Чтение онлайн

Лес поднимался живой стеной, оберегая городки и дороги альвов от чужаков. Для многих именно он стал последним воспоминанием в жизни. Лес не любил чужих.

В ночи лес наполнялся сотнями звуков. Наступало время хищников, время зорких глаз и ушей, выслеживающих добычу. Ночь это время молниеносного броска и сладостного хрипения жертвы в сильных челюстях. Темнота скрывает кровь на клыках и когтях. А свет луны создан для охотников, и может оттого она светит ровным мертвенным светом, не давая укрытия и надежды. И даже если око ночи скрывает

туча, не слышно вздоха облегчения, ведь туча лишь засада для серебристого хищника небес.

Зеленые глаза Ночного волка, хищника одиночки, пусть не самого сильного, но самого жестокого и яростного охотника леса, смотрели на будущую добычу. Огромный кабан посапывал в ворохе прошлогодних перепревших листьев. Могучая щетина казалась иглами дикобраза, а длинные клыки угрожающе загибались. Но Ночного волка это не пугало. Напряженные глаза смотрели на кабаньи уши, что ловили звуки страшной ночи. Нужен был лишь один прыжок, и тогда клыки ночного волка переломят хребет кабана. Но он услышит звук прыжка, и успеет встретить волка.

Небольшая древесная лягушка в поисках пропитания перепрыгнула на соседнею ветку. Прыжок оказался неудачным, и ветка обломилась. И этот звук отвлекший спавшего кабана, стал для него фатальным. Ночной хищных прыгнул вперед. Вскочивший кабан рухнул, когда сто талов ночного волка, помноженные на его силу, ударили в бок. Ведомые тысячелетиями инстинктов клыки сомкнулись на самом уязвимом и хрупком из позвонков, дробя кость и жизнь добычи.

Облизнув губы, облитые кабаньей кровью, победитель почувствовал напряженный взгляд, мгновенно вздыбивший шерсть на загривке. Ночной волк не терпел соперников на своем участке леса, а взгляд без сомнения принадлежал другому хищнику. Волк развернулся, выискивая соперника. И нашел его на нижних ветвях одного из деревьев.

Молодой альв смотрел на Ночного волка, своими золотистыми глазами, ждал. Волк должен был бросить ему вызов. И вскоре недовольное ворчание оповестило, что альву предстоит или уйти или драться. В ответ рядом с альвом появился еще один двуногий. И запах от него не понравился волку, но вскоре названные гости ушли, оставив волка наедине с его удачей.

– Так ты мне до сих пор не сказал, зачем мы идем, – Альсин был переполнен впечатлениями от охоты Ночного волка, которую видел впервые. Нараг специально задержался показать это смертельное, но красивое зрелище.

– За Диадемой Леса.

– Даже не заикайся!!! – прокричал шепотом альв. – Я не самоубийца, как ты! И не влюбленный идиот. Лучше подарю ей золотую ванну.

– Подаришь, и она будет улыбаться с Диадемой Леса в волосах.

– Нараг всем шуткам есть продел!

– Я серьезно.

– А ты знаешь, что костями тех, кто пытался найти Диадему Леса, можно вымостить дорогу отсюда до столицы!

– Значит, на нас места уже не будет, – жизнерадостно оскалился орк. – Не стоит расстраиваться. Надо идти. И ищи во всем светлую сторону. Отбросим копыта, так кто и подкову на счастье найдет.

– А

что нам, коням, до чужого счастья?

– А то, что, откинув копыта, ты не обязан будешь жениться.

– Хоть на том спасибо, – лицемерно вздохнул Альсин. – Во всем ты найдешь хорошее Нараг. Во всем.

– Ну, допустим не хорошее, а полезное. – За разговором Нараг и Альсин углубились в чащу, бесшумно ступая на полную стопу, обходя предательские ямы и перешагивая сухие ветки, что ломаются с громкостью рева раненого слона.

– Стоп.

Нараг и Альсин остановились, удивленно смотря на небольшой клен в ветвях которого лежала Диадема Леса.

Это было прекрасно. Серебряные листочки переплетались, и обрамляли семь крупных изумрудов сияющих, как весенняя листва. Диадема Леса. Легендарное украшение, которое никто еще не смог достать, но многие видели.

– Говорят, ее может взять только тот, кому она действительно нужна, – прошептал Альсин. – Но все проиграли и их тела находили на утро на опушке.

– Тогда возьмем вдвоем, – решил полуорк.

– Ты в своем уме?!!

– Мы возьмем вдвоем, – продолжил орк. – Если я помню законы магии, то Диадема не сработает, или наше желание сложиться и она подчиниться.

– Да поможет нам Дерево, – прошептал альв.

Две руки протянулись к Диадеме Леса. Ни орк ни альв не желали показать, что руки у них дрожат, но все же задержались над Диадемой.

– На счет три, – привычно выдохнул Нараг.

– Раз, два, ТРИ!!!

Две ладони одновременно обхватили хрупкую Диадему. Полуорк и альв задержали дыхания, ожидая прикосновения смертельной магии. Но время шло, и ничего не происходило.

– Так просто? – не поверил Альсин.

В его руках Диадема Леса переливалась множеством оттенков серебра, изредка в свете восходящей большой луны сверкали изумруды.

Подарок, о котором будут петь.

Если смотреть на северный материк, на котором и жили все расы этого мира, то он напоминает изъеденный океаном круг. В самом центре, не касаясь своими границами океана лежит империя людей. Держава поневоле ставшая прибежищем терпимости и нейтралитета. Человеческие послы становились посредниками между враждующими, а их легионы часто стояли в спорных землях. Империя это огромная долина, очень плодородная, и богатая.

На северо-западе, и юго-востоке, горы уходят в седой океан. Северо-запад, богатый рудами принадлежит гномам, давним союзникам людей. А юго-западные горы их извечным соперникам карликам, непревзойденным ювелирам, кои добывают в своих горах самоцветы.

Все западное побережье от гор гномов и вдоль границы людей, до юго-запада, это степь. Бескрайняя степь сухих ветров, по которой длинными переходами кочуют оркские кланы, граничащие на юге с альвийским лесом. И в противовес, начиная с юго-восточных гор карликов, на север тянется побережье гоблинов.