Чтение онлайн

– Что за история?

– В начале мая случилась, – пояснил за Звягина старший лейтенант Гуров, при этом он разливал горячий кофе по пластиковым стаканчикам. – Спецназ Алонца брал штурмом редакцию националистической газеты «Летопись Биармии». И под горячую руку подвернулась какая-то секретутка. И то ли сама под пулю подставилась, то ли из ребят кто-то в кураже не сдержался. Короче, грохнули, а потом ещё и тело попытались спрятать. Скандал был до небес. Местные издания до сих пор эту тему смакуют. Тело, конечно, нашли и устроили пышные похороны. Девки из «Йомалатинтис» поклялись отомстить и всё такое. Но теперь главный наезд как раз на Карташова. Мол, он отдал распоряжение и чуть ли не сам в убийстве участвовал. Требуют от него выдачи провинившегося спецназовца…

– А он?

– Не выдаст, конечно. По данным разведки, он этого парня давно отправил в крымский санаторий – отсидеться и нервишки подлечить.

– Вот видишь, – сказал Звягин, –

наш человек.

– Чего ж он так радел за здоровье офицеров Сил самообороны? – Бояров всё ещё сомневался в чистосердечности патриотизма Карташова.

– Это, кстати, говорит в его пользу, – заметил Звягин. – Он чтит офицерское братство. Таких людей нынче днём с огнём не сыщешь.

– Ладно, – махнул рукой Бояров, – уболтали. Доверимся патриоту Карташову.

– А вот доверяться не надо, – заявил командир батальона «Икс». – План операции, который мы сегодня изложили Карташову, примем как исходный и назовём его планом «Волна». Твоя же задача, Александр, в оставшиеся дни разработать ещё два, а лучше – три дополнительных плана проведения операции. С различными вариантами отхода.

– Вот блин, – только и сказал на это Бояров.

Его звали Сэм Андерсон и был он стопроцентным американцем. А ещё он был стопроцентным американским лётчиком. То есть умел взлетать с палубы авианосца, умел на неё садиться, умел запускать самонаводящиеся ракеты и стрелять из шестиствольной пушки М61А1 «Вулкан» по целям, на которые указывал боевой информационный центр. Андерсон считал себя настоящей «машиной смерти» и даже гордился этим, однако где-то в глубине оставался всё тем же закомплексованным мальчиком из глубинки, каким был двадцать лет назад. Кроме того Андерсон относился к тому проценту американцев, которые верят в Шанс, дающийся каждому человеку один раз в жизни, но и разделяющий людей, в Шанс, способный как возвысить, поднять на вершину Олимпа, так и опрокинуть в самую бездну, где только плач и скрежет зубный.

Всё это очень мешало Сэму Андерсону жить и наслаждаться жизнью. Внутри молодого лейтенанта ВМФ США произрастала самая натуральная паранойя; он подозревал окружающих в том, что они к нему предубеждены и делают всё для того, чтобы не дать ему ни малейшей возможности поймать миг удачи, реализовав свой уникальный Шанс.

И на первый взгляд, у него были основания так думать. Офицерская карьера с самого начала пробуксовывала. В то время, как его однокурсники получали назначения в действующие подразделения авиации военно-морского флота, зарабатывая новые звания и премиальные на манёврах или в зоне боевых действий, Андерсон попал в резерв, сразу после выпуска будучи приписан к авиакрылу авианосца «Джон Ф.Кеннеди». Этот знаменитый, но морально устаревший корабль с сентября 1995 года находился в «экстренном резерве», то есть простаивал на Хемптонском рейде в ожидании приказа об окончательном списании. Перспектив выслужиться у Андерсона здесь не было никаких, и он с упорством, достойным куда лучшего применения, бомбардировал вышестоящих офицеров рапортами с просьбой перевести его в действующее авиакрыло. Однако все эти унизительные для самолюбия молодого человека записки возвращались с резолюцией «Отказать». Причина такого пренебрежения была прозаична, хотя и не имела какого-либо отношения к личным качествам лейтенанта.

А было так. После смотра выпускников Командующий авиацией Атлантического флота спросил у начальника училища:

«А что это там был за дылда во главе строя?»

«Курсант Сэм Андерсон!» – доложил начальник училища.

«На девушку похож, – заметил Командующий. – Ресницы, щёки, губы. Он их не красит? Может, он гей?»

«Не замечен», – немного подумав, отвечал начальник училища.

«Геи, они скрытные, – покивал Командующий. – Отправьте его в резерв. Нам на флоте геи не нужны».

В те времена в США как раз шла дискуссия на тему, возможно ли официально разрешить гомосексуалистам служить в действующих войсках. Командующий авиацией Атлантического флота был из наиболее ярых противников этой идеи и исповедовал принцип, сформулированный генералом армии и героем «Бури в пустыне» Норманом Шварцкопфом: «Когда солдат идёт в бой, он должен быть спокоен за свой тыл». Начальник училища не посмел ослушаться.

Так, волею несчастливой звезды, под которой довелось родиться Андерсону с его «девичьей» внешностью и мальчишескими комплексами, лейтенант был навечно сослан в резерв, где ему и предстояло прозябать до самой отставки.

