Пушкин
Шрифт:
Все эти молодые гусары, побывавшие в Европе, вернулись в Россию, увлеченные более культурными и свободными формами западной жизни, исполненные непримиримой вражды к рабству и тиранству, укоренившимся на их родине. В них жила глубокая уверенность, что неизбежный политический переворот в крепостной монархии будет произведен армией, освободившей уже страну от бедствий иноземного нашествия.
Николай Раевский-младший (1801–1843)
С портрета маслом неизвестного художника.
Едва-едва расцвел, иПо ряду ранних политических стихотворений Пушкина, в которых он сближает, например, Чаадаева с Брутом, можно заключить, что эти настроения молодых русских офицеров рано стали увлекать его своей вольнолюбивостью и протестующим духом. Пушкин начинает мечтать о своем вступлении в среду будущих борцов и преобразователей его родины. Военная служба представляется ему единственным видом героической деятельности, способной освободить его страну от завоевателей и сокрушить ее отживший феодальный строй.
Так чувствовал не один Пушкин. Его лучший друг Пущин мечтал о гвардии с очевидным намерением развернуть здесь революционную работу, к которой приобщили его еще на лицейской скамье первые тайные кружки. В последний год пребывания в лицее он вступил в «артель» братьев Муравьевых, Бурцава, Калошина, где велись «постоянные беседы о предметах общественных, о зле существующего у нас порядка вещей и о возможности изменения, желаемого многими втайне». К этому же «мыслящему кружку» принадлежали и другие лицеисты — Вальховский, с его «спартанскою душой», и Кюхельбекер. Через этих друзей воздействие новейших освободительных идей сказывалось и на политическом развитии Пушкина.
В начале июня 1815 года в лицей приехал старый вельможа и видный поэт Юрий Нелединский-Мелецкий, автор знаменитой песни «Выйду ль я на реченьку», статс-секретарь Павла I. Он получил от вдовы Павла Марии Федоровны ответственное поручение написать кантату в честь бракосочетания ее дочери Анны Павловны с принцем Вильгельмом Оранским. Но престарелый «Российский Анакреон», не рассчитывая на свои силы, обратился за помощью к Карамзину, который и направил его в лицей к «племяннику Василия Львовича».
Е. А. Карамзина (1780–1851), жена историка.
С портрета маслом неизвестного художника.
Пушкина ждал в конференц-зале маленький плотный старичок, с приветливым взглядом и обходительными манерами куртизана XVIII века. Старый стихотворец, представленный в антологии Жуковского целым рядом лирических и народных строф, которые Пушкин знал наизусть, ждал теперь его литературной помощи. Поэт лицея смутился и почувствовал себя чрезвычайно польщенным. Он искренно любил стихи Нелединского, который считался предшественником Батюшкова и даже числился в почетных членах «Арзамаса». Вяземский называл его «нашим Петраркой». В одном из своих посланий (1815 г.) Пушкин говорит о заветной области любовной поэзии,
Где нежился Шолье с Мелецким и Парни…И вот этот сладкозвучный лирик склонялся перед молодым дарованием. Можно ли было уклониться от столь почетного предложения?
Нелединский сообщил тему и наметил ее возможное развитие. Пушкину понравилось, что основной мотив соприкасается с драматической историей Наполеона и восходит к Веллингтону. Приняв намеченную программу, семнадцатилетний поэт сейчас же написал чрезвычайно мужественным и живописным стихом исторические стансы, в которых беглыми штрихами очерчены события наполеоновской
П. Я. Чаадаев (1794–1856), в мундире Ахтырского гусарского полка. С портрета маслом неизвестного художника (1814–1815).
Он высшей волею небес Рожден в оковах службы царской, Он в Риме был бы Брут, в Афинах — Периклес, А здесь он — офицер гусарскойПушкин весьма удачно применил здесь прием, который и впоследствии служил ему при вынужденной разработке официальных приветствий: он обращается к историческим картинам или к портретной живописи, только в заключение сдержанно произнося необходимую похвалу.
Часа через два Карамзин с пером в руках уже читал эту превосходную кантату. Через день или два ее распевали хором в Павловске, и торжественные стихи лицейского поэта звучали в «розовом павильоне» так же стройно и призывно, как легкие куплеты к Маше Дельвиг, распеваемые молодыми голосами в гостиных царскосельских домиков.
Пушкин любил эту интимную дилетантскую музыку:
Я Лилу слушал у клавира; Ее прелестный, томный глас Волшебной грустью нежит нас…Стихотворение это, вероятно, связано с последним увлечением Пушкина-лицеиста, отраженном в одной из его сильнейших любовных элегий той поры: «К молодой вдове». Это посвящение, обращенное к жившей в семье у Энгельгардта француженке Марии Смит, полно страстных признаний и как бы свидетельствует о счастливой победе, вероятно, воображаемой: молодая женщина недавно лишь овдовела, готовилась стать матерью, принадлежала к пуританскому семейству директора лицея. По-видимому, строки Пушкина о пережитой любви вызваны законами построения такого стихотворного укора молодой вдове, не забывающей и в новой страсти умершего супруга. Пушкин мог слышать в царскосельском театре «Дон-Жуана» Моцарта, написанного как раз на эту тему. В стихотворении встречаются метафоры и уподобления исключительной выразительности, вроде «быстрый обморок любви», и замечательные звуковые ходы, основанные на повторении слов и характерных согласных. По сравнению с элегическими жалобами «бакунинского цикла» оно отличается мужественностью тона и драматической силой: впервые в лирике Пушкина ставится и разрешается трагическая проблема любви и смерти и притом не в смиренном духе традиционных вероучений, а в радостном и безусловном провозглашении прав жизни и страсти.
Мария Смит сначала пожаловалась Энгельгардту на автора столь компрометирующего ее поедания, а затем нашла более остроумный выход: недурно владея пером, она вступила в стихотворное состязание с юношей и ответила стихами на французские куплеты Пушкину («Когда поэт в своем экстазе»). В нескромном поклоннике она оценила даровитого автора, но только для того, чтобы лестным обращением прикрыть непреклонность своего решения. Ей нельзя отказать в остроумии и весьма тонкой иронии.
Свидетельство об окончании Пушкиным лицея.