Птицы
Шрифт:
К вечеру шоссе свернуло в ту сторону, где в смог садилось солнце. Они шли по правой стороне, и чтобы продолжать двигаться на юг, им необходимо было пересечь дорогу. Однако движение стало еще сильнее, чем днем.
– Может, мы перелетим? – предложила Даффи.
– Мы переждем, – ответил Куртис тоном, не допускающим возражений.
Они ждали, ждали, ждали, но за все это время ни разу не было перерыва сразу в обеих колоннах движущихся навстречу друг другу машин. Машины повключали фары, и у Даффи
Первое, что Даффи увидела, проснувшись, был зловещий блеск крысиных глаз всего в ярде от нее. Ни секунды не думая, она попыталась выпрыгнуть из воды, но крылья не слушались. Она истерически закрякала. Куртис проснулся, увидел крысу, но по непонятной причине остался неподвижен. Крыса тоже не двинулась с места.
«Это сон, – подумала Даффи, – кошмарный сон».
Но Куртис, как обычно рассудительный, нашел другой ответ:
– Лужа ночью замерзла. Поэтому мы и не можем сдвинуться с места. Мы вмерзли в лед.
– Но там крыса!
– Крыса мертва, Даффи.
– Но посмотри... Зубы...
– Сама посмотри. И принюхайся. Она пролежала здесь, наверно, целую неделю.
Куртис принялся методично долбить клювом лед вокруг себя и через какое-то время выбрался и помог Даффи. Она заснула там, где лужа была мельче, и вызволить ее оказалось гораздо труднее. В спешке она потеряла много перьев.
По всей канаве валялись мертвые крысы, два дохлых горностая, наполовину объеденная сова... Обводя взглядом легионы уже неопасных врагов, Даффи почувствовала тревожную смесь удовольствия и страха. С одной стороны, мир без хищников гораздо лучше... Что с другой стороны, она выразить не могла, но что-то все равно было не так.
– Даффи, взгляни, тут пещера.
– Ради бога, Куртис! Я надеюсь, ты, не собираешься...
Куртис! – Она кинулась вперед, но слишком поздно, чтобы помешать ему войти внутрь.
– Смотри. Там с другой стороны свет. Пещера проходит под дорогой и выходит на ту сторону.
– Куртис, вернись! – Она вошла в пещеру. Куртис был уже в нескольких ярдах впереди, и Даффи ясно видела его силуэт на фоне круга света в другом конце пещеры.
– Мы идем на юг, Даффи! На юг! – Голос его отражался от стен странным эхом.
Даффи сделала еще несколько шагов вперед и наткнулась на волосатое тело крысы. Она вскрикнула и, в ужасе подпрыгнув вверх, ударилась головой о потолок дренажной трубы.
– Не бойся, дорогая. Все эти крысы мертвы, как и...
В этот момент последняя живая крыса вцепилась Куртису в горло. Куртис боролся, снова и сновц поднимаясь
Даффи летела на юг. Она летела уже несколько дней – мимо больших серых озер и еще более серых больших городов, над змеиным сплетением рек и дорог, сквозь удушающие облака и слепящий дым – она летела на юг. Казалось, она забыла Куртиса в тот же момент, как поднялась в воздух. Она превратилась в ритм бьющихся крыльев. Изредка она чувствовала уколы паники, но это не было старым предательским желанием вернуться к разлагавшемуся гнезду у пруда. В молодости, во время своей первой миграции, Даффи летела в стае из восьми или девяти птиц, сливаясь с ними в одно действие, в один порыв. И сейчас она чувствовала себя потерянной и одинокой. Но это ощущение быстро проходило, уступая место растущей уверенности, что прежнее единство каким-то образом вернется.
Она начала разговаривать сама с собой. «Все в конце концов образуется, – говорила она. – Волнуешься, колеблешься и думаешь, что мир разваливается на куски, а потом вдруг раз – и на следующий день идет дождь! Я не утверждаю, что это идеальный мир. Это было бы глупо. Достаточно лишь посмотреть вокруг, и увидишь... всякие разные вещи. Но если продолжать жить и стараться изо всех сил делать то, что должна делать, все образуется».
Она летела все дальше и скоро (хотя устала она гораздо больше, чем признавалась сама себе) добралась до океана. Душа ее взыграла: теперь уже близко, может быть, еще один день...
Но, пролетая над водой, она ощутила, что происходит что-то странное. Сначала ей показалось, что это просто симптомы усталости. Крылья как бы промахивались, словно здесь над океаном атмосфера стала другой. Она начала терять направление, пришлось свернуть влево, вправо, пока ощущение юга не вернулось к ней. Ей казалось, что она слышит гром в безоблачном небе, далекий, но иногда такой мощный, что, закрыв глаза, она представляла себя в эпицентре бури.
– Глупо, – раздраженно крякнула она. «Бояться нужно чего-то ощутимого. А здесь...»
Воздух громыхнул, и несколько секунд ровного продвижения на юг были просто вырваны из времени. Гром достиг чудовищной силы и вдруг, когда она думала, что уже не выдержит больше, исчез.
«Надо надеяться...»
Небо рухнуло. Позади пронесшегося над ней невидимого «Конкорда» Даффи, уже мертвая, кувыркаясь, падала в загаженный океан.
Перевел с английского А. Корженевский