На этом историю стопроцентного американского лётчика Сэма Андерсона можно было бы и закончить, однако мир на самом деле устроен куда сложнее и интереснее, чем полагают отдельные параноики. В канун Рождества 1999 года из верхов пришёл приказ о подготовке к боевому походу. Все отпуска были отменены, авианосец «Джон Ф.Кеннеди» лихорадочными темпами довооружался, приписанное

к нему третье авиакрыло перебазировалось из Сесил-Филда в Норфолк. Прибыв вместе со своей эскадрильей штурмовиков F/А-18С «Хорнет» на авианосец, Сэм в первую очередь попытался узнать, какого рода будет планируемый «боевой поход». Слухи по этому поводу ходили самые разные, никто ничего толком не знал, но все в один голос твердили, что операция будет сверхсекретная, а потому следует держать язык за зубами, а вопросы засунуть в задницу. Всё это очень обрадовало Андерсона. Если дело действительно идёт к секретной операции, организуемой ЦРУ и Госдепом, значит, появится реальная возможность выслужиться, обратить на себя внимание командования и показать всем, что и он чего-то стоит, с ним нужно считаться, принимать во внимание и так далее и тому подобное. Это был Шанс, и если он его не использует, то навсегда потеряет себя.

Поначалу поход не давал повода для надежд на лучшее будущее, но Сэм Андерсон был уверен: раньше или позже произойдёт что-нибудь серьёзное, какое-то событие нарушит размеренное течение жизни на авианосце, и чтобы уцелеть, лётчикам и морякам «Джона Ф.Кеннеди» придётся драться. По-другому и быть не могло, полагал он, ведь судьбу не обманешь. И главное – не проморгать момент, когда она испытает тебя.

Ожидания Андерсона сбылись в полной мере, когда стало известно, что наперерез авианесущей группировке, ядром которой выступал «Джон Ф.Кеннеди», вышел тяжёлый крейсер «Варяг». Во всех военно-морских справочниках и базах данных было записано, что этот корабль, систер-шип авианесущего крейсера российского флота «Адмирал Кузнецов», не достроен и продан украинским правительством британской фирме, зарегистрированной в Китае. Однако разведка ВМФ утверждала обратное: крейсер покинул рейд Николаева и теперь болтался где-то в Атлантике, а на борту у него имелись крылатые противокорабельные ракеты и несколько десятков современных палубных истребителей типа «Флэнкер». В общем, экспедиция становилась всё интереснее, а Шанс сам просился в руки.

В апреле 2000 года американский и «украинско-китайский» авианосцы сошлись у берегов Антарктиды. [1] К огромному разочарованию Андерсона оказалось, что почти никто из экипажей этих двух огромных боевых кораблей не горит немедленным желанием вступить в яростную схватку, «показать кузькину мать» или, наоборот, «вбомбить в каменный век». Командир американской группировки контр-адмирал Эллисон переговорил по ближней связи с командиром «украинско-китайского» авианосца вице-адмиралом Долгопрудным, и они пришли к соглашению, что постараются не мешать друг другу заниматься своими делами. Мирный настрой командиров едва не нарушил один из пилотов авиакрыла «Джона Ф.Кеннеди» – выдающийся ас и ещё более выдающийся скандалист Фрэд Кинг по прозвищу Небесный Король. Совершая разведывательный полёт, Кинг сымитировал атаку на «Варяг», в результате чего вполне могло бы начаться крупномасштабное сражение, на которое так рассчитывал Андерсон. Однако контр-адмирал удержался от резких шагов, умаслил Долгопрудного извинениями и согласился «не замечать» присутствия вражеского авианосца в непосредственной и опасной близости от группировки. В лейтенанте Андерсоне вновь проснулась задремавшая было паранойя. Всё-таки он был ещё очень молодым человеком, собственные интересы казались ему важнее всего на свете, а потому он отказывался понимать, почему старшие офицеры уклоняются от боя – ведь победить эту недоделанную посудину легко, а слава и почести достанутся всем и сразу. И самое главное – этот воздушный хулиган Фрэд Кинг хоть и был наказан арестом, но пользовался негласной поддержкой большинства офицеров авиакрыла, его «подвиг» обсуждался в кают-компании, и ясно было, что по возвращении домой он будет переведён в другой полк, но при этом его репутация «отчаянно смелого аса» не пострадает, а только укрепится.

Сэм Андерсон завидовал Небесному Королю и как-то, размышляя о причинах его успеха, понял вдруг, что этот успех основывается прежде всего на феноменальной способности Кинга использовать любой самый малый шанс и обращать в выгоду любую перипетию судьбы. Давным-давно Кинга изгнали из пилотажной группы «Воздушные дьяволы» за то, что он оскорбил действием заезжего адмирала, однако ни разу Андерсон не слышал, чтобы пересказывая эту историю, офицеры флота упрекали Небесного Короля – наоборот, они восхищались его смелостью, а кроме всего прочего, тот адмирал мало кому нравился и, говорят, закончил свои дни в сумасшедшем доме. Значит, Кинг действовал расчётливо, и расчёт подсказал ему, что настал момент выйти за рамки дозволенного, презреть субординацию и табель о рангах, и стать через это кем-то большим, чем простым пилотажником. Наверное, именно в этом и состоял тот Шанс, о котором Сэм мечтал всю жизнь.