Чтение онлайн

Король распорядился построить для дракона просторную клетку, кормить его и заботиться о нем до выяснения всех необходимых для суда обстоятельств. Если по прошествии тридцати дней не наступит ясность, надлежало выпустить его на волю, поскольку неразумные существа не подлежат наказанию, согласно эльфийским законам. А разумные существа обязаны соблюдать должную осмотрительность при контактах с теми, кто разумом не наделен.

Так дикий дракон оказался в замке Эльфенгор и зажил припеваючи. Никаких признаков уныния от того, что сидит в неволе, он не проявлял. Напротив, положение ему явно было по душе,

поскольку большую часть времени он проводил, лежа на спине, задрав кверху лапы, в ожидании очередного приема пищи.

Дракон толстел на глазах. На десятый день дверь в клетку перестали закрывать на замок, поскольку выйти из нее при всем желании он не мог из-за изрядно раздавшегося живота.

На двадцатый день в замке случился переполох. Утром девушки, дежурившие по кухне, как обычно, приготовили для дракона кашу из отрубей. Бак с горячей кашей поставили на тележку, и одна из девушек повезла его во двор, чтобы каша остыла. Дорожка вела мимо клетки. Все привыкли к тому, что дикий вечно валяется, и ходили рядом без всякой опаски. Вот и в этот раз девушка катила тележку, напевая веселую песенку. Но пройти мимо ей не удалось. Дракон, вытянув когтистую лапу через открытую дверь, уцепил девушку за поясок, подтянул к себе и хрипло произнес:

– Ты, эта, значить, мимо не ходи. Ты, эта, кашу мне давай!

Эльфийскую девушку трудно испугать. Она рассмеялась, развязала поясок, освободилась и убежала.

В замке тут же узнали, что дракон заговорил. Вокруг клетки стали собираться его обитатели. Ждали короля и обсуждали, что теперь будет с драконом. Если он говорит, значит, он разумен. Если разумен, значит, должен понести наказание.

Никто не обратил внимания, что в ветвях старой смоковницы, растущей рядом с клеткой, сидит маленькая принцесса Туола, а из нагрудного кармашка ее передника выглядывает мохнатая мордочка домового. Туола беспечно болтала ножками и обсуждала с домовым происходящее внизу.

Вот, наконец, появились король с королевой в сопровождении свиты. Королевские кресла поставили напротив клетки, и король приступил к дознанию.

– Назови свое имя, дракон, – с некоторой торжественностью произнес король. Секретарь суда старательно записал вопрос.

– Меня зовут Пчелка, – неожиданно тоненьким голоском просипел дракон. Секретарь записал его ответ.

– Пчелка?! – удивился король. – Чем же ты занимаешься, Пчелка?

– Я порхаю по цветочкам, собираю мед горшочком, – неожиданно запел дракон и тут же добавил, – или мешочком. Я не помню точно. А еще можно сказать кулечком, совочком, носочком, замочком, платочком…

– Стоп! – воскликнул король. – Каким таким горшочком, мешочком, кулечком?

– Еще можно гвоздочком, – с готовность подсказал дракон.

– Гвоздочком собирать нельзя! – решительно возразил король. – Такого слова не бывает.

– Нет, бывает, – возразил дракон, – бывает, бывает, бывает. Гвоздочек – это такой маленький гвоздок.

– Какой еще гвоздок? Где ты взял это слово? Так никто не говорит! – возмутился король.

– Нет, говорят. Так кузнецы говорят. И песня такая есть, очень жалостливая, правда, – заметил дракон. Он встал на одну ногу и, тяжело прыгая по клетке, сипло запел: – Кузнецы куют гвоздочки, где ж вы юные годочки.

– Милый, – обратилась королева

к супругу, – здесь что-то не так. Без Туолы этот цирк не возможен.

Королева оглядела окружающих в поисках дочери и, не обнаружив ее среди зрителей, громко позвала:

– Туола, не заставляй нас искать тебя. Я знаю, что ты где-то здесь.

Сверху послышался детский смех, на зрителей посыпались листья смоковницы и перезревшие плоды. Дракон стал нанизывать их себе на когти, так что его лапы скоро стали похожи на лапы геккона. После этого он стал их снимать по одному и с видимым удовольствием жевать.

Вскоре вниз по стволу дерева соскользнула Туола и подошла к родителям. Она что-то тщательно прикрывала в нагрудном кармашке. Дракон при виде девочки лег на живот, высунул голову в открытую дверь и ласково прорычал, протягивая ей нанизанный на коготь инжир:

– Здравствуй, милое созданье, благодарствуй за свиданье.

– Здравствуй, Сигизмунд, – ответила девочка.

– Сигизмунд?! – в один голос переспросили король с королевой.

– Вообще-то его зовут Стрлхамешунех Емнзврупенствол Бдобоыш. Но такое имя долго произносить. Правда, Сигизмунд звучит лучше? – спросила маленькая Туола, лукаво улыбаясь.

– Действительно, лучше, – согласился король, но королева строго посмотрела на него, перевела взгляд на дочь и спросила:

– Что все это значит, дорогая? Ты подходила к драконьей клетке и общалась с этим зверем? Ведь мы не знаем про него ничего. Он мог напасть на тебя и убить.

– Но мамочка, он совсем не страшный. Он очень добрый. У него есть детки. Он скучает по ним.

– Судя по его толстому животу, я бы так не сказала, – заметила королева.

– Нет, мамочка, скучает. Он потому и ест много, что очень нервничает и скучает по деткам.

– Это он тебе сказал? – с подозрением спросила королева.

– Да, мамочка. Он сказал мне, что так скучает, так скучает по деткам, что не может спать! Поэтому мы ночью приносили ему поесть. Вначале он не знал, как с нами разговаривать, а потом мы с моим домовым его научили. Он очень понятливый. У драконов тоже есть свой язык. Домовой его понимает.

– Скажи, милая, то, что этот Сигизмунд нам сейчас рассказывал про пчелку, это он сам придумал, или это твои проказы? – спросила королева.

– Правда, смешно вышло, мамочка? Мы с моим домовым так смеялись наверху. Чуть с ветки не свалились. Эти драконы очень восприимчивы. Я легко подключилась к его мыслям. Дракон говорил все, что я хотела. Я просто немного пошалила. Я не очень вас расстроила? – вдруг серьезно спросила Туола.

– Что ты, милая, конечно нет. Я и сам посмеялся от души, – ответил король, но королева опять посмотрела на него строго и с осуждением.

– Продолжим, – серьезным тоном сказал король, но закашлялся и, прикрывшись платком, тихо произнес: – Сигизмунд! Это же надо было такое придумать. Имя дракона, видите ли, слишком сложное. А чего там сложного, действительно! Стрлхамешунех Емнзврупенствол Бдобоыш – куда уж проще. – Король вытер глаза платком и продолжил. – Итак, Сигизмунд, отвечайте со всей серьезностью. Вы ведь понимаете, о чем я говорю вам? Что заставляет вас воровать коров у жителей нашего государства? – строго сказал король, взглянул на дракона и снова спрятал лицо в платок.