Чтение онлайн

– Пожалуйста, – сказал я, не отрывая взгляда от Кристины.

…В день отлета я спросил Кристину:

– Ты что сегодня делаешь?

– Работаю, – сказала Кристина. – Ты же знаешь. Первую неделю мы приводим город в порядок. Все работают.

Лингвист точно переводил смысл слов, но совершенно не умел передать интонации и оттенки эмоций.

– Если бы ты остался, – сказала

Кристина, – я бы научилась говорить по-русски.

Лингвист опять перевел только формальную суть ее слов.

– Я не могу, – сказал я. – Но прилечу, как только станет возможно.

– Я не верю, – сказала Кристина.

– Можно, я возьму на память твой портрет и белого волчонка?

– Зачем?

– Я возьму.

– Как хочешь.

Мы стояли у летнего кафе. Несколько человек помогали машине натягивать над ним полосатый тент. Пахло свежей краской. Бауэр рискованно обогнал автобус и затормозил рядом с нами.

– Я знал, где тебя искать, – сказал он. – Доброе утро, Дели.

– Кристина, – поправила она.

– Мы едем в Синюю башню, – сказал Глеб. – Хочешь с нами?

– Зачем? – удивилась Кристина. – Я совсем недавно там была. Я не люблю их. Тошнит.

– Сегодня придут последние. Те, кто задержался осенью, консервируя энергостанцию.

– Ты рассказывал мне про «Марию Целесту», – сказала Кристина. – А может, там случилось то, что у нас?

– Вряд ли. Случайно такие вещи не случаются.

– У нас сначала тоже было случайно. Потом только появилась теория. И первые машины времени.

– Любое открытие вызывается необходимостью. На Земле это еще не необходимость.

– У нас необходимость.

– Еще бы, – сказал Бауэр. – Зима отнимала у вас половину жизни. На шесть месяцев планета вымирала. Можно терпеть мороз, можно изобрести валенки, но это лишь защита, а не нападение.

– Вот мы и напали на зиму, – сказала Кристина. – Простите, мне пора.

– Мы подвезем тебя, – сказал Бауэр.

– Мне близко, спасибо. Увидимся перед отлетом.

Кристина запахнула накидку и убежала.

Мы успели к Синей башне. Техник провел нас к временным камерам как раз тогда, когда из них выходили рабочие с энергостанции.

Было странно смотреть, как открываются двери в ничто, во время, в прошлую осень. И странно сознавать, что через эту башню за последние три дня прошло население всего города.

Сейчас выйдут последние, и башня заснет до осени. Осенью, когда зарядят дожди, когда первый снег брызнет из сизых туч и ветры начнут срывать с деревьев бурые листья, вновь загорятся контрольные приборы, загудят генераторы, создавая временное поле. И, убрав за собой дома, заперев все двери, смазав станки, загнав в гаражи машины, выключив свет, захватив с собой домашних зверюшек, жители города соберутся у Синих башен, взглянут в последний раз на хмурое сизое небо и войдут во временные камеры. На мгновение замутится сознание, охватит дурнота, потом вновь вспыхнут лампы под потолком: можно выходить.

В жизни людей пройдет минута. В жизни планеты – шесть месяцев. Люди постареют на минуту, планета – на полгода. И нет зимы, нет месяцев, потраченных на борьбу со злой природой, не нужны теплые вещи и топливо…

Несколько дней уходит весной на уборку города, на окраску домов, обглоданных метелями, – и жизнь продолжается. До осени. А там вновь вся планета уйдет в машины времени, чтобы вычеркнуть зиму. И вновь на шесть месяцев на пустой планете воцарится холод и в покинутых людьми городах будут хозяйничать белые волки и пурга.

Выходивший последним пожилой мужчина в белом комбинезоне с синей «молнией» на рукаве передал технику квадратную карточку. Тот сверил ее с другой, такой же.

– Хорошо, – сказал он. – Идите.

Люди, вышедшие из башни, останавливались, поправляли волосы, жмурились, разминались, как после короткого дневного сна. Один из них присел на корточки, сорвал тонкую травинку, пробившуюся сквозь холодную еще землю.

– Никак не могу привыкнуть, – сказал он, поднимая голову. – Никак.

Кто-то коротко засмеялся.

Техники суетились у входа.

Короткие команды раздавались из динамика над дверью башни.

Минут через пять все было кончено: тяжелая стальная дверь опустилась сверху и отрезала от сегодняшнего дня прошлую осень.

…Кристина не пришла нас проводить.

Ничего, я прилечу сюда следующей весной, без спроса войду в ее пустой дом, улягусь на диване в первой комнате и буду ждать того утра, когда в прихожей раздадутся легкие шаги, Кристина войдет в комнату и откроет ставни, чтобы впустить в дом солнечные лучи.