Пустошь
Шрифт:
– Гады, – пробормотал я, лихорадочно размышляя. Огня зверье не особо испугалось, ну, за исключением поджаренного мной неудачника.
Достал еще одну склянку и с мстительной ухмылкой метнул ее туда, где скопилось больше всего хищников. Увы, умные твари лишь порскнули в разные стороны, а затем опять вернулись на свои места, с любопытством рассматривая огонь.
– Сволочи… – В последние минуты мой лексикон не отличался разнообразием. Отходить от скалы мне было попросту страшно из-за скопившихся хищников. А вспышки алхимии уже наверняка увидел кто-то из погони, получив отличный ориентир для поиска. Вот и получается,
Пришлось, внутренне обливаясь слезами сожаления, вытаскивать из рюкзака взятый у отца здоровенный копченый окорок. Зелья почти погасли, но все же можно было рассмотреть, как при его виде стая оживилась, придвинулась немного ближе и жадно закрутила носами.
– Да-да, крысы вы помоечные, – пробормотал я, копаясь в рюкзаке дальше и выуживая бутылочку с неизвестной отравой.
– Сейчас будет вкусняшка… – Аккуратно, стараясь не пролить ни капли жидкости, я облил окорок ядом.
Огни, сопровождающие погоню, появились уже на другом пригорке, заметно ближе. Я изо всех сил кинул окорок в сторону, противоположную развалинам, тут же швырнув огненный бутылек в шакалов, преграждающих дорогу к спасению.
План удался если не полностью, то почти. Большая часть стаи с рычанием и визгом бросилась в темноту вслед за улетевшим окороком. Звери впереди меня разбежались, дав возможность со всех ног рвануть к цели. Проклятье, как же больно…
К сожалению, пока я добрался до первых построек, мне пришлось израсходовать еще пару зелий – шакалы, похоже, не удовольствовались подачкой и очень быстро вновь догнали меня.
Но затем все изменилось, словно по волшебству. Стоило мне вступить на запретные улицы, как за спиной раздался тоскливый и разочарованный вой, а затем послышался легкий топоток десятков лап, стихающий вдали. Ушли на поиски другой добычи.
Не обращая внимания на мелькнувшие уже довольно близко огни преследователей, я повторил ритуал, который в свое время делал Ольд, а именно – встал на середине улицы, глядя в центр полуразрушенного городка, и громким голосом произнес:
– Я пришел как гость! Я ничего не возьму! Я никого не потревожу!
Некоторое время постоял, чего-то ожидая, но окутанные тьмой улочки донесли до меня только шорох перекатывающего песок по брусчатке мостовой ветра.
Идти внутрь города не хотелось. Совершенно. Тихий шелест ветра лишь подчеркивал мертвое безмолвие древних стен. Ни стрекота насекомых, ни крысиного писка, ни шуршания проползающей змеи…
Из-за горизонта начала появляться луна, добавляя немного призрачного света в окружающий мир. Стало, правда, только страшнее – начали вырисовываться смутные тени, путающие взгляд и отвлекающие внимание.
Я внезапно понял, что уже минут пять стою на окраине, рассматривая улицу и не решаясь идти дальше. С учителем, да еще и днем, было гораздо спокойнее. Ладно, пора…
Первые робкие шаги не вызвали ровным счетом ничего. Я просто шел по улице, углубляясь все дальше в городок, а за моей спиной ветер потихоньку заметал следы. Та еще головная боль, кстати. В усыпанной песком и пылью местности меня и без собаки любой дурак найдет.
Стало заметно прохладнее. Не до конца высохшая одежда противно морозила кожу. Я поежился, озираясь по сторонам.
Площадь, более-менее освещенная уже полностью показавшейся из-за горизонта луной, мне не понравилась. Пустая, мрачная, с остатками массивного фонтана по центру. Дома, окружающие ее, выглядели как сумрачные великаны с пустыми черными глазницами окон… Я поежился от холодка, пробежавшего между лопатками. Пора остановиться и немного подумать.
Нет, сама площадь, как и все развалины в целом, совершенно безопасна, если делать все правильно. Можно прямо сейчас выйти в самый центр и попрыгать по фонтану – ничего не случится. Но надо думать о том, как и где спрятаться. Пока что мой путь представлял собой практически ровную прямую. Преследователь вполне может решить, что беглец, напуганный и измотанный, просто бежит вперед, уже ни на что не надеясь. И отправится за мной на противоположную сторону площади. И будет искать там следы, потому что на открытом месте их мгновенно заметет ветерок, гуляющий по городу. Значит, моя задача – оставить эти следы.
Перебегать открытое пространство было страшно, но я себя пересилил. Затем выбрал подходящую улицу, ведущую на юг от площади, сбавил шаг и отправился вперед, стараясь наступать на наиболее заметные участки песка и оставлять более-менее видимые следы.
Подошел к одному дому, потоптался около него, перешел к дому чуть подальше, вновь потоптался и, подтянувшись на подоконнике, отчего ободранные руки протестующе заныли, забрался внутрь. В лицо дохнуло холодом, и я поежился, стараясь не смотреть вокруг магическим взглядом. Это несложно, но зачем оно мне сейчас… Холод – и холод, подумаешь… Ничего такого…
Отгоняя от себя желание глянуть на энергетические потоки, я принялся ходить по зданию, тревожа пылевой покров на полу. Хорошо еще, что лунный свет немного пробивался в дом через окна и провалы в крыше, разгоняя темноту и страх.
Наследив вволю, я устроил импровизированную лежку у окна, выходящего на параллельную улицу. Эта улица продувалась ветром очень хорошо, и песка под окном почти не было – как раз то, что нужно. Затем пожертвовал куском штанов, создав картину «настигнутый беглец в панике выпрыгивает из окна, цепляясь штанами за осколок кирпича». Все. Теперь в срочном порядке обратно на площадь. Надеюсь, туда еще никто не добрался.
Идти пришлось пятясь и стараясь попасть след в след. Ветер, конечно, сгладит все, но осторожность не повредит.
На площади никто еще не появился, поэтому, опять быстро перебежав ее, я без проблем добрался до приглянувшегося мне здания. Песка под ним тоже практически не было, так что следов не осталось. А дальше… Дальше я, шипя от боли в многострадальных руках и ногах, полез, цепляясь за барельефы, на второй этаж. Логика проста – даже если враг станет осматривать все здания подряд, он вряд ли пойдет на второй этаж, если на первом все нетронуто и пусто.