Доктор медленно встал из-за стола, подошел к двери, повернул переключатель селектора и спросил:

– Кто там и что нужно?

– Это я, Энн Харлоу, жена мистера Харлоу, - привычно ответил голос из селектора.
– Дик, я принесла тебе кофе.

– Очень хорошо, - ответил Харлоу, вглядываясь в экран внутреннего наблюдения, - оставь кофе в шлюзе и выходи. Проследив за действиями жены на экране, Харлоу повернул ручки уплотнителей, открыл дверь шлюза и взял поднос с кофе. Половину содержимого чашки и по кусочку от каждого сэндвича он заложил в Универсалный Ядораспознающий Агрегат Повышенной Точности, затем сел в кресло и продолжил работу. "...Попытки лечит заболевание обычными средствами не дают стойкого положительного эффекта, наблюдаются только временные ремиссии нормального агрессивного уровня. Больной вскоре начинает заговаривать с каждым встречным, его воспаленное сознание уже не воспринимает тот факт, что ни один человек в здравом уме не только не заговорит, но даже и не подойдет к другому человеку, пока не убьет его. Больной наивно полагает, что его неудачи происходят из-за наличия оружия, он перестает его носить сам и убеждает других сделать то же самое. Если после этого он остается жив, то начальная фаза болезни переходит в фазу депрессии, описанной ван Дрейком в "Болезнях социума" и аналогичную сексуальной фрустрации. После недолгого периода депресии и раздумий начинается следующая, парадоксальная, фаза. Вначале кажется, что больной выздоровел, он с радостью берет оружие, к нему возвращается былая агрессивность. Но при ближайшем рассмотрении - он видит теперь корень зла не в оружии, а в людях, его использующих. Против этих людей (то есть против всех нормальных людей) он и применяет оружие, причем даже не для обычной нервной разрядки, а просто без повода, продолжая при этом испытывать болезненное отвращение к убийству. Ван Дрейк считает подобное применение оружия всего лишь своеобразным способом самоубийства, когда человек не в состоянии сделать это сам, а попросить окружающих просто стесняется. Я думаю, он недалек от истины, добавлю только, что неспровоцированные нападения на окружающих вызваны тем же синдромом "потребности общения", только больной начинает разговаривать на доступном для окружающих языке. По моему мнению, на этой стадии восприимчивость к лечению максимальна, и оно должно проводиться немедленно - либо консервативным и испытанным методом лоботомии, либо радикальным - оперативным удалением больного из общества. Беда в том, что больной проходит эту стадию чрезвычайно быстро, и часто эти попытки самоубийства, а точнее, просьбы помочь в этом проходят незамеченными на фоне обычных городских перестрелок, и больной остается жить. Вскоре наступает завершающая фаза - больной окончательно сходит с ума и начинает видеть источник зла в нашей общественной системе, и, в частности, в деятельности Компаний. Он пропадает целыми днями в библиотеках (это такие заброшенные древние книжные склады) и изучает старинные религиозные трактаты, а также проводит развращающие беседы с молодежью, к счастью, не встречающие

