Псиматы
Шрифт:
— Опять вы, Бронсон, — насупился Харрингтон, — житья от вас нет.
— Я хотел узнать, где мои товарищи?
Харрингтон с отвращением посмотрел на Аллигатора:
— Не понимаю, о чем вы.
— Я говорю о тех двоих, что были вместе со мной.
— А… Им предъявлено обвинение в терроризме, к они ожидают суда.
— Предлагаю сделку, Харрингтон. Вы мне отдаете моих друзей, а я вам преступную организацию, которая спровоцировала беспорядки в США. Подумайте, вам достанутся все лавры.
На лице
— В общем-то, меня поставили в известность о том, что вы уполномочены решать подобные вопросы, но…
— Сейчас злодеи остались без зубов, — продолжил Бронсон. — Торсионная тварь, как вы, вероятно, уже знаете из вчерашних газет, уничтожена. Но кто поручится, что они не придумают какую-нибудь новую подлость?
— Мне нужны гарантии, Бронсон.
— Вы их получите. Для начала скажу вам, что давно пора брать за жабры Дейва Хьюстона, который и заварил всю кашу.
— Вы с ума сошли! — в глазах Харрингтона промелькнул испуг. — Это же всемирно известный генетик, лауреат Нобелевской премии! — Харрингтон аж зажмурился, представив неприятности, которые могут обрушиться на него.
— Этот генетик выпустил на волю такую заразу, что чертям тошно стало. Думаете, кто произвел на свет покойную ныне торсионную тварь?
— Ну, допустим. — промямлил Харрингтон, — а доказательства у вас есть?
— Разумеется.
— Могу я взглянуть на них?
— Только после того, как вы доставите заключенных ко мне.
— Ладно, — скрипнул зубами начальник депорта, — будь по-вашему.
42
Через час парочка была в офисе Нью-Йоркского отделения ФБР.
— Ну, ты засранец, Бронсон! Выбился в люди! — заржал Бобби. — Дай я тебя обниму. Думаю, после того, что я для тебя сделал, ты не поскупишься.
— Триста тысяч в год тебя устроит?
— Да за такие деньги я черту в задницу влезу!
— Не обольщайся, со мной сложно работать! — рубанул Бронсон.
— Это почему?
— Не забывай, что я телепат. Если что — шкуру спущу.
— Это правда, Гарри, от тебя ничего не утаишь, — хохотнул Бобби. Постараюсь не подвести, шеф!
Лаусон обиженно посмотрел на Гарри:
— Ты ничего не забыл?
— Ты имеешь в виду, не забыл ли я о тебе?
— Ну…
— Могу предложить должность менеджера по персоналу.
— А жалованье?
— Четыреста тысяч в год!
Бобби аж взвыл от такой несправедливости:
— Ты еще не погасил долг, помнишь? Учти, я не собираюсь работать за гроши! Почему ему больше?
Бронсон отечески потрепал Бобби по щеке:
— Потому что, слоник, ты будешь работать кулаками, а он — головой. Третье тысячелетие на дворе — пора бы понять, что без образования теперь не прожить. Лаусон — психоаналитик, а ты кто?
Бобби надулся
— Если ты считаешь, что я ни на что не способен, что ж, возвращусь в «Стальной Дик».
— Нет, Боб, — посерьезнел Бронсон, — я не говорил этого. Тебе надо немножко подучиться, это правда, но я никогда не считал тебя тупицей. Пооботрешься, проявишь себя в деле, а там посмотрим. Может, я тебя отправлю в академию ФБР и потом сделаю своим заместителем.
— Ну тогда ладно, — смягчился Боб, — а я уж подумал, разошлись пути-дорожки. Кстати, все не решался спросить: ты-то сам по должности кто будешь?
— Ну… — смутился Бронсон, — я назначен директором Нью-Йоркского отделения ФБР. Честно говоря, у них там в правительстве черт ногу сломит. Оказалось, что меня специально выращивали для этого поста, а я ни сном ни духом. Вот, смотри. — Бронсон засучил рукав и показал Бобби исколотую вену.
— Ты что, стал наркоманом?
— Да нет, на днях представитель Департамента юстиции, Ник Перкинс, активизировал генетический код доступа к секретной информации. Так что я теперь важная шишка.
43
— Ненадолго тебя хватило! — надула губки девушка, встречая Бронсона. Неужели недельку подождать не мог?
Аллигатор что-то промямлил в ответ и обнял любимую.
— Не подлизывайся! — Элен сделала вид, что сердится, и нахмурила брови. — Лучше скажи, как твои дела.
— В общем, неплохо. — Свежеиспеченный директор Нью-Йоркского отделения ФБР засиял, как новенький цент.
— Я приготовила ужин, твои любимые блинчики с клубничным джемом. Весь день от микроволновки не отходила.
Аллигатор нежно посмотрел на Элен:
— Я тебя обожаю!
Они прошли в столовую и уселись ужинать. Элен с восторгом смотрела на Гарри, героически заталкивающего в себя горелые лепешки.
«Надо ей кулинарную книгу, что ли, подарить», — подумал Бронсон, давясь.
— Ну как, — спросила Элен, — вкусно?
— Еще бы, — выдавил из себя Аллигатор.
— Мне нравится готовить, — радостно сообщила Элен, — буду теперь каждый день изобретать что-нибудь новенькое.
Бронсон с трудом сдержал стон:
— Думаю, тебе не следует переутомляться.
Элен вновь надулась:
— Значит, тебе все-таки не понравилось! Я так и знала.
— Нет-нет, просто я хотел…
— Что ты хотел? — съязвила Элен. — Опять удрать от меня на свою дурацкую работу?
Положив руку на плечо любимой, Аллигатор как можно нежнее произнес:
— Я думаю, нам следует подумать о ребенке. Давно тебе хотел сказать, что мечтаю о настоящей семье. Выходи за меня замуж!
Элен чуть не разрыдалась.
— Ну, ну… — Бронсон незаметно отодвинул тарелку с «блинами». — Мы же любим друг друга!