Чтение онлайн

К счастью, заместитель мэра оказался более смышленым, чем служащий отдела регистрации браков.

Он узнал журналиста, увидел, как тот взволнован и, не задавая лишних вопросов, все разъяснил Фандору.

— Бракосочетание не может состояться без некоторых оговоренных законом формальностей. Я имею в виду обязательное оповещение о свадьбе.

Бракосочетание in extremis может быть только церковным: лица, много лет назад вступившие в гражданский брак, могут in extremis сочетаться церковным браком. По закону, брак in extremis

невозможен, так как брак является актом гражданского состояния и, в качестве такового, ему должно предшествовать некоторое число публикаций, извещающих о предстоящем бракосочетании. Теперь вам понятно, сударь, что, к моему великому сожалению, немедленное ваше бракосочетание невозможно.

В ту минуту Фандору показалось, что все вокруг него рушится. Факты были неумолимы, и способа борьбы с ними не было. От собственного бессилия у Фандора закружилась голова.

— Я не могу жениться на ней? — бормотал он.

Не мог он вернуться к Элен с такой печальной вестью.

— Этим я убью ее, — сказал себе Фандор.

В отчаянии журналист сделал последнюю попытку:

— Сударь, а нельзя ли обойтись без этих публикаций? Нет ли возможности обойти закон?

Чиновник, ведающий актами гражданского состояния, понимающе кивнул.

— Есть такая возможность, — улыбнулся он, — но реализовать ее практически невозможно. Если хотите, я дзм вам необходимую справку.

Он стал листать гражданский кодекс, нашел нужную страницу, громко зачитал:

— Статья 169 гласит: «Королю, то есть Президенту республики, а также должностным лицам, коих он выделит для этой цели, законом дозволяется, при наличии серьезных на то причин, разрешать вступление в брак без повторной публикации…»

— Важна только повторная публикация, — пояснил чиновник, — ибо, в крайнем случае, первую я могу дать немедленно. Правда, не думаю, сударь, чтобы вам удалось получить разрешение Президента республики.

Как сквозь сон слышал Фандор слова равнодушного чиновника.

Разве мог он надеяться попасть к Президенту республики и получить у него разрешение на брак?

Последние три дня Фандор провел в лечебнице; сейчас он вспомнил: только что избран новый Президент республики. Господин Фальер, чей семилетний срок пребывания в президентском кресле закончился, не пожелал остаться на следующий срок.

Президент был новый, а Фандор даже не знал, кто именно.

— А кого избрали? — спросил он.

Чиновник взглянул на Фандора с нескрываемым удивлением. «Может ли быть, — думал он, — чтобы хоть один человек во Франции не знал имени нового президента, избранного только вчера?»

— Был избран бывший министр сельского хозяйства, господин Пан, — ответил он. — Говорят, он не слишком сговорчив.

Раздумывать Фандору было некогда.

— Ну что ж, — сказал он, — я увижу этого господина Пана. Я получу у него разрешение на немедленный брак… — Прошу вас, сударь, — взмолился Фандор, —

не покидайте мэрии, распорядитесь дать первую публикацию, еот необходимые документы. Через час вы нас пожените.

Что за безумный план с отчаяния придумал Фандор?

Лишь молодые не страшатся невозможного и, очертя голову, решаются на поступки, о которых многие и подумать-то боятся.

Выйдя из мэрии Нейи, Фандор взял такси.

Ему было известно, что, благодаря целей серии политических интриг, новый Президент республики немедленно вступил в свои обязанности.

Значит, ехать надо в Елисейский дворец. Туда Фандор и направился.

Счетчик заработал с бешеной скоростью, Фандор отсчитывал минуты.

— Бедная Элен ждет-не дождется, — сокрушался он.

До чего же зол он был на закон, подчас такой глупый!

Закон терзает человека, приносит ему неисчислимые муки.

Такси приближалось к предместью Сент-Оноре, и Фандор принялся обдумывать, как преодолеть ему все препоны и настоять на своем.

Вчера только избранный, президент, должно быть, задыхался от дел.

Как примет он Фандора? Да и примет ли?

Фандор припомнил сплетни, которые слышал в кулуарах редакции.

Новый Президент республики популярностью не пользовался. Рассказывали, что он очень властен, в общении неприятен, во всем точно следует букве закона.

«Меня к нему и не пустят, — подумал Фандор, — а если пустят, так он меня выгонит».

Как только такси свернуло на Елисейские Поля, Фандор вздрогнул.

— Не может быть, — вырвалось у него.

В нескольких метрах он увидел роскошный президентский кортеж. Впереди двумя рядами ехали кирасиры, с двух сторон от кареты скакали офицеры, другие кирасиры замыкали кортеж.

— Не может быть! — простонал журналист.

Внезапно Фандор приподнялся.

Он судорожно заколотил по стеклу, отделявшему его от водителя, и распорядился:

— Разворачивайтесь! Сделаете, как я скажу, получите тысячу франков. Поедете наперерез карете Президента, а потом обгоните ее, так, чтобы я смог его увидеть.

Водитель замер в нерешительности.

— Быстрей, быстрей, — торопил его Фандор. — Получите две тысячи франков.

Шофер повиновался. Он до смерти перепугался, решив, что везет преступника, замыслившего что-то недоброе. Однако обещанное вознаграждение перевесило все его колебания.

— Хорошо, попробуем. — И такси сделало крутой вираж.

Шофер прибавил газу, машина рванула полным ходом.

Такси нагнало президентский кортеж и, соблюдая дистанцию, пошло на обгон. Тут-то Фандор и попытался осуществить свой сумасшедший трюк.

Как бы невзначай, журналист приоткрыл дверцу.

Он вылез на подножку и под крики зевак, толпившихся вдоль проспекта, на всем ходу выпрыгнул из машины, в два прыжка пересек шоссе, прорвался сквозь кирасирский эскорт и впрыгнул на подножку президентской кареты.