никакой поддержки со стороны последней, ибо ее больше интересуют методы достижения жизненных целей, чем любая телеологическая мотивировка. При этих действиях больной попадает под статью Уголовной Конституции, нашего Основного Закона (статья о свободе мыслей и действий, смертная казнь) и прекращает существование. Конечно, любой здравомыслящий человек, и я в том числе, не в состоянии даже понять, каким образом мысль об изменении структуры нашего общества может придти в голову, ведь все с детства знают, что наше сообщество есть единственно возможное объединение разумных существ, в котором каждый индивид имеет неотъемлемое право на защиту от посягательств со стороны другого равного ему по правам индивида. Компании лишь обеспечивают материальную базу для существования этого сообщества, а Компания Управления - координацию действий всего социума. Да и как можно изменить эту структуру, если она не прихоть какого-то одного человека или группы лиц, если она появилась и поддерживается добровольным желанием всех свободных людей? Мне кажется, причины проявления атавизмов в наше время необходимо искать в генетических нарушениях. Некоторые древние летописи, любезно предоставленные мне Компанией Контроля, доносят до нас сведения о том, что некто Грейвс - очевидно, предок моего пациента участвовал в религиозном движении под странным и непонятным названием "Миру - мир!". Возможно, именно тогда, на сектантских сборищах, в угаре мистического экстаза, и возникли необратимые сдвиги психики у предка Грейвса. Поэтому необходимо детальное изучение летописей на предмет выявления и уничтожения потенциально опасных для общества людей, несущих в своих генах взрывоопасную информацию о первобытном мире..." Зазвучал пронзительный сигнал. Харлоу включил монитор внешнего обзора и увидел, как вблизи дома, за периметром колючей проволоки, группа детей преследует мальчишку постарше. Вот он обернулся и выстрелил. Промазал, конечно. Сопляк. Двоечник. О, вот это выстрел! Мальчишка споткнулся и упал, пуля попала ему в ногу. Идиот, выронил пистолет. Ну что ж, выживает сильнейший. Древний социальный закон... э-э... Дарвинга. Просит пощады, дурачок. Как же, дождешься... Погоня прекратилась, и Харлоу с интересом наблюдал, как дети добивают раненного ногами. С чувством приятного удивления Харлоу узнал среди них свою дочь. Восемь лет, а уже может постоять и пострелять за себя. Настоящий постреленок. Надо удвоить теперь осторожность с ней. Ну, пусть дети играют. Харлоу выключил монитор и вернулся к работе. Увиденное подсказало ему еще один поворот темы. "...Кстати, о летописях, легендах и мифах. К этому материалу, особенно полученному из непроверенных источников, необходимо подходить очень осторожно. Вполне возможно, что некоторые из легенд помогают атавизмам проявляться, так как содержат помимо известной заповеди "человек человеку волк" еще и "человек человеку друг". Безусловно, "друг" синоним слова "противник" (вспомним: "собака - друг человека", а принадлежность человека, собаки и волка к одному отряду хищников сомнения не вызывает). Однако некоторые люди готовы подразумевать под этим забытым термином все, что хочет их атавистическое подсознание. Особенное внимание следует уделить недавно найденным в архивах циклам мифов, где говорится о народе, жившем не по заповеди "человек человеку волк", а по прямо противоположному. Впоследствии, говорится в мифах, этот народ улетел к звездам, покинув наш грешный мир. история изобилует подобными преданиями, в которых дикари выдумывали себе богов. Наш мир стоит на позиции материализма, и ему нет дела до всяких сказочек. Ведь во всех мифах этих циклов загадочный народ именуют поразному: в одних -"раш", в других - "рус", в третьих - "совье", очень часто прибавляется слово "рэд", что означает, с одной стороны, рыжий или русый, а с другой стороны - красный, красивый. Видно, что это те же эпитеты, которые относятся к богам. К тому же на всех четырех континентах никаких следов рыжего народа обнаружено не было, а утверждения о том, что эти следы были уничтожены специально, "чтобы не смущать умы", приписываемые историку древности Аристотелю, как и его же сведения об Атлантиде, доверия не внушают. Сами такие путешествия попросту невозможны, да и логичнее было бы не лететь к звездам из-за каких-то так называемых в мифах "этических принципов", а навести в этом мире необходимые порядки, истребив непокорных. Мы бы сделали именно так, без сомнения. Словом, предположения о возможной реальной основе этих мифов не имеет под собой никаких оснований..." Харлоу захлопнул тетрадь. Теперь можно будет продать этот труд долларов за двести на Толкучке Идей. Или лучше все-таки, как договаривались, за сто пятьдесят - Компании Контроля? Ладно, там видно будет. Он допил остатки простерилизованного кофе (в нем оказалось огромное количество микробов сибирской язвы), подошел к гардеробу. Обычный костюм состоятельного человека: пуленепробиваемые майка и трусы, защитный кожух, огнеупорный пиджак, два пистолета, дюжина атомных гранат, балон с метафосгеном и противогаз, сапоги-миноискатели... Ему вдруг пришла в голову мысль: "Все эти сумасшествия - от неуверенности в себе и в завтрашнем дне. А надо быть уверенным. Уверенным, что выстрелишь первым. Тогда так и будет." Он надел шлем, опустил броневой щиток. Спустился потайным ходом в ангар и сел в броневик. Четырехфутовые половинки двери разъехались в разные стороны. Путь был свободен. Страна уверенно шла по пути прогресса и процветания.