Чтение онлайн

Отец приехал буквально через полчаса. Взволнованный, растерянный. Быстро вышел с машины и почти бегом направился во двор. Разговор был очень сложным. Говорили больше взрослые. Валя требовала объяснений, отец жалко оправдывался и умолял не говорить ничего жене, потому что он ее очень любит. Говорил, что ему иногда требовалось почувствовать себя уверенней и он эту уверенность находил в коротких романах. Он очень любит маму и чувствует зависимость от этих чувств. И хотел не потерять в них себя. И Аля не выдержала:

— Уверенней? Какое- то странное объяснение! Как маленький мальчик! Или ты думаешь,

что я маленькая и такое объяснение прокатит? Не верю!!!! Так ты оправдываешь свой кобелизм? Неуверенностью? Тебя мало любят? А ты знаешь, как чувствовала себя мама!? Она просто умирала! На нее было страшно смотреть! Она буквально старела на глазах. Приходила в себя еще неделю после твоих «командировок»! Любишь? Не уверена! Я, конечно, мало понимаю в любви и в жизни. Но уверена — так не любят! Она тебе рассказывала как ей плохо, когда ты уезжаешь. И что? Ты ее пожалел? Учти, если она захочет развод — я ее поддержу. Ничего, будешь искать себе такую, с которой будешь уверенней! А маму в обиду не дам! Не любишь — отпусти! Она еще может быть счастливой без предательства!

— Но я, действительно, в основном езжу в командировки! И я люблю ее, очень!

— Теперь в это я даже не верю! С мамой говори или не говори — решай сам. Я ей ничего не скажу. Просто потому, что не знаю как правильно. Огорчать маму не хочу, но промолчать — это предательство. Я не знаю что делать! Поэтому решай сам. И не надо никаких клятв и обещаний, я все пойму сама по состоянию мамы. Она тебя чувствует, я теперь это поняла. Точнее — она чувствует, когда ее предают.

Тогда Аля домой не поехала, а осталась у Вали. Не могла представить, как будет смотреть в глаза маме. Маме позвонила, что останется у тети, будет готовиться к первой в своей жизни сессии. Мама удивилась, но согласилась.

Отец с тех пор в командировки ездит не на долго. И командировки стали гораздо реже. Отца так Аля и не поняла и до конца не простила. Но как отца она его любит и поэтому не стала вмешиваться в их отношения. Она не знает, признался ли отец в своем предательстве или нет. Разговоров об этом больше не было.

Тетя помирилась со своим Пашкой и они ждут ребенка. Жизнь, вроде, налаживается. Но Аля иногда ловит на себе виноватый взгляд отца. И она молчит и будет молчать ради счастливых глаз своей мамы. И вот теперь — Вовка.

Конечно, они не женаты, и пока не собирались. Но слова о любви были. Обещания, планы. И что теперь? Для себя Аля уже почти все решила, но ее ждало объяснение с Вовкой. Вот этого она не хотела. Это действительно больно. Забыть то, что видела, она не могла, простить — тоже не получиться. Да и зачем? Надо учиться, добиться чего-то в жизни. Оставить эти глупые мечты и веру в то, что у нее будет все по-другому. Не надо мечтать о несбыточном. Наверное, и нет ее, любви. Любимых не предают. Или любовь всего лишь очередная сказка для доверчивых людей? Аля чувствовала, как постепенно успокаивается. Никто не умер, все живы и здоровы. Вовка вон вообще с удовольствием проводит время! Ему же не плохо, все у него хорошо.(Всё-таки скребли кошки на душе и сарказм пробивался) И у Али все хорошо. Это она переживет. Справиться. Привыкнет. Только теперь не будет верить в сказки о любви, верности — нет их. А Вовка — он хороший, пусть живет как хочет. Только

без нее. Надо только пережить неприятный разговор.

Пока Аля сидела в раздумьях, телефон время от времени вибрировал. Она решила, наконец, ответить. Разблокировала, увидела кучу пропущенных звонков и сообщений от Вовки. На очередной звонок — приняла вызов. Сразу начала говорить:

— Буду в общежитии. Жди.

Аля отключила телефон и заторопилась на выход.

Вовка был на месте: сидел в комнате у Али. У него тоже был ключ, именно его он нервно теребил в руках. Увидев Алю, вскочил и ринулся к ней. Обнял, прижал к себе и прошептал в макушку:

— Я тебя очень люблю. Прости меня.

Аля отстранилась, сняла куртку и присела на стул.

— Это теперь не имеет значения. Давай не будем о любви. И прощать мне тебе нечего. Ты мне не муж и клятв верности мы не давали. Мы молоды и ты вправе выбирать: с кем дружить, кого любить. Но это точно не я. Хотя просто дружить мы можем. Ты мне не враг. Прости, но это все. Что бы ты не сказал, это точно не любовь.

— Ты уже все решила? Но я любою тебя! Не смогу без тебя!

— Почему без меня? Можем дружить. Видеться иногда. Даже на совместные походы в кино я согласна. Только не часто. У меня теперь другие приоритеты. Буду усиленно учиться. Хочу чего-то достичь в жизни. А ты еще встретишь девушку, которой не захочешь изменять. Или уже встретил. (Снова этот сарказм! Зачем?)

— Аля, я не знаю как объяснить свой поступок. ….

— И не надо. Зачем? Не унижай меня своими объяснениями. Я не пойму. Никогда не понимала. И не хочу понимать. И если в жизни не встречу человека, которому смогу доверять, то лучше буду одна.

— Аля, Алечка! Любимая и единственная! Я не смогу так! Прости ты меня! Хочешь клятв в верности? Я готов! Прости! Мне никто не нужен кроме тебя!

— Не надо клятв. Уходи. Мне и так плохо. Как кто камень горячий в грудь вложил! Дай мне отдышаться от этой боли! Мне физически больно смотреть на тебя и вспоминать то, что видела! Хорошо хотя бы не в постели вас застала. Я бы там, на месте умерла!

— Хорошо. Я уйду. Но давай потом, когда успокоишься, поговорим.

— Ты думаешь, что в такой ситуации можно успокоиться? Не знаю. Сомневаюсь. Можно ли такое забыть? Тоже не знаю. Уходи.

Вовка медленно пошел к двери, оглянулся и посмотрел на Алю. Она смотрела в окно и в глазах была пустота. Удержав подкативший к горлу комок, Вовка вышел и медленно побрел по этажу. Он еще до конца не осознал, что случилось. Понимание придёт позже. Еще была надежда, что не все потеряно. Аля вернется, надо только постараться убедить ее, что он и есть тот, кому она может верить. В душе было только сожаление о сделанном.

Зачем? Ну, да было приятно проводить время с Ленкой. И все. Так Ленка со многими мутила. И его соблазнила за компанию с его друзьями. Все воспринималось как игра. Никаких чувств, кроме интереса к этой стороне взрослой жизни у него не было. И что теперь? Побыл взрослым? Удовлетворил интерес? Он сам не мог объяснить то, что сделал. «Развеялся» называется! Как ему теперь без Альки? Она хорошая, но очень упрямая. Не простит.

А Аля сидела на подоконнике широкого окна и чувствовала, как вместо боли в сердце заползает пустота.